Я и вовсе забыла про песни. Больше обеспокоили ядовитые рога и горящие звериные глаза.

— Якобы, нужно следовать за песней. Чего тут только не наблюдал за годы работы. И сами сочиняли, и орали на всю округу, создавая эхо. Даже певчих птиц ловили, привязывали нитями к запястьям, и гнались туда, куда они в страхе полетят.

— Снова байки рассказываешь? — пробухтела эльфийка, расставляя еду на столе. — Не слушайте вы его. Оно того не стоит. Столько народу полегло в том краю, а всё что можно там найти, так это кости тех глупцов.

Больше ничего не сказав, эльфийка вытолкала Грэда из нашей комнатки, и притворила за собой дверь.

Полученной информации, конечно, было мало, но мне бы хотелось услышать мнение Макса, а когда уже собралась его расспросить, он вдруг мотнул головой, останавливая. Затем так же мотнул еще раз, показывая, мол, не стоит сейчас об этом говорить. Удаляющихся шагов я не слышала.

Нас могут подслушивать?

— Интересная сказка на ночь, — все, что озвучила.

— Согласен.

И пока еда не остыла, принялись ужинать.

После ужина еще долго не могла уснуть, то мысли разные в голову лезли, то Макс шумел, никак не мог улечься… а на утро, медведя и вовсе не обнаружилось в комнате. Ни медведя, ни большей части вещей.

В углу комнатушки осталась лишь пара моих сумок.

Вот где, спрашивается мне теперь его искать? Что заставило его бросить меня одну, и уйти в неизвестном направлении под покровом ночи?!

Глава 21. Куда покажет душа

Макс

Мне нужно было уйти.

Вырваться на свободу, и упорядочить собственные мысли, догадки и эмоции. Потому как ощущал настоящий сумбур, который снова выводил из себя. Только недавно всё более менее сгладилось… и на тебе. Снова по-новой.

А ещё… до жути ненавидел закрытые пространства. Будь то уютный дом, просторный замок или скромная комнатка в таверне. Они будто душили меня своей замкнутостью. На природе было гораздо проще.

Решил не ждать пробуждения Элли, собрал большую часть своих вещей, и отправился на поиски подходящего места, минуя погруженную в безмятежность таверну.

Плохо знал данную местность, лишь в общих чертах, оттого раздражался ещё больше. Сплошные камни, и ни грамма земли. Но я не сдавался. Хорошо бы успеть до наступления дня, а если же не успею, знал, что фея найдёт меня.

Откуда я мог это знать? Одной только судьбе известно. Просто знал.

И всё же, пока блуждал, хотел уложить мысли по своим местам. Вырывать по кусочкам, словно они были ягодами, из общего куста, и раскладывать по лукошкам. Иначе вновь взорвусь эмоционально, похлеще любого гейзера.

Всё началось с Элли.

Элли…

Элли. Элли. Элли.

Безумная фея, без которой моё существование обречено. Но и с ней – оно было под большим вопросом. Моё личное проклятье.

Хотел ли я отправляться в Майруби? Был ли у меня выбор? Раньше, непременно бы ответил категоричным – нет. Скорее пошёл за ней от безысходности, чем из огромного желания. Даже несмотря на недавнее перемирие. Дело чести, так сказать. Я – полубог, и призван на службу помогать, невзирая на собственные переживания.

Хотел ли? Нет.

Хотел, чтобы она никогда не появлялась у источника. Да. Но она появилась.

До неё, моя жизнь была упорядочена. Всегда знал, что делать, куда идти, чего ожидать от нового дня. И что сейчас? Собственное будущее неизвестно. Это как нырнуть в горное озеро и пытаться отыскать дно, которого возможно и нет вовсе. Всеми частицами сознания хотел бы повернуть время вспять, и жить в той, знакомой и предсказуемой, жизни.

Только, будучи полубогом, я не всевластен. Даже богам не под силу поворачивать время вспять.

Остаётся лишь поддаться своему проклятию, покориться судьбе… и Элли. Найти это кольцо, потому что тревожно. И порой бывает сильно. Никак не дают покоя провалы в памяти после Сейхара и перепуганное личико феи.

