Ближайший к нам клирик, очень высокий и очень худой на вид мужчина средних лет сказал:

— Это был морок. Значит, среди тварей как минимум есть даркер, увидите тварь, окутанную тьмой, держите её на расстоянии и сразу зовите клирика. Это низший инфернал.

— А если инфернал посильнее будет? — спросил кто-то из воинов.

— В таком случае да поможет вам Бог! Встречу с такой мерзостью необученному воину пережить вряд ли удастся.

Я лишь подумал, что мы с Геро видели урода и покруче, но скромно промолчал.

А дальше началась настоящая жесть, как и тогда, в Ауруме, раздался леденящий душу вой, но уже не десятка тварей, а тысяч. После этого звука мы как-то немного даже напряглись, но благословение работало как швейцарские часы. И мы приготовились к бою. Первыми в круги света факелов нашей армии выбежали псы скверны, которых мы встретили лесом копий, укрывшись в крепости из щитов. Клирики отбивались от них играючи, разрубая зомбо-собак на лету. Но в какой-то момент их количество стало расти в арифметической прогрессии, и монахи были вынуждены отступать под защиту строя. Дальше началась настоящая свалка, некоторые твари перемахивали через живой барьер и оказывались в нашем тылу, убивая одного-двух зазевавшихся крестьян, прежде чем их упокоят остальные. Другие твари зубами впивались в щиты, периодически выдёргивая одного-двух бедолаг в эту ожившую реку смерти. За секунду человека буквально разрывали на куски. Но солдаты святого воинства умирали молча, сражаясь до последнего, я видел, как обрубок человека, с оторванными ногами и правой рукой, до последнего втыкал нож в уродливую морду нечисти, до тех пор, пока ему не откусили голову. Больше всего урона наносили клирики и маги, бившие по площадям. В первые минуты схватки я израсходовал все заготовленные гранаты с таймером, мои друзья держались рядом, Анника жгла, можно сказать, напалмом, Геро встречал в воздухе прыгающих в наши ряды псов. Инган каменными стенами закрывал прорехи в строе, обездвиживал врагов, топя их ноги в земле. Спустя какие-то минуты я уже стоял в первом ряду, заменив какого-то разорванного бедолагу. Но подойти ко мне сквозь буреломы и выращенные пики было задачей непростой. Параллельно приходилось работать копьём и щитом. В какой-то момент в меня ударил чёрный энергетический сгусток какой-то дряни. Прошив все препятствия в виде растений, словно раскалённый металл пенопласт. Щит в моей руке стал разваливаться, будто его облили концентрированной кислотой. В сторону врага пролетел фаербол эльфийки, который, взорвавшись, осветил окрестности. И я увидел того, кто запустил этой гадостью в мою сторону. Даркер — низший инфернал, как и все демоны, эти твари обладали приличным магическим арсеналом и огромной физической силой. Трёхметровый гуманоид с лицом, напоминающим человеческий череп, обтянутый обугленной кожей. Вокруг него буквально клубилась тьма, напоминавшая одежду, точнее, кучу торчащего в разные стороны тряпья. Урод выцеливал магов, оставаясь в тени. Я сразу крикнул тому самому монаху, что предупреждал нас о нём.

— Клирик, там даркер! Анни, пуляй туда что-нибудь помощнее, — я указал пальцем направление для эльфийки, но она и сама заметила урода во время вспышки, возвышавшегося над низкорослыми псами. Тем временем я подобрал валявшийся рядом щит, дабы принять следующий удар урода. И как раз вовремя, гадость впилась в мою вовремя поднятую защиту, обещая после него растворить руку. Его магия брала даже освящённое оружие, что напрягало. Противопоставить подонку мне было нечего, брошенная граната старого образца наткнулась на тёмный полупрозрачный барьер. Как, впрочем, и гигантский фаербол Эльфийки. Положение исправил клирик, со стороны которого в даркера уже летел небольшой шар света размером с женский кулачок. Дальше произошёл взрыв, точнее, выброс света, опустошивший территорию вокруг даркера на десятки метров. Но сама тварь выжила, каст монаха задел её плечо, которое словно немного тлело. Недолго думая, этот худощавый с виду клирик кинулся к противнику. Кастовать он явно больше пока не мог. «А жаль, мощная штука».

