— Меня надо судить! Я сотрудничала и архимаг Корвус пощадит меня!

— Ты убила шесть магов, а седьмого похитила, решила убить и поднять нежитью. Твоя вина доказана. И я не дам тебе возможности вновь устроить какую-нибудь пакость, — отрезала Оршоя, — не всем надо давать вторые шансы. Помолишься в полете, тварь.

— Нет, стой! Я знаю об Иштване такое, что ты…

Оршоя отпустила ее.

Тихе Сцилла с диким криком рухнула вниз и спустя несколько секунд разбилась о мостовую. Застыла в неестественной позе. Оршоя бросила на нее равнодушный взгляд, убедилась что та не шевелится и слетела к Иштвану.

Тот уже сел: чары Тихе развеялись с ее смертью.

— Ты вовремя, — он улыбнулся разбитыми губами и потянулся к ней, — я уже думал все. Один год счастья и страшная смерть от рук психованной дряни. Корвус показал тебе ее письмо?

— Да, — ответила Оршоя, накладывая на него исцеление.

— В нем все ложь: я не убивал тех магов, не устраивал побег Тихе и я никогда ничего не говорил ей о тебе. Оршоя, я люблю тебя.

— Я знаю, — ответила она, ломая его магоподавляющие браслеты, — а вот она тебя не знала, иначе не писала бы такой чуши. Я хорошо понимаю тебя, Иштван, иначе ты не стал бы моим мужем. Кэлиан и Алма доказали твою невиновность. Можешь успокоиться: все закончилось.

Она обняла его и поцеловала в уголок разбитых губ. Иштван прижал ее к груди и замер.

Но тут они услышали крики.

И неестественный, воющий рев.

Они выглянули с края площадки и посмотрели вниз.

Изломанное тело Тихе выгнулось дугой и взлетело, окутанное грязным черным дымом. Кожа посерела, впитывая его и истончилась, превращая лицо в жутковатый череп. Рыжие волосы поседели и пришли в хаотичное движение, словно клубок змей, сращенных хвостами. Пальцы удлинились, заостряясь, а ноги посинели. Она распахнула глаза и Оршоя вздрогнула: глазные яблоки Тихе исчезли, сменившись ярко-желтыми огнями, горящими в пустых глазницах.

Тихе улыбнулась.

Ее улыбка становилась все шире и шире, уголки губ треснули и поползли в стороны, словно разрезанные. Теперь она, не моргая, смотрела на Иштвана и Оршою.

А потом рывком распрямилась, легко взлетела и захохотала, как бешеная гиена. Взмахнула рукой и люди, сбежавшиеся на площадь, забились в предсмертных конвульсиях. Они умерли мгновенно и так же быстро восстали нежитью. А Тихе, торжествующе хохоча, ринулась по улице, источая ауру смерти и отравляя ею все вокруг.

— Она поднялась личом! — содрогнулась Оршоя. — Как?

— Видимо, подготовилась на случай гибели, — Иштван сжал зубы и принялся вытягивать ману из воздуха, восстанавливая магический резерв, — готовься к битве! Нам ждать подкрепления?

— Да, Шандор и Грокка должны скоро быть здесь! Но нужно ее остановить, пока она не убила всех горожан! И надо избавиться от нежити!

Иштван кивнул. Наложил на себя и Оршою защитные заклинания. Потом они оба взлетели и бросились за Тихе.

На улицах Гринвуда царила паника: нежить гонялась за перепуганными людьми. Оршоя и Иштван уничтожали ее огненными стрелами, даже не останавливаясь, но мертвых становилось все больше и больше: аура смерти расползалась ядом по улочкам города. Тихе источала ее все сильнее с каждой секундой.

В пятерку зомби прилетела цепь молний.

— Магистр Айронфист, что происходит? — крикнул Кэлиан, задрав голову. — Если герой Гринвуд жив, то откуда здесь столько нежити?

— Тихе восстала личом! Что вы здесь делаете?

Алма упокоила несколько мертвецов и они рухнули без движения.

— Мы пришли помочь! И мы рады, что вы живы, герой Гринвуд!

— Спасибо! Алма, уводи людей из города, пока Тихе его окончательно не отравила! — крикнул Иштван. — Кэлиан, поможешь остановить нежить? Но тебе нужна защита…

— Ничего, в Далунвене было тоже самое! Я знаю, что делать! Шандор и Грокка бросились вдогонку за нежитью, поспешите им помочь!

Кэлиан ушел под невидимость, прячась от нежити. Алма последовала его примеру.

