— Насколько мне известно, Макс и не магическое существо скрылись от моих тёмных стражников в Нершеле. Я лично посылал Харона и его отряд, чтобы они доставили живыми обоих нарушителей закона прямо сюда, и предстали перед судом.

— И именно поэтому ни в чём неповинная фея сейчас находится в руках Харона в гибельных болотах? Перед тем, как почувствовать ваш зов, я наблюдал за сыном. И девушку забрали тёмные стражники.

— Позволь узнать, зачем твой сын и не магическое существо удалились так далеко от Ларварды?

— Мой сын оказался бунтарём. Они ищут способ разорвать связь душ. И не потому что фея якобы не имеет магии, а потому что кто-то связал их души воедино против их воли.

— Якобы не имеет магии? — переспросил бог справедливости.

— У меня есть доказательства, что Элли обладает воздушной силой. Ей подвластен ветер.

— Этого не может быть, я же видела… — тихо проговорила Медея, но в полной тишине её голос прозвучал слишком уж громко.

Все просто молча пытались осознать услышанное. И только Лекс, довольный собой, обрёл полное удовлетворение. Он переиграл их всех.

— Арей, настаиваю на том, чтобы ты незамедлительно отозвал Харона из гибельных болот во избежание новых проступков. Его ждет наказание за убийство, и советую назначить на его место другого стражника, — объявил бог справедливости.

— Он не станет убивать девчонку. Пусть доведёт дело до конца и приведет её сюда!

— Это не обсуждается. Суд заключает Медею, Курта и Арея под стражу и отправляет их в ледники до завершения разбирательств. Ты, Лекс, отправляйся за своим сыном и феей. Они должны предстать перед судом. И чем быстрее, тем лучше. Суд окончен!

Лекс вздохнул свободно только тогда, когда трое богов оказались в леднике.

До завершения его задумки, оставалось выполнить вторую часть плана. И он уже мысленно потирал руки, но не спешил открывать портал. У него в запасе еще было немного времени.

Бог хитрости и обмана решил отдать это время своему сыну.

Интересно, как оно обернётся для него самого?

Глава 37. Природная магия

Элли

Страшно. До безумия страшно было оказаться в руках Харона. Казалось, этим чувством окутывало каждую клеточку, пробирало до самого нутра.

Куда он меня уносит?

Очертания леса расплывались в сплошное пятно, а мгновением позже вновь послышался шум волн, необычайно яркий лунный свет озарил в полутьме устрашающе острые обрубки скал.

Мы снова на побережье.

Тёмные стражники выражали недовольство, перешёптываясь между собой. Я же почувствовала, как меня сковывает чем-то невидимым. Подобно действию яда змеи, немели губы, руки и ноги, а грудь сдавило, как если бы на неё опустили тяжёлый камень. Пыталась закричать или пошевелиться, но всё тщетно. Оставалось лишь неподвижно наблюдать за передвижениями стражников.

— Он придёт? — тёмная фигура, отделившаяся от группы таких же фигур, подплыла по воздуху к Харону, не касаясь земли.

Любопытно. Что они такое? Если даже ногами по земле не ходили.

— Придёт. Ему нужна она.

— Его брать живым?

— Если не будет сопротивляться. Занимайте позиции.

Нет! Нет! Нет!

Пусть Макс не приходит, пожалуйста. Или хотя бы не сопротивляется.

Уже далеко безразлично что будет со мной, лишь бы они не навредили ему.

Темные стражники задумали завести полубога в ловушку, выбрав меня приманкой. До банального предсказуемо, аж захотелось фыркнуть.

Только вот, на что они рассчитывают? Думают, между нами настолько сильные чувства, что Макс сразу бросится вызволять меня из их лап? Ни боги, ни Харон, ни его приспешники ещё просто не знают, что он ко мне не испытывает ничего глубокого, кроме как чувство долга.

Не работает их причудливая связь душ. По факту не более чем фиктивный брак. Для галочки.

Тени стражников перемещались в темноте, то растворяясь среди деревьев, то появляясь в поле зрения. Время шло, а Харон начинал заметно нервничать.

