Возле водопада я не увидела оленей, и ещё раз этому обрадовалась. И звериный нюх тут же рассказал мне, что и олень, и олениха ушли от озера вместе, одной дорогой.

Рейв спрятался под ивами, а я устроилась у него на коленях, пока он поглаживал меня от макушки до хвоста и почёсывал за ушками, как домашнюю кошку.

Время тянулось медленно, и я уже изнывала от нетерпения, а Рейв оставался восхитительно спокойным. Мы договорились, что до появления Аркина я не буду превращаться в человека. «Чтобы не отвлечься», – сказал Рейв, и я его послушалась. Хотя оставаться рядом с ним зверушкой было трудно.

Но вот солнце склонилось к макушкам деревьев, исчезло за ними, а потом наступили сумерки.

На поляну притащился Килби. Он всё время озирался по сторонам и шёл довольно неуклюже. Это потому что Рейв велел ему надеть под куртку кольчугу. Вдруг Аркину вздумается выпустить стрелу. Но я была уверена, что прежде, чем избавиться от свидетеля, наместник захочет кое-что узнать. И кое-что увидеть.

Моё тело.

Килби не пришлось ждать долго. Ветви кустарника по ту сторону колыхнулись, и на поляну к озеру вышел Аркин.

Рейв легонько подшлёпнул меня и пополз вдоль берега – да как! Ни травинка не шелохнулась! Словно сам превратился в выдру.

Я добралась до старикана быстрее – попросту нырнула в озеро и переплыла на тот берег, затаившись в осоке.

Почти сразу я поняла, что не ошиблась – в руке наместника блеснул маленький кинжал, похожий на коготь. Третий кинжал. Третий…

– Где тело? – ещё на ходу спросил Аркин у старика. – Куда девал девчонку?

– Прикопал в лесу, – ответил Килби послушно, как ему и было велено. – Почему господин не исцелился?.. Вы же говорили…

– Для этого нужно время, – успокоил его Аркин, подходя ближе. – Покажи мне, где закопал девчонку. Надо прочитать особое заклинание…

Дойти до Килби наместник не успел. Рейв внезапно поднялся из травы за его спиной, схватил за шиворот и ловко перехватил руку с кинжалом.

Аркин болезненно вскрикнул, разжал пальцы, и кинжал упал в траву. Увидев, кто его держит, наместник сначала дёрнулся в безумном порыве, но потом что-то понял и перестал вырываться. Даже улыбнулся. Вернее, постарался улыбнуться, потому что улыбка больше походила на гримасу.

– Ваше высочество? – спросил он. – Вы больше не превращаете всё вокруг себя в серебро? То-то я подумал, что лес вокруг слишком живой…

– А я подумал о том, что обещал прикончить тебя, если расскажешь кому-нибудь, что проклятие можно снять кровью Сильвии, – ответил Рейв.

– Не будем делать поспешных выводов, – предложил Аркин и вдруг… исчез.

Его тело истончилось, он словно втянулся в собственные одежды, и вот уже Рейв с изумлением держит и встряхивает плащ, в котором не было человека.

Я бы тоже не поняла, что произошло. Но звериные глаза и уши видят и слышат то, что человеку не под силу. Поэтому выдра увидела и почуяла крысу, которая спешила спрятаться в чаще.

Метнувшись вперёд, я в несколько прыжков догнала и схватила серое трепещущее тельце с противным голым хвостом.

Крыса засучила лапками, отчаянно пища.

Звериный инстинкт требовал тут же откусить ей голову, и я уже собиралась это сделать, но…

Убивать нельзя… нельзя… это опасно…

Человеческий разум победил звериный, и я лишь прикусила крысу покрепче, чтобы не вырвалась, а потом потащила её к Рейву. Он догадался обо всём без слов и наступил сапогом крысе на хвост, пока я снова стала сама собой – Сильвией, Сильверфат, человеком…

Я подобрала оброненный третий кинжал и зажала его в кулаке.

Крыса тоже стала человеком. Но не наместником, не тем мужчиной с усталым и умным лицом, каким я впервые увидела его. Вместо Аркина под сапогом Рейва извивался карлик, больше похожий на гнома из страшных сказок. Морщинистое лицо, выпуклые глаза и по-звериному острые уши. Седые спутанные волосы свисали, как жирная пакля. Он одновременно был человеком и в то же время не был похож на человека.

Карлик злобно и с ненавистью смотрел на меня, и я узнала этот взгляд…

Вернее – вспомнила.