Весь путь до Майруби сохранял состояние полного контроля над разумом. Да так, что мозги чуть не закипели.

Но это… уже что-то из разряда ожидаемого. Знал, что из-за связи души, мог потерять себя. Как иногда говорит Элли – просто жду неизбежного, не пытаясь бороться…

А вот полной неожиданностью для меня стала, так называемая, легенда.

Для эльфийки, жены хозяина таверны, что принесла нам ужин в номер, это была не более, чем байка.

Для Грэда – это легенда. Хотя его отношение к ней понял сразу. Старый эльф не просто не верит, а насмехается над этой легендой.

Для Элли – это сказка. Но она почему то сразу поверила в то, что это правда. Будто и не сомневалась вовсе. На протяжении всего рассказа в выражениях её лица не читалось ни капли изумления. Решимость. Вот, что видел в ней. Словно, после каждого нового слова эльфа, в её головке добавлялся новый пункт плана: проснуться утром, покинуть таверну, отыскать рубиновую долину, оттаскать за рог единорога, как меня когда-то за уши, если он откажется отдать просто так артефакт… Шик-пшик, и она уже с кольцом была бы ещё до завершения рассказа.

Стало как-то страшно за того стража.

Но фея не понимала всей серьёзности. Для неё это было, как захватывающее приключение.

И лишь, я один понимал, что это не байка, не легенда и не сказка. А также то, что такой артефакт если и был спрятан в той долине, то не по согласованию всех богов. На такие случаи есть хранилища в обителях. Но здесь же совсем другое.

Это в духе моего отца и его жены.

На такое могли пойти только Лекс и Медея, чтобы всласть поглумиться над теми глупцами, что на протяжении многих веков губили свои жизни, гоняясь за призрачной мечтой овладеть всевластием.

И это злило.

Народ продолжает гибнуть без причины, а Лекс уже, скорее всего, и позабыл о своей шалости. Готов даже отдать на растерзание свою шкуру, если он всё же помнит. Таков уж мой отец. Устраивая подобные розыгрыши, он быстро терял в них интерес.

Сам того не подозревая, Грэд дал мне подсказку. То самое недостающее звено в легенде, на котором у других не было и шанса.

Идти по следу песни.

Как там было? Кто-то орал на всю округу, создавая эхо. Кто-то привязывал певчих птиц… к слову, последние были близки к истине.

Только это не так работает.

Кому как не полубогу, отвечающему за природную магию в целом, знать, как привлечь магических зимородков? Главное, чтобы во мне хватило сил!

И наконец, нашёл подходящее место… в тот миг, когда почувствовал на расстоянии пробуждение феи, и эмоции, когда она поняла, что я не рядом.

Значит, времени было мало.

Нужно было на чём-то сосредоточиться. Что-то, что согрело бы собственную часть души… что-то, что описало бы мои внутренние ощущения…

Путешествие в Сейхар, пожалуй, было самым ярким. Промёрзший замок… принеприятные чувства.

Словно разделив сырую землю на линии, принялся записывать.

«Сижу, за дворцом, в стенах четырёх!

Вскормлённый в неволе, медведь молодой!»

Вырисовывал копытом слова, выливая всё то, что тревожило, в строки. Не забывая, при этом, выдерживать шаг.

«Мой грустный товарищ, махая когтями,

Ревёт, вырывается, и смотрит в окно,

Как будто со мною задумал одно».

Как непривычно порой жить постоянно в теле зверя. Уже давно смылись границы между медведем и полубогом. Как одно целое.

Как если б было обычное лесное животное, и могущественный полубог. Как если б сильный бурый воин, и простой мужчина.

Я попрошу её, чтобы она напела эти строки. Еще чуть-чуть, и она будет здесь.

«Зовет меня взглядом своим.

И вымолвить хочет:

Давай, сейчас мы сбежим».

Как бы закончить…

Что-то поменялось тогда на мосту. Со мной. С ней.

После перемирия, Элли стала теплее, и перестала колоться. Сопротивляться.

Неужели?

«Мы вольные птицы,

Пора, фея, пора!

Туда, где за Ларвардой белеет гора;

Туда, где синеют морские края:

Туда, где гуляем лишь ты, фея, да я».