Воины дружно ударили латными кулаками о свои щиты, что значило, что меня услышали. И вот сигнал к бою, и все десять оппонентов срываются с места и бегут в нашу сторону, причём с бешенной скоростью. Мы встали в боевые стойки, встречая врагов, и вот расстояние сокращается, на солнце блестит наконечник моего копья, который торчит из-за щита. Потом вся эта толпа начинает прыгать метров на пять в высоту и оказывается позади нас с гномом, прямо в сформированном моими парнями строю. Я резко разворачиваюсь, чтобы увидеть, как ребят буквально разрывают на части, после чего впиваются клыками в ещё теплую плоть. Мои бойцы просто ничего не смогли противопоставить этим монстрам, которые вырывали щиты из строя вместе с руками, их держащими. Невероятная сила и скорость. Краем глаза замечаю, что нескольких парни всё же достали, но эти уроды словно не замечают ран и даже не кровоточат. «Да это же долбанные вампиры!» Я уже мчу на выручку, как с руки одного из них срывается сгусток тёмной энергии. Урод кастанул, на арене, где стоял антимагический артефакт, который, видимо, не был настроен на аспекты хаоса. Я подставил щит, и его начало разъедать, словно чёрной кислотой, прямо у меня на глазах. В нас полетели десятки сгустков, от которых мы стали уклоняться, благо скорости пока хватало. Трибуны ахнули, потом послышались возмущённые крики зрителей.

— Магия запрещена!

— Что это такое!!!

— Не по правилам!!!

А дальше я почувствовал, как мана начинает переполнять меня, перед глазами появляются зелёные энергетические отблески каких-то семян растений, в своё время попавших в песок арены. Да и в мою одежду вшито много материала для быстрого выращивания. Магия снова доступна, кто-то деактивировал ограничитель после вампирского каста. Краем глаза вижу вставшую с кресла Панар и понимаю, что запрет был снят ею. «Моя красотка». После чего впереди вырастает стена земли, в которую бьют чёрные сгустки скверны. Подключился гном. А на мне появляется БКМ, в самой тяжёлой его версии. Который вырос прямо поверх доспеха, что было не очень удобно. Тем не менее, я стал в разы сильнее и быстрее. Но это не помогло моим парням, которых не смогут собрать даже самые лучшие лекари мира. Но под благословением я не теряю контроль, не злюсь, хоть чувство сожаления и сострадания никуда не девается, тем не менее я спокоен и двигаюсь к цели. По скорости кровососы не уступали оборотням, потому успешно уходили от кольев, выстреливавших из земли. Уроды решили сократить дистанцию и ринулись на нас всем скопом, окружая. Секунду спустя с трибун в них посыпались стрелы, которые находили цели, но вот особого вреда не наносили. Быть может, слегка замедляли и сковывали движения. Поднялись решётки, и нам на помощь уже бежала стража арены. И судя по всему, снова постаралась Панар. Противник нарушил правила и автоматически проиграл схватку, потому у моей благодетельницы были развязаны руки. Всё происходит за какие-то секунды, часть упырей отделяется от основной группы и бежит сеять хаос в ряды местных полицейских, которых ведёт лично Шодид, доверенный воин Панар. Шансов у стражи не было никаких, держался лишь наш знакомый воин. Мужик явно был из таких же мутантов, что и Геро, потому как двигался нечеловечески быстро, он даже достал нескольких тварей, но вот умирать от удара меча они не желали. Всё это я фиксировал периферийным зрением за доли секунды до столкновения с нечистью. Шодид с парнями дали нам драгоценное время, драться с шестью кровососами вместо десятерых было гораздо проще. Как выяснилось, слабых мест у тварей не было. Их можно было только расчленить, но и тогда отрубленные куски шевелились, хотя опасности уже и не представляли, подозреваю, что если их соединить, они снова прирастут. За несколько секунд мы с Инганом порубили гадов в капусту, мой БКМ без преувеличений был безупречен — сила, скорость, броня, державшая удар, плюс костюм был растением, и я мог выращивать на нём всё, что пожелаю, от шипастых отростков до гигантского кулака в виде булавы, которым разбивал головы врагам. Шодид остался один, двое вампиров остались без голов и конечностей, но и на руке воина были видны следы укуса, я напрягся. И мои опасения подтвердились — укус заразный. Оставшиеся два упыря потеряли интерес к застывшему воину и переключились на нас. А Шодид тем временем начал меняться.

