Маша опустила глаза. Баюн у её ног тихо мурлыкнул.

– Хорошо. Я попробую.

– Вот и отлично, – Софья Маратовна встала. – Вы будете заниматься с остальными одарёнными студентами по вечерам. Татьяна Александровна научит вас работе с предметами, Михаил Потапович – основам общения с волшебными существами, а я… – она сделала паузу, – помогу вам понять, что значит быть Слышащей.

Мария кивнула, хотя понятного было мало. Следом за Софьей Маратовной зашевелились другие преподаватели.

– Тогда на сегодня всё, – улыбнулась старушка. – Маша, вам нужно выспаться. Занятия начнутся в понедельник. Адрес и время вам передадут.

Мария поднялась. Ноги были ватными, голова кружилась – то ли от странного чая, то ли от всего услышанного. Баюн потёрся о её ногу ещё раз и направился к двери, явно намекая, что пора.

– И ещё, Краснова, – окликнула её Софья Маратовна. – Никому об этом не рассказывайте.

Девушка кивнула и вышла из четвёртой комнаты. Коридор был тёмным и тихим, только Баюн шагал впереди, а за его рыжим хвостом тянулся едва заметный светящийся след, который почти сразу таял. У двери в седьмую комнату кот остановился, обернулся, посмотрел на Машу долгим взглядом – и исчез. Просто растворился в воздухе, будто его и не было.

Мария вошла в комнату и тихо закрыла дверь, прислонившись к ней спиной. Соседки крепко спали. На столе горел ночник. Несколько секунд она просто стояла, пытаясь привыкнуть к знакомым очертаниям комнаты, а затем повернулась к зеркалу. Ничего необычного, та же девчонка, что и утром. Может быть, немного уставшая. Только вопросов стало ещё больше.

Не успела Мария прийти в себя после ночных новостей, как возникла новая проблема. Ещё не угасло внимание к «странной первашке, приехавшей из Питера», а уже разлетелись новости, что куратор проводил её до общежития. Она вошла в аудиторию и заметила, что внезапно воцарилась тишина. Несколько человек посмотрели в её сторону, а затем одна из девушек, имени которой Маша не могла вспомнить, странно улыбнулась.

«Ну не могут же они знать, что ночь я провела в таинственной четвёртой комнате в компании преподов-волшебников и фантастических тварей», – попыталась себя убедить Маша, а затем взглянула на ноги. Ей казалось, что только отсутствие штанов может спровоцировать такой интерес.

– Вы чего? – Она повернулась к девчонкам, не заметив ничего необычного в своём внешнем виде. Всё на месте.

– Как дела, Маш? – улыбнулась подружка той безымянной девушки. Эту, кажется, звали Сашей.

– Да в порядке вроде…

– А ты шустрая, Краснова, – хохотнул Антон, лопоухий парень, вечно крутившийся рядом с Лёшей. Попов при этом неодобрительно толкнул товарища в бок. Маша нахмурилась, не понимая, о чём идёт речь, но переспрашивать не стала. Этот парнишка ей не понравился ещё на линейке. Чувство юмора у него специфическое.

Под пристальными взглядами однокурсников она разложила вещи и достала телефон в ожидании начала занятий. Маша открыла семейный чат, последнее сообщение было отправлено ещё вчера: мама спрашивала, как дела в общежитии и привыкает ли Маша к университету. Девушка несколько секунд смотрела на экран, думая, что ответить, но её отвлекали без конца вылезающие уведомления из группы общаги. Рядом с ней опустилась запыхавшаяся и обеспокоенная Варя:

– Маш, ты как? Не обращай на них внимания.

– Да что случилось?! На кого не обращать внимания?

Морозова кивком указала на чат, в который прилетело очередное сообщение. Сфотошопленные или сгенерированные аватарки Маши и Вани с подписью: «Совет да любовь!»

– М-да, – хмыкнула Краснова. – Только этого мне и не хватало. Катькиных рук дело?

Подруга в ответ на это пожала плечами. Маша была ей благодарна за то, что она не задавала лишних вопросов. Несмотря на косые взгляды и смешки за спиной, когда Варвара оказалась рядом, стало чуть легче. Наверное, оттого, что рядом есть человек, которому совершенно не важно, что говорят другие.

К обеду новость успела обрасти подробностями: по дороге Иван да Марья целовались, а в общагу парень занёс её на руках.