— Что-то не спешит тебя спасать, — досадно прошелестел ледяным голосом, обращаясь ко мне.

Я тихо злорадствовала и безмолвно молила всех Архарских богов, чтобы Макс так и не появился. Но будь у меня возможность говорить, то довела бы Харона до истерики, всласть поглумившись над их планом. Несмотря на то, что все стражники являлись чем-то бестелесным, но чувства у них всё же были. И вполне реальные.

Только вот боги не услышали мои молитвы. Начинало светлеть, но солнце ещё не выпустило свои первые лучи. В утренних сумерках, среди деревьев заметила необычное свечение. Будто рой крохотных светлячков образовал шар и направлялся в мою сторону.

Это же заметили и стражники. Как по негласной команде застыли в немом напряжении. Казалось, хрустни сейчас ветка под чьими-либо ногами и они ринутся в бой.

Он появился не спеша, тяжёлой поступью сминая мягкими подушечками лап листву. Только он уже не был Максом.

Начав привыкать к человеческому облику полубога, я и забыла, каков он в ипостаси зверя.

Но и зверем он не был привычным. Будто стал больше, мощнее и величественнее. И взгляд… холодный, отчужденный, чужой.

Медведь продолжал подходить и не спускал глаз с Харона, а потому не мог видеть, как вокруг него началось движение. Первые фигуры отделились со стороны скал и скользнули к нему. В утренних сумерках стражники были не более чем тенями. Заметить их было почти невозможно. Моим первым порывом было закричать, но губы не слушались. Я извивалась насколько позволяли невидимые путы, чтобы привлечь хоть малейшее внимание Макса.

— Нам не к чему воевать, — ласково проворковал Харон. — Суд ожидает вас в свою обитель.

— Ты забрал её. Не стоит ввязываться в бой?

Судя по тону, ответ Максу не требовался.

— Я надеялся на такой ответ. Уж слишком засиделись мы без дела. По сути богам нужна только она.

И тут же, сразу после его слов меня сильно припечатало спиной к шершавой каменной стене. Удар был такой силы, что из легких выбило воздух, а на ногах устоять не было возможности. Крылья и того обмякли от боли. Падая на колени, могла только заметить, как все тени пришли в движение.

Мамочки! Макс! Пожалуйста, лучше сдаться.

Но мои мысленные крики никто не услышал. И связь молчала, как бы не пыталась поймать её волну.

— Зря, — произнес Макс, вспоров когтями землю. — Говорят, чтобы убить стражника, нужно лишить его сердца.

Всего-то один мягкий удар лапой, а земля задрожала, приподнимая над собой слой листвы. Со стороны скал послышался глухой треск, как если бы внутри камня взорвался динамит. Скала треснула и невероятно огромных размеров кусок съехал вниз, навечно придавливая фигуры стражников, оставляя у места соприкосновения с землёй лишь тёмную дымку.

Сразу вспомнилось выражение – размажу так, что и мокрого места не останется.

Под таким весом каменного пласта из них весь дух вышел, и вряд ли от тел остались хотя бы блинчики.

Слой листвы, парящий над землёй, зашелестел и зашевелился. Будто вдруг ожил, а из-под листочков показывались маленькие головы змей.

Но чем больше светлело, тем яснее становились очертания. Это были вовсе не змеи, а корни деревьев, которые как по команде устремились к обрыву в море. Они сплетались между собой, захватывая в свои кольца стражников, мгновенно выдирая их сердца кончиками корешков. И снова, бессердечные фигуры стражников в корнях растаяли тёмной дымкой.

Сердечки на шпажках – жуткое зрелище. Хорошо хоть не видно кровищи, либо же её в них попросту нет.

От неприятного вида органов на ветках меня отвлек вой. Оттуда, откуда появился Макс, летели неведомые для меня создания, нападая на оставшихся стражников. Не то птицы, не то волки, злобно скалясь, раздирали острыми клыками и когтями материю одежды. Звери валили врагов на землю, держа в пасти сердца, оставляя новые порции едва заметной тёмной дымки.

Хорошо хоть расправлялись без промедления, не разрывая стражников в клочья по частям.