— Правда, призраки?

— Да, кто-то обозвал, теперь гуляет кликуха.

Самый любопытный из воинов, кажется, все называли его Котом, широко заулыбался, сорвал шлем с головы и радостно заорал.

— Парни, да это же те самые Призраки!

— Кто? — Тупо крикнул кто-то в ответ.

— Да командир наш и леди Анника, сэр Геро и сэр Инган. Те самые, что земляного дракона завалили. И что водили за нос лучших егерей континента.

«Какого, нафиг, дракона?»

Толпа загудела:

— Призраки, те самые.

— А, ну понятно теперь, как они волколаков раскидывают.

— Неужто правда потянем тварей?

— Конечно, призраки никогда не проигрывают.

— Говорят, они даже змея задушили.

— Да это ты своего змея душить любишь.

— Ах-ха-ха-ха.

— Да пошли вы! Придурки.

В общем, мужики воспряли, и наш боевой дух поднялся до отметки в сто процентов из ста, если бы такая шкала была. И это очень хорошо, боевой дух на поле боя — это половина победы — проверено. Потому разубеждать людей в том, что мы завалили какого-то там дракона, я не стал. Слухи — такая вещь, которую любят приукрасить, но сейчас они нам на руку. Хотя, по правде сказать, на счету нашего отряда не так уж и мало тушек совсем не безобидных зверушек из местного инсектария.

На улице начало темнеть, Иуст освятил оружие, и половина воинов в полном оснащении уже была на боевых позициях, остальные отдыхали. Противник, конечно, дал нам неприлично много времени на подготовку. За что ему огромное спасибо. В сумраке мы услышали женские крики:

— Помогите, люди добрые, помогите.

— Мама, мне страшно.

— Быстрее, воины нас не бросят, быстрее, пока волки не проснулись.

К нам бежала группа женщин с детьми в потрёпанных одеждах. У многих солдат загорелся огонёк надежды в глазах, каждому хотелось, чтобы среди них оказались их жёны и дети. Женщин было не так много, но как говорится, надежда умирает последней. Вперёд вырвалась одна из девушек: «Ребятки, впустите! Не дайте пропасть!» — Слёзно орала она.

— Это же Иренка, я знаю её, она возле рынка живёт. — Крикнул кто-то из наших.

— Откройте быстрее ворота. — Засуетились воины.

— Стоять! — Жёстко отрезал я.

— Ну как же, командир, это же наши бабы! Вон уже узнали даже одну.

Но я не слушал и приказал: «Арбалеты к бою. Цельсь».

— Командир, это же наши. Нельзя же так.

— Просто цельтесь, стрелять не надо. Пойду поближе, посмотрю на вашу Иренку.

Воины облегчённо выдохнули, а я по стене я прошёл к воротам и сиганул вниз с высоты в метров пятнадцать. В БКМе я мог исполнять и не такое. Женщины смотрели наверх, в их глазах были самые настоящие слёзы. Вот только меня они совершенно не замечали, я вплотную подошёл к Иренке и помахал рукой перед её глазами. Осмотрел всех вновь прибывших и убедился, что меня не замечает никто. Как говорится, ноль внимания — килограмм презрения, словно меня не существовало.

Отойдя от группы на метров десять, я решил пошалить. Снял амулет, положил возле своих ног.

В доли секунды все взгляды и женщин и детей упали на меня.

— Ну, привет, сучки. — Сказал я и швырнул в эту толпу гранату.

Реакция оборотней была потрясающей, задеть удалось всего две особи, которые находились в самой середине, и то из-за того, что уйти от удара им помешали рядом стоящие. Остальные, обернувшись в волков, смогли избежать моего каста. Отдавать команду арбалетчикам не пришлось, со стены посыпался град болтов. Прорядив волчиц с щенками на половину. Одна из тварей начала взбираться по вертикальной стене и довольно-таки успешно, за пару секунд она почти добралась до вершины, пока её не сбили болтами, остальные предпочли отступить обратно в город, пропав из виду в уже довольно густом тумане. А я тем временем поднял амулет и начал растить тонкое дерево с одной веткой, служившей мне ступенью, которое словно лифт подняло меня на стену. После чего дерево осыпалось прахом. Но наверх я поднялся в отвратительном настроении, перевёртышам оказалось наплевать на стену, и это было очень плохо, критически плохо. «Нам капец, Люда», — перепел я в уме строчки переделанной мной знаменитой композиции. Люди тварям в ближнем бою не соперники. Я начал прокручивать в уме варианты битвы. У нас было немного магов, которые, если не струхнут, окажут нормальное сопротивление, «непонятно, как твари их захватили живыми и надели противомагические ошейники, неужели просто сдались?» Мысли как обычно ушли в сторону. «Нас четверо, плюс короткое благословение, которое мы пока не использовали и берегли на крайний случай, стоп! Благословение!» Я пулей слетел со стены.

— Где пацан, клирик? Где Иуст? — Прокричал я.

— Я здесь, сэр Руслан. — Сказал мальчонка за моей спиной.

— Сможешь призвать большое благословение?

— На это способны немногие святые старцы, а я простой ученик. Просто не хватит сил.

— А знаешь, как?

— Знаю, но не получится. Мой голос слишком слаб.

— Какой голос?

— Духовный.

— Ну а попробовать сможешь?

— Я не знаю.

— Давай, дружище, не робей, попробуй.

— Хорошо.

Парень встал посреди площади и стал молиться.

В это время послышался очередной душераздирающий вой тварей. «Походу, наступают».

Но ощущения силы и умиротворения не приходило. Парень закончил молитву и грустно сказал.

— Простите, сэр Руслан.