— Инган, эти двое на тебе. — Гном кивнул, а я бросился в сторону трансформирующегося воина, пока не стало поздно. На что способен вампир-мутант, проверять не хотелось. И, к счастью, я успел, снеся голову бедолаги. Которая откатилась на несколько метров от туловища и злобно смотрела на меня, лёжа на песке, словно её тело в него закопали. Инган расправился со своими. А я подошёл к валявшемуся обрубку в виде грудной клетки одного из упырей и стал поочередно выстреливать в его сердце различными видами растений, словно жидкий терминатор, выстреливавший мечами из рук, но гад, а точнее, его часть не умирала. Пока я не всадил в плоть дерево под названием Аспен, такой аналог осины в этом мире. И о чудо, у монстра была на него положительная реакция и он сдох, превратившись в пепел. «Почти всё по канонам». Вместе с грудной клеткой истлели и другие куски тела, разбросанные по округе. Но добить остальных вампиров мне не дал знакомый голос.

— Ну вот ты и попался, выродок.

Я поднял глаза на говорившего и неприятно удивился.

— Марлен, бароний сын, ты или это? — Сказал я, сев на выращенный из руки импровизированный табурет, тем самым напоминая о нашем первом знакомстве. «Вот такая я заноза». Но ублюдок лишь плотоядно улыбнулся, оголив внушительные клыки. Рядом стоял ещё один человек и тоже до боли знакомый, но вот вспомнить его я почему-то не мог.

— А кто твой спутник, бараний сын? — Снова поддел я гада, нелестно отозвавшись о его папке, который тоже был той ещё мразью.

— Оо, ты меня не узнаёшь? Прелестно. — Сказал худой человек с заострёнными ушами, которые я увидел, когда он снял капюшон. И по голосу я-таки узнал подонка.

— Фи, неужто его светлость сам герцог Итерн Ландайский? Вы похудели? Что за диета, не подскажете? Хотя я такое точно не ем. Оо, или вы смертельно больны? Ой, хоть бы второе. — Максимально беспечно сказал я, а сам прикидывал, что делать. Ведь, судя по всему, все эти шевелящиеся вокруг части тела — дело рук это сладкой парочки. И я ничего умнее не придумал, как продолжать бесить гадов.

— А вы теперь всегда вместе? Неужели усыновили этого лоботряса? Или что похуже между вами?

— Неплохая попытка, мальчик, но твой путь окончен. — Сказал некогда жирный барон.

— Как говорят у меня на родине, «Не говори „гоп“ пока не перепрыгнешь». И я встал в боевую стойку.

Вампиры скинули балахоны и остались по пояс голыми, явив миру накаченные торсы, переплетённые жгутами мышц. «Сраная театральщина». После гибели стражников зрителей эвакуировали с арены, и мы остались одни.

— Оо, я отведаю твоей крови, щенок. — Сказал герцог, а потом приказал младшему Фон-Терсу, сыну покойного Метриха

— Марлен, фас!