— Ребята, нужно прикрыть его, массой задавят сволочи. — Выкрикнул я, но объяснять моей команде, о ком речь, не пришлось, и мы трусцой двинулись вслед за парнем в сером балахоне. Даже Геро, который мог в несколько прыжков обогнать клирика, не стал этого делать. Противник был нам неизвестен, а монахи своё дело знают, наша задача лишь поддержка и прикрытие. Ведь опустевшее пространство стали заполнять полчища тварей. В общем, мы должны были обеспечить нашему парню честную схватку один на один, и мы с этой задачей справились. Всё-таки четыре мага, слаженно работающих в связке, страшная сила, хоть, по сути, мы и являлись первокурсниками, но очень талантливыми, должен заметить, и опытными. В доли секунды мы организовали импровизированную арену из горящего кустарника, которую окружал трёхметровый ров. Небольшой ветерок, скастованный орком, не давал монстрам подойти близко. Даркер мог устранить нашу преграду лишь одним взмахом своей чёрной кисти, но вот только клирик ему этого сделать не позволил. Маг скверны был силён, но неповоротлив, потому у монаха были все шансы закончить схватку в свою пользу. Огонь, конечно, сдерживал тварей, но ненадолго, впереди стоящих подпирали сзади идущие, и монстров буквально выталкивали к огненному кольцу. Они падали в гномий ров, который очень быстро заполнялся тушами. Затем тела тварей стали попадать в наш импровизированный костёр. Я выращивал новые ветви, Анника жгла, Геро раздувал пламя, а Инган уже встречал с секирой наперевес опалённых одиночек, сумевших пробиться к нам. Краем глаза я наблюдал за битвой клирика, у которого дела шли не сказать, чтобы уж очень хорошо. Окровавленная левая рука служителя ордена висела плетью, худощавый явно терял силы и держался на одном упрямстве, с виду невредимый инфернал тоже был потрёпан, я понял это по разбрызганной вокруг него чёрной слизи, служившей ему кровью. Которая также стекала по мечу нашего парня. «В общем, нужно было подключаться, без клирика у нас будет мало шансов против магии этой твари», — подумал я. И явно был не одинок в своей оценке.

— У клирика проблемы. — Сообщила очевидную вещь эльфийка, и мы не сговариваясь всей четвёркой бросились в сторону Даркера. Я вырастил из земли колья, которые буквально сожрала защита этого урода. Фаербол Анни тоже в ней утонул. Затем от этой сволочи прошла какая-то энергетическая волна, и вот уже Геро дерётся с Инганом, и боюсь у гнома скоро будут большие проблемы. Моё двойное сознание снова выручило, и я устоял перед ментальной атакой. Анника трясла головой, словно пытаясь сбросить наваждение, 100-летняя эльфийка достаточно успешно сопротивлялась этому гипнозу. Ну, по крайней мере она не пыталась прирезать друга. А вот Геро с гномом уже набирали приличную скорость, и, как показывает опыт спаррингов, продлится это ещё секунд пять-шесть. Недолго думая, я переключился на разнимание друзей, выстреливая в них затупленными кольями, от которых ребята успешно уворачивались. Когда эти два зомбака врубятся, кто источник их проблем, мне не поздоровиться. Тем временем клирик в отчаянном прыжке попытался достать демона, но его выпад парировал шипастый жезл гада. Горло монаха оказалось в чёрной когтистой лапе. Даркер улыбнулся, предвкушая победу, как в этот момент ему в глазницу вошла эльфийская стрела. «Анни очухалась». Тварь дико завизжала, отпустив клирика, чем тот не преминул воспользоваться, подняв с земли выбитый меч, он вогнал его в то место, где у людей обычно находится сердце, после чего упал на поверженное тело демона. Мои парни очухались и глупо смотрели по сторонам, правда, недолго, наше огненное кольцо уже погасло в нескольких местах, и к нам неслись орды всякой нечисти. Которую встретили воздушные кулаки, каменные шипы и фаерболы. Под прикрытием я подбежал к клирику, пощупал пульс на шее. «Жив». Закинув монаха за спину, крепко привязал его лианами, и мы дружно начали отступать под родные щиты и копья нашей армии. К счастью, удалось передать монаха в тыл целителям. Но отдохнуть так и не получилось, маги сейчас были на вес золота, и мы все это прекрасно понимали. Каждый из нас уже разрядил по несколько накопителей, Геро, как самый слабый одарённый, уже не мог полноценно кастовать, хотя вполне компенсировал это недоразумение своим бешеным ближним боем. Битва продолжалась всю ночь, мы рубили, кромсали, разрывали тварей, к известным мне псам, упырям и тараканам прибавилось ещё с десяток различных монстров, похожих на змей и пауков. Особенно напрягали мясные тараны, похожие на гигантских мокриц, слепленных из человеческих тел, но в отличие от тех же псов они выглядели словно это не единый организм, если это существо вообще можно было так назвать, а какое-то недоразумение, состоящее из кусков человеческой плоти, передвигающихся на восьми коротких ножках с двумя суставами. Задачей этих тварей было прорывать ряды. Те, что встречали клириков или магов на своём пути, распадались на части. А вот если они добегали до основного войска, то сносили несколько рядов воинов как игрушечных солдатиков. После чего в брешь прорывались остальные монстры. Сами мокрицы были не вооружены и могли лишь сносить и затаптывать бедолаг, вставших у них на пути. Так отдельные сражения стали происходить уже у нас в тылу. Без благословения мы бы и часа не простояли. Но сейчас с монстрами сражались сверхлюди, не знающие страха, а потому хоть мы и несли потери, нежить теряла гораздо больше. И к счастью, членов святого воинства обратить в себе подобных они не могли. Потому их силы тоже были не безграничны. Да и долго эти зверушки в нашем мире не живут.