— Не может быть, но как, он же не позволит ему родиться, если узнает. Мы там проиграем, он нас всех убьет. — Я затараторила, ужас ночными тенями тянулся со всех сторон ко мне.

— Послушай, детство закончилось, Аврора. От тебя зависит не только жизнь этого ребёнка, но и судьба всего мира. Ты должна вопреки всему выносить и родить это дитя. — В ушах гудело, я не понимала, как и что должно дальше быть.

— Я не такая сильная, не умею сражаться, во мне нет такого твердого духа! — Прозрачность сказанного превратилась в капли, текущие по щеке. А мама погладила мою щеку и тепло на меня посмотрела.

— Порой даже валяться у чужих ног — проявление самой неимоверной стойкости. Аврора, эти месяцы будут твоим собственным адом, ты должна быть готовой к ним. Не смей сдаваться, слышишь, ради того, кто внутри тебя. Помни всегда, что самое главное — это ребенок, который должен появиться на свет.

— А что потом? Я же не буду знать, что мне потом делать. — Голова совершенно ничего не соображала, не хотела ничего понимать. Слова сетью из страха создали ловушку для моей души.

— А тебе и не нужно знать, предначертанное свершится. Даже после самой мрачной ночи всегда наступает рассвет. И твой обязательно наступит, моя дорогая. Тебе пора…

Последнее, что я видела, это ее слезы на глазах, потом вновь, подобно облаку, меня окутали потоки.

Вернулась я туда же, где была ранее. Лежа на земле, подняла глаза. Все вокруг зашевелилось, время начало свой счет вперед. Варгус в упор смотрел на меня, зная о нашем проигрыше, даже не сдвинулся с места. По другую сторону Илай и Леон в бессмысленной схватке продолжали борьбу. Артур также безжизненно лежал на земле. Проследив за моим взглядом, Варгус двинулся к нему. В душе разрослась тревога за всех до единого.

—Аврора, тебе некуда бежать, ты разве этого не поняла. — Его громкий голос доносился сквозь расстояние. Черные тучи гуще сгустились в доказательство его победы, тьма победила, об этом кричала теперь и сама природа. — В доказательство преподам небольшой урок. — Дойдя до Артура, он присел рядом и, смотря прямо на меня, воткнул свои когти прямо ему в горло.

— Нееееетттт! — Мой горестный крик сотрясал воздух. Я сорвалась с места и побежала, когда Варгус откинул Артура подобно ненужной вещи в мою сторону. Его тело прокатилось по земле.

— Нет, нет, нет, Артур… — Крик Леона и Илая послышался позади, я бросилась к нему. Присев рядом, рыдала. Кровь вытекала из него, покидала, забирая его жизнь. Я приложила ухо к сердцу — тишина, сердце остановилось. — Не оставляй меня, не бросай, как же я без тебя. — Горло обжигало, сдавило подобно тискам, ветер трепал его алые, прокрашенные кровью волосы. Мой ад уже начался прямо сейчас!

— Кто следующий, Аврора? С кого теперь начать? — Варгус бросил взгляд на братьев, опять ужас сковал меня, эмоции вымотали, и я, обессиленная, вперила в них взгляд. Последние дорогие сердцу люди без сил лежали на траве. — Впрочем, это не важно, кто будет первым. Или, может, все-таки предпочитаешь кому-то продлить на пару минут жизнь? — Вернув свой человеческий вид, Владыка вальяжно шагал. — Мне теперь не нужны человеческие тела, и даже не требовалось быть в том облике для того, чтобы пользоваться тьмой. Разве это не замечательно? Твоя судьба предрешена, Аврора, ты будешь моей: королевой, женщиной и марионеткой. Ахах. — Он продолжал шагать в мою сторону. Я бросила взгляд на Илая, мужчину, которого любила до глубины души. Взглядом пыталась передать все чувства к нему, губами тихо прошептала:

— Я люблю тебя…

Подскочив, я рванула к Варгусу. Горячие слезы катились по скулам, зная, что иду на смерть. Что будет дальше? Как мне спасти ребёнка, не имела ни малейшего понятия. Сбавила бег и остановилась, когда до него остался шаг.

— Удивляешь, златовласка, сама бежишь ко мне? Правильное решение! — Он довольно улыбнулся, приподнимая свои черные брови. А я внезапно для него рухнула перед ним на колени.

