Оршоя подошла к ним и остановилась в паре шагов. На столе светилась большая магическая надпись: «Стол для некромантов. Не занимать, если вы не бывший, настоящий или будущий некромант».

Алрани не обращала на надпись никакого внимания, а Оршоя замерла, словно получив плевок в лицо. Она едва оправдала Алрани от ложных обвинений, спасла от смерти, два месяца терпела издевательства архимага Корвуса и лишение магии, а та сидела за столом для некромантов⁈ Еще и веселилась⁈

— О, Оршоя пришла! Привет! — Гровик простодушно помахал ей рукой. — Проходи, садись с нами! Сегодня вкусный десерт подают!

Алрани обернулась к ней и ее улыбка исчезла, разбившись о бешенство на лице Оршои.

— Я два месяца сидела в магоподавляющих браслетах, слушала нотации архимага, потеряла два ранга и все для чего? Чтобы ты торчала за столом для некромантов⁈ — в ярости спросила ее Оршоя. — Так ты ценишь мои усилия? Так благодаришь за спасение от казни⁈

Алрани побледнела.

— Я… нет, ты все неправильно поняла! Я очень ценю… это же просто надпись…

— Добрый день, магистр Айронфист, — насмешливо поздоровался Кэлиан Тобре, — а я уже решил, что вы успокоились и стали вменяемой. Что ж, все ошибаются и я тоже. Эта надпись — всего лишь шутка и удобный способ занять хороший стол. Поначалу маги шарахались и оставляли его пустым для нас, но теперь смеются и пугалка больше не работает, превратившись в нашу внутреннюю шутку. Мой наставник постоянно садится именно сюда, мол, выучил некроманта, имеет право на хороший стол. Так чем магистр Сута хуже? Она тоже заслужила место за нашим столом.

Оршоя с ненавистью уставилась на него.

— Закрой рот, пока жив! Алрани, какого черта ты ушла из Обсидианового шпиля и даже не сказала мне⁈

— Я… я не думала, что тебе будет это важно… — пробормотала та, опустив голову.

— Что ты несешь? Мы подруги, конечно мне это важно!

— А выглядит так, словно вы привыкли командовать магистром Сута и издеваться над ней, — негромко заметил Кэлиан Тобре, — она всегда себя так с вами вела?

— Пап, эта тетка злая? — спросила маленькая полуэльфийка, болтая ногами.

— Очень злая, солнышко. Она ненавидит весь мир и постоянно это показывает, — ухмыльнулся Кэлиан Тобре, — не бери с нее пример, а то от тебя все друзья будут разбегаться, как от нее.

— Да, папочка! Я никогда такой не буду!

— Нет-нет, Оршоя очень добрая, — вмешалась Алрани, — она просто волнуется из-за меня. Я, должно быть, поступила нехорошо, не сказав ей…

— Да ничего подобного! Вы не обязаны были отчитываться перед ней, наставница, — заворковала Алма Сабо, касаясь ее плеча, — хотите, мы позовем охрану и ее выпроводят?

— Ты сейчас договоришься у меня, некромантская крыса! — пригрозила Оршоя. — С чего это ты зовешь Алрани наставницей?

Алма Сабо нервно вздрогнула, а потом вскинула подбородок.

— С того, что я училась целительству именно у магистра Суты, причем целых семь лет. Странно, что вы, ее якобы подруга, этого не знаете. Вы настолько зациклены на себе или вам просто плевать, что происходит в ее жизни?

Оршоя замешкалась.

Она знала, что у Алрани была ученица, та рассказывала об их занятиях и хвасталась, что девочка очень одаренная и далеко пойдет. Но ее имя быстро выпало из памяти Оршои и она думала, что «девочка» была ребенком или подростком. Так Алма Сабо училась целительству у Алрани?

Гровик озадаченно слушал их спор.

— Оршоя, у тебя что-то случилось? Ты чего такая нервная? Садись, поешь с нами. У меня половина пирожного осталась, хочешь, тебе отдам? Или попросим Кэла, он тебе еще достанет из рунного круга.

— Гровик, ты должен есть с учениками, а не с магистрами, — зло заметила Оршоя, — и почему ты-то сидишь за столом для некромантов⁈

— Да это же шутка, вся башня над ней смеется! И тут еда лучше! Прикинь, тут три десерта на выбор, а у учеников один и то не всегда!

— Я велел ему сесть с нами, чтобы стимулировать жажду знаний. Магистрам дают отменные пирожные, так что хотя бы ради них стоит делать карьеру, — невозмутимо сказал Кэлиан Тобре, — вы успокоились? Может присядете уже?

— За стол для некромантов? Да я лучше умру, — процедила Оршоя, — Алрани, пойдем, нам нужно поговорить.

Та встала и виновато улыбнулась всем сидящим за столом.

— Простите, пожалуйста, за это. Я надеюсь, мы сможем вместе поужинать.

— Конечно, наставница. Вы ни в чем не виноваты, — очаровательно улыбнулась Алма Сабо.

