Григорьев обеспокоено рассматривал модуль в мониторе, сигнал нестабильный и часто прерывался, выдавая дёрганую картинку.

Дилип битый час колдовал над обрывками связи, пытаясь через помехи, шипения и щелчки выудить целые слова.

Джексон периодически посматривал на часы, по ним выходило, что запасы воздуха у экспедиции давно должны закончиться, и даже если они взяли с собой запасные баллоны, то всё равно должны были бы либо вернуться, либо использовать крайний метод, автономную систему очистки углекислого газа. Но и то, аккумуляторы у них не вечные.

Линь уже не раз предлагал задействовать разведывательный шаттл, но Григорьев пока не решался на это.

Венера наблюдала за людьми, и её клубящаяся атмосфера выдавала ядовитую насмешку над существами, столь опрометчиво бросившимися на исследования того, что им по рождению не под силу.

Край планеты растянулся во весь лобовой иллюминатор, загораживая космос с его немигающими звёздами.

— Получилось! — выдохнул Дилип. — Святослав запустил запись в повтор, это мне и помогло.

— Что там?

Дилип вывел звук, чтобы все могли услышать:

— Прошло пять часов с момента, как группа покинула модуль и отправилась внутрь «Объекта». С тех пор никакой связи с ними нет, она прервалась, едва они спустились в него. Я принял решение отправиться на их поиски, если мне не удастся пройти тем же путём, тогда вернусь в модуль, где буду ждать ваших дальнейших указаний.

— Пять часов, — проговорил Родриго голосом, полным страха. — У них уже наверняка закончился воздух.

Дилип мрачно смотрел перед собой, его смуглая кожа не могла скрыть охватившего космонавта волнения: — Пять часов было три часа назад.

— Что? — Джексон повернулся к индийцу. — Три часа назад?!

Тот медленно подтвердил кивком: — Святослав поставил запись на повтор, выходит, его самого нет в модуле уже три часа.

По поверхности Венеры пробежала молния, изогнутый электрический разряд выдал кривую ухмылку, похожую на оскал черепа.

Хорошо, когда во сне проваливаешься в успокоительную темноту, лишая сознание причудливого изображения искажённых переживаний прошедшего дня.

Разум отдыхает, давая телу прийти в себя.

Дмитрий не ожидал, что его вырубит сразу же, едва окажется на спине. Яркий свет, идущий от пирамиды, настойчиво пробивался сквозь веки, поэтому по привычке, оставшейся с детства, прикрыл лицо рукой.

Тем более для него удивительно и непонятно услышать знакомый голос:

— Просыпайся!

И кто-то настойчиво тряс за плечо.

Святослав! Промелькнуло в голове, и, одёрнув руку с лица, жмурясь от яркого света, прищурившись, пытался рассмотреть расплывчатое пятно вместо лица перед собой.

— Как ты сюда попал? — не менее удивлённый голос Роберта не оставлял сомнений.

Святослав перед ними! Также без скафандра, в светло-бежевом комбинезоне, с пылающим от возбуждения лицом, на котором явно читались эмоции, перехлёстывающие парня через край.

— Вы пропали, и я решил вас искать, — в тоне Святослава промелькнули упрямые нотки, явно готовился к тому, что сейчас получит взбучку. — С «Миссией» не удалось связаться, сигналы постоянно прерываются…

Роберт нетерпеливо махнул рукой, прерывая его: — Спрашиваю, как ты смог сюда попасть?

Дмитрий поднялся, остатки сна пропали, словно холодным душем смыло, голова на удивление ясная и бодрая. Чан оказался прав, им был необходим отдых.

— Вышел на платформу, в то место, которое они указали нам, — сбивчиво начал повествование Святослав, — передо мной открылся проход, спустился в него, оказался в тоннеле, пошёл по нему вниз, потом увидел ещё один проход. Двери опять открылись…

— Ты ничего в этом проходе не видел? — насторожился Дмитрий.

— А кого должен был увидеть? — поправил очки парень.

Они сгрудились возле мула, едва слышимый гул продолжал висеть в воздухе, идя отовсюду, а над их головами пирамида также источала солнечный свет погожего летнего денька.

— Или что-нибудь? — навёл утончающий вопрос Роберт.