Оршоя и Иштван полетели за Тихе по следу из мертвецов. Та металась по городу, резко сворачивая в неожиданные улочки. То взмывала над крышами, то почти падала на землю. И беспрерывно хохотала, раскинув руки в стороны, словно превращение в лича доставляло ей огромную радость.

— Да что с ней такое⁈ — рассердилась Оршоя. — Чего она пытается добиться⁈

— Уничтожает Гринвуд! — крикнул Иштван. — Может, хочет свалить это на меня? Надо ее догнать и навязать бой! Давай попробуем ускорение!

Они наложили чары и наконец настигли воскресшую некромантку.

— Тихе, взгляни на меня! Ты ведь ненавидишь нас, так попробуй отомстить! — позвал ее Иштван. — Расскажи, что теперь задумала?

Тихе обернулась и небрежно послала им ядовитое облако. Иштван рассеял его.

— Довольна обретенным бессмертием?

Она ничего не ответила, глядя на них с жуткой, застывшей улыбкой на разорванных губах. Седые волосы Тихе извивались, как змеи, а ноги конвульсивно подергивались. Она повторила заклинание, но Иштван вновь его развеял.

— Ничего не хочешь мне сказать?

Оршоя ударила в нее огненными стрелами, но они погасли, поглощенные аурой смерти. И так же погасло огненное копье.

Тихе уставилась на них и послала в них такие же огненные стрелы. Щиты Иштвана выдержали и он попытался спеленать ее лианами. Тихе на миг оказалась обезврежена, а потом лианы сгнили и развалились.

И вдруг появились вновь, больно сдавив в тиски Оршою. Они душили и давили ее так, что у нее потемнело в глазах.

— Иштван! — захрипела она, не в силах пошевелиться.

Лианы разлетелись в клочья, а он подхватил Оршою на руки и приземлился. Поспешно наложил на нее исцеление.

— Ты как? Проклятье, она издевается над нами? С чего она взялась дублировать наши чары?

Оршоя с ненавистью уставилась на Тихе снизу вверх. Та залилась истерическим смехом. Но все еще не говорила ни слова.

И тут Оршоя поняла.

— Иштван, она не лич, а лич-умертвие! Помнишь, Кэлиан говорил, что один из трех «переходов» для некромантов завершается безумием и потерей личности? Она сама не понимает, что творит, иначе сейчас пыталась бы нас добить! А она не пользуется удачной возможностью!

И верно, Тихе потеряла к ним интерес и равнодушно полетела прочь.

Вернее попыталась полететь, но ей помешали три стрелы, вонзившиеся в голову, шею и корпус.

— Эй, уродина! Иди-ка сюда! — заорала Грокка, отвлекая Тихе на себя.

Шандор продолжал стрелять, но Тихе это не понравилось: она выдернула стрелы и атаковала его лианами. Грокка, выругавшись, разрубила их, спасая Шандора от удушения.

— Оршоя, Иштван, давайте к нам! Как будем бить эту гадину?

«Бесстрашная четверка» вновь собралась вместе.

Оршоя и Иштван подбежали к ним и последний тут же накрыл группу мощным щитом. Вовремя: Тихе ударила в них огненными стрелами, затем копьем.

— Твою мать, это опять лич-умертвие? Их же аура смерти защищает, хрен добьешь! — выругался Шандор.

— Я снесу ее «Метеоритом», — пообещала Оршоя, — прикройте меня!

— Сделаем!

Оршоя принялась мрачно творить заклинание. Сейчас от чертовой мертвячки останется одна головешка!

Тихе с интересом смотрела на падающий на нее «Метеорит», но в последнюю секунду ударила по нему воздушной волной, меняя траекторию.

— Берегись!

Оршоя и Иштван, не сговариваясь, сотворили чары полета, схватили Шандора и Грокку, и рванули в сторону. Еще пара секунд и их расплющило бы и сожгло заживо.

Тихе залилась счастливым хохотом и рванула ввысь. Вновь сотворила «Метеорит» и швырнула на город, разрушая несколько зданий и устраивая пожар. Результат привел ее в восторг: она закружилась и заплясала в воздухе.

— Сбейте ее на землю! — рыкнула Грокка. — Она сейчас весь город уничтожит!

Иштван ударил Тихе молнией, но та ей не повредила. Затем натравил на нее стаю летучих мышей, мгновенно упавших замертво. Оршоя попыталась создать вокруг Тихе огненную ловушку, но та с воплем вылетела из нее и сердито уставилась на героев сверху вниз.