– Чего?! – возмутилась Маша. – Да даже звучит бредово, почему все в это верят?! У вас тут что, других развлечений нет?

В седьмой комнате после занятий образовалось небольшое девичье собрание: Катя, Алла и Варя сидели на кроватях, в то время как Маша нервно ходила туда-сюда. Места хватало всего на три шага в одну сторону, и девушка снова разворачивалась, при этом не прекращая негодовать.

– Развлечения-то есть… Но сейчас начало учебного года, и все друг друга плохо знают, поэтому любое событие автоматически становится ле-ген… подожди-подожди, – Катя, поймала недовольный взгляд соседки, ставшей звездой местных сплетен, – дарным! Боже, почему не я запустила эту волну… – Второкурсница обиженно надула губы и закинула голову, обращаясь к потолку. Для неё, практически королевы сплетен, это действительно было трагедией.

Маша явно не разделяла её оптимизма, хотя и радовалась, что Артюкова не является первоисточником истории об их великой любви с Ваней. Сейчас на большее просто не хватало сил, и она с тяжёлым вздохом свалилась на кровать рядом с Варей. Та молча приобняла подругу.

–Кать… Это всё очень забавно, пока тебя не обсуждает весь университет, – взглянула на неё Машка. – Ну ты-то нас видела! Не нёс он никого на руках!

– То есть поцелуй всё-таки был? – хитро прищурилась соседка.

Алла, до этого момента молча сидевшая со своим конспектом, тихо рассмеялась и бросила в Катю подушкой, чтобы хоть немного поддержать Машу.

– Мне кажется, чем больше ты оправдываешься, тем интереснее всем становится.

– Прекрасно. Это такая честь, второй раз за неделю стать культурным событием!

– Не переживай, – утешила её Катя. – Через несколько дней кто-нибудь что-нибудь вычудит, и про тебя забудут.

– Легко сказать. А мне сейчас проходу не дают! Я за полдня чуть с ума не сошла! Ни в туалет сходить, ни поесть. А этот… герой-любовник, даже не написал! Почему весь удар принимаю на себя я одна?

Катя наконец оторвалась от телефона.

– А ты ему писала?

– Нет.

– Тогда почему он должен был?

– Потому что… – Маша осеклась. – Потому что это из-за него!

– Ага.

– Что «ага»?

– Сплетни на ровном месте не появляются, – загадочно пробубнила себе под нос Катя. – Есть между вами какая-то химия…

– Я тебя сейчас убью! – Маша вскочила с кровати, чтобы припугнуть соседку, а та с визгом вылетела из комнаты.

– А может, он вообще ничего не знает? – снова привлекла к себе внимание Алла.

– Ну серьёзно? Весь университет знает, а он нет? – приподняла бровь Мария, и одногруппница согласно кивнула.

– Ладно, – дверь в комнату немного приоткрылась, и в щель показалась голова Кати. – Если тебе станет легче, я могу провести расследование и выяснить, знает ли твой куратор о своей внезапной свадьбе.

– Не надо! – Теперь Маша швырнула подушкой в сторону выхода.

– Почему? – Катя ловко увернулась и снова показалась в дверном проёме.

– Потому что я не хочу, чтобы ты тоже участвовала в распространении этого бреда!

– Тогда всё. Сиди и страдай молча. И пусти меня уже!

Маша вздохнула и достала телефон. Она так и не ответила маме. В истории висел черновик сообщения: «Мам, у меня тут небольшие проблемы». Несколько секунд она смотрела на него, а потом стёрла.

«Всё хорошо! Соседки у меня весёлые, а пары интересные. Я позвоню тебе вечером. Люблю».

Мария откинула бесконечно вибрирующий телефон и посмотрела на потолок.

– Нет, я тут больше сидеть не могу, – выдохнула она.

– И куда ты? На растерзание к Ваниным фанаткам? – усмехнулась Катя.

– Где у нас меньше всего народу?

Второкурсница на мгновение задумалась, а потом удовлетворённо кивнула сама себе:

– В библиотеке.

– Вот туда я и пойду.

Маршрут оказался простым, благодаря тому, что здесь их уже водил куратор. Внутри было тихо и пусто. Только пожилая библиотекарша сидела за стойкой и перебирала журналы. Она даже не подняла головы, когда Маша вошла.