Святослав непонимающе уставился на коллег: — Ничего не видел.

— Ладно, продолжай.

Святослав пожал плечами: — С каждым шагом становилось тяжелей идти, сразу понял, внутри «Объекта» имеется своя гравитация, и тут вижу, лежат ваши скафандры. Изучил их и понял, вы сами сняли защиту, значит, на то была веская причина, и, скорее всего, местный климат подходит для человека.

Чан, ему вернулась привычная для китайца невозмутимость, заметил: — Опрометчивый шаг.

Короткое предложение прозвучало укором, Святослав понял это, но лишь упрямо поджал губы.

— Я увидел вас внизу и сразу направился к вам, — парень огляделся по сторонам, вид множества резервуаров с янтарной жидкостью явно сбил исследователя с толку. — А больше тут ничего нет?

— То ли роботы, то ли разумные пауки, — произнёс Роберт, исподволь глянув на Дмитрия.

— Разумные пауки? — разинул рот Святослав. — Вы с ними вступали в контакт?

— Нет, уж очень неразговорчивые и скрытные, — американец явно затревожился.

И Дмитрий прекрасно понимал причину опасений.

Святослав, единственное связующее звено с «Миссией», сейчас вместе с ними в ловушке, и теперь нет никакой связи с оставшимся на борту корабля экипажем. Разумеется, Григорьев отправит Линя на разведку, тот обнаружит пустой модуль и следы, ведущие к краю платформы. А вот как далее будут развиваться события, предвидеть сложно.

Вполне возможно, Линь решится отправиться следом и также попадёт в ловушку. Но Дмитрий видел в китайце решительного исполнителя задач, он не станет своевольничать подобно Роберту или принимать решения исходя из ситуации, как русский космонавт. Линь идеальный исполнитель приказов. Тогда он вернётся на корабль и доложит о случившемся. Григорьев решит пробить путь внутрь…

А вот что произойдет далее?

— А где Ву? — парень глазами искал недостающего члена команды.

Прежде чем Чан успел открыть рот, Роберт опередил: — Они убили его.

Святослав замер, на лице промелькнуло замешательство: — Убили?

Чан нервно дёрнулся, видимо собираясь вступить в перепалку, но отчего-то передумал и с равнодушием отвернулся от остальных.

Дмитрий поправил американца: — Скорее, произошёл несчастный случай. Мы пытались выбраться отсюда, решив подорвать термозаряды, в итоге Ву и погиб.

— Вырваться отсюда, — медленно проговорил Святослав. — Выходит…

Роберт кивнул: — Да, приятель, теперь и ты в западне.

Святослав судорожно вздохнул, ноги подвели, став ватными, и не смогли удержать хозяина, отчего парень присел на тележку мула. Туманный взгляд заскользил вдаль, кругом резервуары с непонятной жидкостью, пол, отливающий блеском серебра, и свивающиеся террасы, идущие вверх.

Роберт подошёл к Дмитрию и вполголоса произнёс: — Думаешь, Линь прибегнет к… — и выразительно приподнял брови.

Ощущая сухость в горле, хотелось пить, и слабое урчание желудка, голод без лишней деликатности напоминал о себе, Дмитрий потёр подбородок с пробивающейся щетиной:

— В приказе чётко указано: воспользоваться в том случае, если видна агрессия со стороны «Объекта». То есть нападение, очевидные попытки атаковать наш корабль.

— А тут пропало пол экипажа.

— Это ещё надо подтвердить, всякое могло случиться, — космонавт пожал плечами, с сочувствием глядя на Святослава и коря отчего-то себя за то, что парень вместе с ними очутился в безвыходной ситуации. — Нас могло и сдуть с поверхности «Объекта».

— Сдуть? Каким, мать твою, образом?

Дмитрий разозлился на собеседника: — Я пытаюсь донести до тебя следующее: пока Линь не увидит, как на него или корабль пытаются напасть, он не прибегнет к последнему «аргументу», — выделил интонацией нужное слово. — А что до нашей возможной гибели, так для наших властей это не станет проблемой. Если надо, пришлют новых. На Земле несколько миллиардов людей, хоть каждую неделю отправляй по сотни человек. Нас просто спишут как сопутствующие потери и продолжат дальше добиваться результата.