— Не убивай их, умоляю, сделай подарок для своей будущей королевы. Я готова стать твоей по доброй воле и клянусь тебе в верности. — Сначала он смотрел с изумлением, потом равнодушно бросил:

— Ты и так все равно стала бы моей, к чему их никчемные жизни. — Он посмотрел в сторону и задумался. — Хооотяяя… Убить их я всегда успею, а сделать из них ручных песиков — хорошая идея! — Он прищурил глаза. Илай из последних сил кричал, я не смотрела, его взгляд сейчас я вынести бы не смогла.

— Ну что ж, моя королева, твой трон ждет тебя! — Подошедшая Алтея протянула ему книгу, и вновь прозвучало заклинание. Из чернеющих кончиков пальцев вырвалась тьма, проникая, заполняла каждую мою часть. И теперь я — та, кем боялась все это время стать. Поглощающая тьма, как чернила по белому листу, проходила по мыслям, крича, какой нужно стать. В глазах потемнело, мрак раскрыл объятия, и я, не сопротивляясь, бросилась к нему сама.

В один день мы с Илаем ужасно поссорились, когда обсуждение дошло до детей. Я заявила, что не хочу их, и он ещё больше вспылил, когда узнал, что я пью настой, чтобы это предотвратить. Неожиданная беременность была бы некстати.

— Вот зачем ты ведешь себя как ребёнок, Илай? — Я гналась за ним. Он не разговаривал со мною уже неделю, и поэтому я продолжала преследовать его. Лес был окутан темнотой, лишь небольшой свет от луны освещал его. Ночь оказалась прохладной, ведь началась осень. Листочки пожелтели в доказательство приближения зимы. — Опять молчишь, ты меня неправильно понял, Илай.

Этого мужчину не портила даже злость, за эти месяцы я еще больше привязалась к нему. Общение с ним сделало меня серьезней, заставляя смотреть по-другому на мир.

— Да стой же ты! — Я схватила его за руку и попыталась остановить. — Ну зачем ты так?

Он остановился и вперил в меня озлобленный взгляд.

— А может потому, что ты заявила о нежелании выйти за меня? Создать со мной семью, родить детей? — Он тяжело дышал. Я не боялась его злости, ведь знала, что он не причинит мне вреда.

— Ты не понимаешь, почему я так ответила! — Я повысила немного голос в желании высказать свое мнение. — Мы не знаем, наступит завтрашний день или нет, а ты просишь взять на себя такую ответственность.

— Хорошо, я понимаю, ребенок это не игрушка, я готов это принять. Но о какой ответственности ты говоришь? Связать свою жизнь со мной — это тяжелая ноша? А может, ты просто не желаешь?

Любовь, наверное, делает людей глупыми, и мы с ним стали таковыми. У каждого в голове зародились странные мысли.

— Я разве сказала, что всего этого не хочу? Наша близость разве не показатель нашего желания быть вместе? — Я не хотела выдавать настоящую причину, и, зная это, он горел ярче огня.

— Скажи мне настоящую причину этого решения, я же вижу, что ты не договариваешь! — Он приблизился и обхватил ладонями мое лицо. — Ты боишься, что я оставлю тебя, как и твои родители?

Это был шепот, ласковый и головокружительный. Его глаза, как ночное небо, засияли звездами.

— Аврора, я ради тебя готов гореть каждый день в самых ужасных глубинах ада.

Глаза защипало, и я заплакала. Ресницы намокли, и холодный ветер охладил кожу, где они касались. Делиться этими страхами стало как-то стыдно, а может, они являлись глупыми. Илай большими пальцами стер слезинки, заставляя их впитываться в кожу.

— Я тоже боюсь тебя потерять, а мысль о возможности, что ты будешь с другим, сводят меня с ума. Я не желаю даже чужого взгляда в твою сторону, не хочу даже дыхания чужого мужчины, касающегося тебя.

Эта ревность пугала и радовала одновременно. Я протянула руку и коснулась его щеки.

— Я тоже не хочу всего этого, мне нужен лишь ты!

Ветер усилил свои потоки, и листва, шурша на деревьях, медленно опускалась к земле.

— Меня пугает мысль, когда думаю о смерти. Варгус убьет меня, а кто останется у нашего ребенка? Или какого покидать этот мир с неродившимся ребенком во чреве?