Уродцу два раза говорить не пришлось, и он за доли секунды сократил расстояние до меня и одним ударом отправил мою тушку в полёт. Но вампиру противостояло чудо инженерно-магической мысли в виде экспериментального тяжёлого доспеха БКМ-12.0 с динамической защитой. Сотни пройденных битв показали недостатки предыдущих версий доспеха, не сосчитать, сколько раз я получал удары различной степени тяжести от всяких тварей, отделываясь небольшими ранами или приличными ушибами, что начало мне надоедать. Конечно, мышечная масса костюма защищала и гасила инерцию удара, но жёсткие искусственные мышцы — это не вам перьевые подушки, потому при сильном ударе банально было больно, плюс при повреждении какой-то части мышечной массы уходило время и мана на их регенерацию. Именно тогда я задумался о динамической защите, которая бы как-то гасила прилетающие в моё тело гадости. Так появился внешней слой БКМ, названный кожей, которую я выращивал в виде рыцарской панцирной брони — это смотрелось красиво и не бросалось в глаза местным жителям. Ну, подумаешь, зелёный доспех, странно, конечно, но в целом в рамках нормы. А когда перед тобой появляется накаченный зелёный гуманоид без глаз, на ум приходят различные чудовища. В общем, в таком случае недолго схлопотать стрелу и от своих. Кожа БКМ была довольно крепкой, способная выдержать удар мяча по касательной. Но самый смак находился под ней, в нескольких сантиметрах пустующего пространства, отделявших её от мышц, которое заполняли миллиарды нитей тоньше человеческого волоса, работавшие как сенсоры, и при сильном ударе или уколе в какое-либо место, навстречу предмету начинал вырастать букет маленьких лиан толщиной с дождевого червя, с желеобразной начинкой, которые и гасили инерцию. Фишка была в том, что чем стремительнее был удар, тем быстрее срабатывала защита, сенсоры отправляли сигнал в костюм, который был запрограммирован на результат. В бою двенадцатую версию я ещё не испытывал, но после сражения с соколами и окончанием времени благословения вариантов у меня не осталось. Потому как я подозревал, что Марлен и Итерн гораздо сильнее предыдущих соперников. И вот пролетая десятки метров от удара, на который просто не смог среагировать, думал, какой-же я всё-таки молодец. Такой удар мог легко пробить грудную клетку вместе с железным нагрудником. Но мои сенсоры справились, смягчив ещё и падение. Времени опомниться мне не дали, не успел я приземлиться, как этот ублюдок уже оказался возле меня. Его скорость не уступала Альфе из замка Тенебра, если не превосходила. Почему-то Инган не спешил на помощь. Как оказалось, в это время гном сражался с какой-то женщиной в чёрном, которую Итерн, некогда жирный герцог, называл Асобани. «Неужели та самая?» Одна из матрон Деструма согласилась на бессмертие после демонстрации на арене. Итерн укусил женщину, оставив мутировать в одной из лож, а сам отправился на разговор с одним бесячим зелёным магом. И вот эта зловредная баба уже дерётся с одной из лучших секир царства гномов. Асобани не знала, что, получив силу, станет рабыней альфа-вампира и все те, кого обратит она, тоже станут его рабами. Да и никто тогда не знал, герцог был первым представителем своего вида в мире Креора. Укушенные лично альфой были сильнее, чем те, кого кусали беты, и так по убыванию. Но чем больше людей кусал альфа, тем слабее становились беты, словно сила рассеивалась. Но если кого-либо обращал бета и ниже, на его силе это не сказывалось, но большое количество обращенных гамм тоже приводила к рассеиванию сил клана, и так по убывающей. Было и ещё одно условие, чтобы создать бету — это добровольное обращение, в противном случае получались не очень умные злобные монстры. Это правило касалось бет и гамм, при насильственном обращении разумный становился туповатым монстром, ведомым голодом, но если он соглашался, то обретал силу, частично сохраняя личность. Марлен был очень силён и невероятно быстр, честно говоря, я ничего не мог противопоставить ему, лишившись благословения, потеряв скорость восприятия, я летал по арене, как кусок пережёванного щавеля, получая удар за ударом. Жалкие попытки выстреливания ежом осиновых игл результата не приносили, пару раз удалось задеть гада, но у него было только одно слабое место — сердце, все остальные раны мгновенно заживали. Мана кончалась, спасала только динамическая броня, но даже так я уже чувствовал железный привкус крови во рту, дело было дрянь. Как вдруг по периметру стали подниматься решётки арены, и из проходов начали выбегать сотни солдат. Окружив нас с выставленными копьями и закрывшись щитами. Возглавляла армию моя прекрасная госпожа. Вампиры остановились. А меня охватил ужас и паника. «Дура, куда ты полезла!!!»