— Мы зайдем за вами вечером, — столь же приятно заулыбался Кэлиан Тобре.

— До свиданья, магистр Сута! — хором попрощались Гровик и маленькая полуэльфийка.

Красивое лицо Алрани посветлело.

— До свиданья.

Она отвела Оршою в кабинет целителя на первом этаже и заперла за собой дверь.

— Ты здесь работаешь?

— Да. Я — штатная целительница башни Звездного эха. Спасибо ректору Грие, что приняла меня. И Алме, что порекомендовала меня на место.

Оршоя глубоко вздохнула и медленно выдохнула, пытаясь успокоиться. Она слишком сильно рассердилась и зря взялась давить на Алрани.

— Прости за грубость. Я не хотела тебя обидеть. Но что случилось? Почему ты ушла из нашей башни и зачем общаешься с бывшими некромантами? Тебе нужно держаться от них подальше.

Алрани тяжело вздохнула.

— А с кем мне еще общаться, как ни с теми, кто поддержал в беде? В Обсидиановом шпиле меня подвергли бойкоту из-за обвинений в шпионаже на некромантов.

— Что? Я же тебя оправдала!

Алрани помолчала.

— Да. Но я все равно осталась в глазах магов пособницей некромантов. Когда меня обвинили, я месяц провела под арестом, в магоподавляющих браслетах. О моем аресте сообщили официально, на всю башню магов. А об оправдании умолчали. Просто выпустили и все. И с тех пор окружающие замолкали, когда я входила в комнату, не хотели чтобы я сидела за одним с ними столом и просили удалиться из библиотеки, чтобы не мешать другим. Я будто превратилась в грязь о которую никто не хотел запачкаться. Обо мне сплетничали, что я добилась оправдания через постель. Магистр Айвен Пали постарался.

— Племянник ректора? Вы с ним враги?

Алрани нервно всхлипнула.

— Видимо, да. Он несколько лет за мной ухаживал, но совершенно мне не нравился. Однако он хотел чтобы я родила ему детей, чтобы передать свой магический дар дальше. Преследовал меня и не слушал отказов. После смерти матери я осталась одна и никак не могла убедить его оставить меня в покое. Потом случился мой арест и он пропал. А за сутки до оправдания пришел и предложил меня спасти, задействовав свои связи. Но за это я должна была стать его женой. И быть благодарной ему до конца жизни за то что он рискнул опуститься до связи с магичкой с испорченной репутацией.

Алрани тихонько вздохнула.

— Но ты обещала меня вытащить и я отказалась. Он начал давить, угрожал, что я отправлюсь на плаху, если не поступлю правильно. Это было так страшно! Но меня тошнило от одного его вида. Я не согласилась и он пообещал, что я пожалею. Думаю, это он устроил мне невыносимую жизнь после оправдания.

Оршоя сжала зубы.

— Он боевой маг? Какой ранг?

— Нет, целитель. Второй.

— Я ему яйца отобью. Почему ты мне ничего не сказала?

Алрани не ответила.

Оршоя подождала, глядя на нее, затем пообещала:

— Я решу эту проблему. Заставлю ректора приструнить племянника, заплатить компенсацию и публично принести тебе извинения. Возвращайся в Обсидиановый шпиль и все будет хорошо. Только не общайся больше с некромантами.

— Не надо. Это было важно тогда, а сейчас уже поздно, — Алрани выпрямилась, — и, пожалуйста, не называй так моих друзей. Алма — целительница и никогда не поднимала мертвых. Кэлиана подставил тот же шпион Кенотаф, что и меня, разрушив его жизнь. А Гровик и вовсе никогда не был некромантом.

— Про Гровика я и не говорила, он — хороший парень. А эти двое — лживые крысы! Не верь им.

— А кому мне верить, Оршоя? Я несколько месяцев сходила с ума от того, что меня все ненавидят. Боялась выходить из покоев, чтобы не натыкаться на презрительные и враждебные взгляды. Меня даже на твоей свадьбе все игнорировали. Мой родной дом обернулся против меня. Некоторые маги злорадствовали, полагая, что я получила по заслугам за свою «заносчивость». У меня были пациенты в столице, но слухи дошли и до них и все разорвали со мной рабочие отношения. А потом, однажды, ко мне в гости зашла моя бывшая ученица, Алма. Принесла цветы, посочувствовала насчет несправедливых обвинений, расспросила о жизни… и вот тогда я сломалась. Ревела у нее на плече и жаловалась на жизнь. Я так давно не ощущала человеческого участия! Алма утешила меня, а потом сказала, что мне лучше перевестись в башню Звездного эха. Там меня не будут травить. Я не решалась и тогда она принесла мне письмо от ректора Грие с предложением работы и словами сочувствия и поддержки. А потом пришли Кэлиан и Гровик, помогли перевезти мои вещи. Ректор Пали долго кричал на меня и сказал, что ничего не подпишет, что я позорю башню и лучше бы сидела тихо, а не доставляла всем проблемы. Ректору Грие пришлось вмешаться и только тогда он подписал документы на мой перевод в башню Звездного эха.