— И телом тоже верно служить Михаилу станешь? Ведь уже служила, не так ли? Понравилось? — услышал я насмешливый голос вампирши, когда дверь за ней и Инасиас закрылась.

— Захочет, так стану! — огрызнулась последняя. — Как и ты его светлости! Барна-кровососка!

— Я-то барна, — возразила Ди. — И для меня разделить постель с хозяином награда за верную службу, а ты — жалкая варна! И для тебя это будет не награда, а обязанность!

М-да… Похоже, подругами эти две не станут. А ведь, не говоря уже о Венире, с которой Ди почти не разлей вода, особенно, когда обе находятся в Нижнеуральске, даже с Сигрой, хотя между оборотнями и вампирами древняя вражда и хотя каждая ревнует другую ко мне, моя телохранительница вполне подружилась. Впрочем, посмотрим. Да и встречаться они будут не то, чтобы слишком часто, и мне их дружба не нужна. Верность куда важнее.

Хотя, признаю, что склоки и вражда между подчиненными частенько вредят. Особенно между представительницами ошибочно считающегося слабым пола. Эти могут всех перессорить между собой. А уж в коварстве мужчин превосходят по всем статьям. Достаточно вспомнить мою сестрицу в первой жизни (отравила меня, тварь такая) и мачеху в этой, желавшую мне смерти и подсылавшую убийц.

Придется, значит, приказать Ди попридержать язык. Тем более, что причина неприязни Ди к эльфийке для меня очевидна. Воители, так уж повелось, даже чаще магов составляют отряды, которые истребляют вампирские гнезда, а Ди еще в дополнение к этому едва не проиграла Инасиас в схватке.

Сижу на некоем подобие трона на невысоком помосте. На голове герцогская корона. Рядом стоит Ди, у входа в залу и вдоль стен возле помоста — дружинники. Мои, нижнеуральские бойцы, но в мезинарской амуниции. Пистолеты есть у каждого, конечно, но под накидками (сюрко) с моим гербом их не видно. Замковые швеи всю ночь вышивкой занимались — черная туча с пронзающим ее сверху вниз мечом. В общем, как и мой нижнеуральский княжеский герб, нечто, напоминающее тот, что был у меня когда-то. Ничего, со временем верну свою тучу с молниями, а пока так…

Семеро послов Эр-Драура Верхнего Драура стоят передо мной. Все новенькие, ни одного из тех, что приезжали ко мне с нелепыми требованиями в прошлый раз, нет. Старший — Лиминэс. Ему, навскидку, лет сорок — сорок пять. Сразу видно, что не воин. Дипломат-советник. Правильное решение принял король темных эльфов. Такой посланец поспокойнее будет, не вспылит.

— Ваша светлость! — начинает он, потом долго и нудно перечисляет все события, которые привели к вражде между моим герцогством и Верхним Драуром, и, наконец, завершает свою речь предложением заключить перемирие на десять лет.

О его условиях пока молчит, ждет, что я отвечу. Попрошу что-то взамен или сразу соглашусь? Во втором случае Лиминэс воспользуется этим и тут же обозначит свои требования — вернуть пленных, штандарт, Инасиас и так далее за просто так. В смысле — за обещание не нападать на меня в течение десяти лет. Нет, Инасиас он отдельно называть не будет. Попробует ее включить в общий список пленных, чтобы не показать, насколько его королю хочется ее заполучить для расправы.

— Почтенный Лиминэс, — произношу я медленно, будто раздумывая над предложением посла. — Вложенные в твои уста Эр-Драуром слова согревают мое сердце радостью, — замечаю, как темный эльф пытается скрыть довольную улыбку. — Но! — поднимаю вверх указательный палец на правой руке. — Боевые действия против Строумхудра уже во второй раз открыл твой господин. И во второй раз потерпел поражение, — лицо посла мрачнеет. — Я захватил в плен много его воинов, которых могу в назидание продать в рабство, и королевский штандарт, которым могу украсить залу в своем замке. И это не все! — я повышаю голос. — Я могу отплатить Верхнему Драуру за набег! Ко мне сейчас стекаются наемники со всего Кинда и не только, владетельные феодалы готовы присоединиться ко мне со своими дружинами, если я решу пересечь границу между нашими землями. Мои войска пройдут по Верхнему Драуру, так его разграбив, нанеся ему такой ущерб, что вы не то что десять лет, вы на полвека забудете о том, как на меня нападать! Что ты уполномочен мне предложить, чтобы я отказался от таких возможностей?