— А что нужно?

— Нужно молиться громче. Не голосом, а душой. Так говорил наставник.

Теперь понятно, почему клирики Санктуса объединялись, призывая благословение на войско. И тут меня осенило:

— А если тебе помогут?

— Не получится, нужны благословлённые.

— А если участники будут под малыми благословением?

— Может получиться, только где же их взять? Благословение дар, даже малое.

Друзья, стоявшие рядом со мной, дружно переглянулись. Тем временем со стен с ужасом прокричали:

— Волколаки!!! Тревога!

— Давай, Иуст! Пробуй ещё раз.

Мы подошли к парню с четырёх сторон и положили на него руки, призвав малое благословение. Мальчишка снова начал молиться. И в этот момент я словно провалился в бездонный космос, ощутив какую-то безграничную доброту и любовь. Так хорошо мне никогда не было. Словно я снова стал маленьким ребёнком, которого убаюкивает нежный голос мамы. Внутри нарастал неописуемый восторг от разлившейся красоты и величия окружающего меня пространства. Потом я увидел полупрозрачных друзей, окруживших светящуюся фигуру щуплого мальца. После чего наваждение спало, и мы снова оказались в ночном замке, где играли тени мечущихся людей, отражаемых от зажжённых вокруг факелов.

— Получилось? — Сразу спросил я, потому как сам находился под малым благословением и не мог ощутить большого. И мальчик ответил:

— Да. — После чего рухнул, потеряв сознание. Гном успел подхватить Иуста и бережно, словно тот был каким-то сокровищем, понёс мальчишку в замок, где прятались женщины и дети. Паренёк действительно был бесценным.

А дальше началась битва. Волки полезли на стены под градом болтов, люди успевали стрелять всего лишь раз, после чего отбрасывали арбалеты и хватались за мечи и копья. Оборотни явно удивились такому мощному сопротивлению. Конечно, воины до сих пор не тянули волка в битве один на один, но пары-тройки человек хватало, чтобы отправить тварь в бездну. К тому же у нас было два супероружия в виде орка и гнома, сметавших нечисть, словно они были годовалыми щенками. На стене я не мог полноценно кастовать, земля была слишком далеко, а выращивать что-то в камне не представлялось возможным. Автономные гранаты быстро кончились, прорядив ряды волколаков. Некоторые твари пытались хитрить, в суматохе обращаясь в людей, но на кольчугах наших парней белой краской были нарисованы опознавательные знаки. А в человеческом обличье они лишались жизни очень быстро. Противомагические амулеты поглощали редкие касты перевёртышей. Наши маги жгли, замораживали, разрывали ветром запрыгивающих на стены тварей. Израсходовав всё дальнобойное оружие, я пошёл в рукопашную. Одна из запрыгнувших на стену бестий серого цвета откусила голову зазевавшемуся бедолаге, но я в тот же миг отомстил за мужика, проткнув ей горло. Бой, как всегда, превращался в кровавую карусель, которую невозможно было остановить. Мы теряли людей, но и волки, будучи в невыгодных условиях, помирали десятками. Я старался помогать ребятам, которые стояли рядом, краем глаза замечаю, как оборотень прижимает Кота к полу стены, вонзив когти в плечи воина, выведя из строя обе руки. И медленно с упоением подносит открытую слюнявую пасть к горлу жертвы. Но воин смотрит на это действо буднично, что явно раздражает монстра. «Благословение рулит». В два прыжка оказываюсь возле них, одной рукой протыкаю выпрыгнувшего из-за стены монстра и одновременно плечом сбиваю с моего соседа этого гада. Волк очухивается, прыгает на меня и оказывается прямиком на выставленном копье. Сбрасываю тварь в пропасть, она попадает на голову другой животины, сбивая её вниз. Мельком смотрю на воина. «Жить будет, если успеет к целителю». Но пока никак помочь ему не могу. Бой в самом разгаре. В один момент замечаю гигантский силуэт, залетевший на стену. Огромный чёрный волчара, вставший на задние лапы, издаёт оглушающий рёв, который сметает бегущих к нему солдат со стены. Трёхметровая туша в доли секунды оказывается возле одного из наших магов и лапой сносит полтуловища. В воздух ударяет фонтан крови. Я даже не понял, когда рванул в сторону альфы, а это без сомнения был он. Вокруг монстра образовалась свободная площадка, которую стали заполнять члены его стаи. Затем он прыгает вниз, разбрасывая людей, посмевших приблизиться к нему. Волк упивается своей силой, но люди не робеют. И пытаются его достать, правда, всё тщетно, перевёртыш несёт только смерть. Он легко уклоняется от болтов, и кастов магов, словно умеет замедлять время. И вот настаёт момент, когда я смотрю в глаза чудовищу сквозь щель забрала моего шлема. Битва проходит на земле, что очень хорошо для меня, ведь в тот же миг в него летят несколько стандартных гранат, а снизу вырастают ежи из заострённых пик. Но достать гада не получается. В какой-то момент я моргнул, и альфа словно испарился. Мои инстинкты буквально взвыли, предупреждая об опасности, я чувствовал смрадный запах его дыхания. «За спиной», — прыжок вперёд, и на том месте, где только что был, клацают громадные клыки. Резко разворачиваюсь, но волка и след простыл, гад снова как-то оказался за моей спиной, краем глаза вижу летящую когтистую лапу мне в голову. Успеваю поставить блок рукой с выращенным щитом из уплотнённых веток, который вдребезги разбивается, отсушив мне руку, даже БКМ не смог смягчить этот удар. Отлетаю в стену, из лёгких выходит весь воздух вместе с кровью.