– Кто это? – удивлённо спросил Рейв.

– Это мой дядя, – сказала я и внезапно успокоилась, потому что в это мгновение Выдра из трактира Толстого Торстена, Сильвия из Серебряного леса и принцесса Сильверфат Мерейская слились воедино и стали одной личностью.

– Дядя? Я же его убил… – ещё больше удивился мой принц.

– Ты убил дядю Скархедина, – пояснила я. – А это – мой третий дядя. Свейн. Никуда он не сгинул. Он жил всё это время в Санмерее, в облике наместника Аркина. Самого наместника он, скорее всего, давно убил.

– Дядя? – Рейв схватил карлика за волосы и вздёрнул на ноги. – Вот эта крыса – твой родной дядя?!.

– Всё верно, это – мой родственник, – ответила я, разглядывая карлика. – Ты немного изменился, – сказала я ему. – Чёрные дела не проходят бесследно, верно?

Он стиснул губы, не желая отвечать.

– А ну, говори! – Рейв встряхнул его, и карлик зашипел, но по-прежнему молчал.

– Я сама скажу, за него, – произнесла я. – Жили-были три брата. Старшему Синдриду достался трон, другому брату Скархедину досталась невероятная сила, а третьему брату Свейну не досталось ничего. Он родился уродливым, слабым карликом и всегда завидовал старшим братьям…

– Мне досталось нечто большее, чем тупая сила! – проскрипел вдруг карлик. – Я – самый искусный колдун в нашем роду! Я могу то, чего не можете вы, проклятые выдры! Могу то, чего вам, с вашим скудным умишком, никогда не сделать!

– Превращаться в крысу, – согласилась я.

– В кого пожелаю! – сказал он, как выплюнул.

– Дай угадаю, – я посмотрела на него, прищурив глаза. – Тот кузнец, что подсунул Рейву нож из небесной стали – это был ты. Убил руками Рейва своего родного брата. Сам-то всегда был труслив, как крыса…

– Это ты сбежала, как крыса! – огрызнулся он. – И опять не сдохла! Надо было придушить тебя ещё младенцем! Жаль, старикан оплошал, – он посмотрел на Килби с такой злостью, что тот невольно попятился.

– …или просто ты знал кое-что, – продолжала я. – Что убийство тех, в чьих жилах течёт кровь мерсийских королей, отзовётся проклятием на убийце.

– Проклятие за убийство? – переспросил Рейв.

– А ты не понял? – спросила я в ответ, но не сводила глаз с карлика. – Ведь сам цитировал королевские летописи. В год после убийства короля Синдрида и его супруги объявился огнедышащий дракон… Откуда появился дракон? Не из яйца же вылупился. Это мой дядя Свейн убедил моего дядю Скархедина убить моего отца, чтобы завладеть Санмереем, а самое главное – сокровищами из казны. Скархедин был сильный, но не слишком умный. Он убил моего отца, убил мою мать, но в качестве возмездия за убийство получил королевское проклятие. И превратился в дракона. В толстую чудовищную гадину. Он украл сокровища, перетащил их в пещеру, но не смог ими воспользоваться. Ведь он потерял человеческий облик. А так хотел его вернуть.

– Подожди, – Рейв снова встряхнул карлика. – Ты хочешь сказать, что убийца твоих родителей – твои дяди? Но дракон спас тебя…

– Нет, не спас. Он солгал тебе, Рейв. Даже перед смертью не признался в преступлении. Он не спас. Он утащил меня к себе в пещеру, надеясь, что я верну ему человеческий облик. Так, дядя Свейн?

Карлик злобно повёл глазами, но промолчал.

– Скархедин продержал меня в плену год, – продолжала я, – а потом дядя Свейн нашёл нас. Однажды, когда дракон улетел, дядя Свейн привёл в Мереийскую пещеру бывшего раба, которому наобещал золотые горы и славу героя, если он убьёт меня. Тут был двойной расчёт – дядюшка сразу избавлялся от меня, причем, избавлялся чужими руками, и одновременно пустил слух, что меня украли по приказу короля из Рангерика. И дядя Скархедин отправился мстить и искать меня. Жёг города и деревни, а потом был убит твоими руками, Рейв. Только я не погибла. Я сбежала. Прыгнула прямо в пропасть…

– Жаль, не сдохла! – Свейн вдруг вырвался, оставив в руке Рейва прядь своих волос.