— Что же вы хотите получить за освобождение наших воинов, за штандарт и за перемирие? — кажется, посол понял, что по дешевке договориться со мной не выйдет, и решил «играть вторым номером», передав мне инициативу.

Кроме того, он прекрасно осознавал, что при желании все свои угрозы я могу исполнить. После двукратного разгрома мною отрядов Верхнего Драура, мне ничего не будет стоить набрать целую армию падких до чужого добра аристократов и искателей приключений. И уж они выгребут из королевства темных эльфов все, до чего только дотянутся. Конечно, до столицы они не дойдут, да и вглубь страны не проникнут, но все приграничье будет разорено дотла.

— Что я хочу? — переспросил я и жестом приказал Ди подать мне свиток, на котором, якобы, были заранее записаны мои требования. На самом деле там не было ни одного слова, ни одной буквы. Абсолютно чистый пергамент, но впечатление нужное производил. — Первое. Перемирие на пять лет. Ни днем меньше, ни днем больше! — объявил я и увидел растерянность на лице посла. — Второе. Десять тысяч полновесных киндских золотых за освобождение пленных! Третье. Свободная, беспошлинная торговля для купцов из моего герцогства во всех городах Верхнего Драура и гарантия их защиты со стороны вашего короля! На все пять лет перемирия.

— Но… — не удержался и начал было возражать посол. — Ваши запросы чересчур высоки. И вы ни слова не сказали о королевском штандарте…

— Да, штандарт! Я совсем забыл о нем… — я сделал паузу, и темные эльфы затаили дыхание. — Его я верну Эр-Драуру бесплатно. В качестве жеста доброй воли и как знак моего уважения к нему! Негоже, когда королевский стяг теряют на поле битвы! И еще, — я заметил, что посол опять собирается заговорить, и не дал ему это сделать. — Я откажусь от своего прежнего требования прислать для моих воинов юных девушек!

Этой последней «уступкой» я посла окончательно добил. Считается, что «торг» предшествует «принятию». У нас получилось наоборот. В целом посол мои условия принял (а куда ему деваться было?), а потом начал торговаться по частностям.

В итоге я наотрез отказался беспошлинно пускать к себе в качестве взаимной услуги торговцев из Верхнего Драура и вернуть темным эльфам их «имущество», которое заключалось в рабе-архимаге Элеонасе, но зато скостил денежную контрибуцию до пяти тысяч золотых. Я на нее вообще не рассчитывал, честно говоря, но раз уж к слову пришлось, то пусть будет.

— Конечно же, ваша светлость, — перешел к самому скользкому вопросу посол. — В число пленных, которых вы вернете, войдет и благородная Инасиас из рода Вильреас, которая так неосмотрительно вызвала вас на поединок? Как вы, уверен, уже знаете, она приходится племянницей Эр-Драуру, и он жаждет ее увидеть дома.

Вот оно! Так и знал, что Лиминэс обязательно все-таки уточнит вопрос с Инасиас.

— Инасиас? — я удивленно поднял брови. — Нет, она в число пленных не входит. Как вы, почтенный посол отметили, она неосмотрительно вызвала меня на поединок. Но вы забыли уточнить, что не на обычный поединок, а на смертельный! Я мог ее убить, но пощадил. Теперь ее жизнь принадлежит мне. Так что нет больше никакой «благородной Инасиас из рода Вильреас». Есть варна Инасиас. Ди, приведи девку сюда!

Ди ввела в залу темную эльфийку. Все, как я приказал, — идет мелкими шажками, голова опущена, выражение лица опустошенное, на шее — ошейник подчинения. Безропотно стерпела толчок в спину от Ди.

— Вот она, — указал я рукой на девушку, и та тут же низко мне поклонилась. — Рабы в число пленных не входят, как вам должно быть известно, достойный Лиминэс. Их не выкупают. Их покупают. Когда она мне надоест, я, может быть, предложу Эр-Драуру ее прибрести.

Посол стал мрачнее тучи на моем гербе и только махнул рукой. Да, незадача у тебя с этим поручением твоего господина, любезный Лиминэс, получилась, подумал я с сарказмом.