— Так же, как и тебя, — огрызнулся Брайан.

— То есть ты оказался достойным из достойнейших. Как и все мы, — примирительно улыбнулся Роберт. — Ну что, парни, приступаем к самой лучшей работе на Земле?

Несколько недель корабль «Миссия» потратит на то, чтобы, кружась по орбите Земли, используя её гравитационные силы, достичь необходимого ускорения и, словно вылетев из катапульты, снарядом отправиться в сторону Венеры.

Учёные потратили немало времени, высчитывая траектории планет, подбирая такой момент запуска корабля, чтобы расстояние между ними сократилось до минимума. Тогда путь мог занять до четырёх месяцев.

По обыкновению, неважно, что человек предполагает, Бог иначе располагает. Из-за постоянных проблем с постройкой корабля на орбите, череды неприятностей и аварий, что на Земле, что в космосе, омрачающихся человеческими жертвами, сроки постоянно сдвигались. Итог: пришлось делать выбор, либо отправлять «Миссию» сейчас, когда всё готово к путешествию, либо ожидать чуть ли не год, позволив кораблю висеть на орбите.

Последний вариант чреват непредвиденными последствиями. После выступления на ООН профессора Ямамото жители Земли в массе начали испытывать разочарование. В течение нескольких лет им внушали о скорой встрече с пришельцами и что вот-вот наступит новая эра, а она по умолчанию людей обязательно должна быть лучше и светлее предыдущих эпох. Но получалось так, что вполне возможно, это вовсе никакой не корабль инопланетян, а астероид необычной формы. Вкупе с регулярно поступающими новостями об очередных трагедиях, разогревали в обществе мысль о том, что полёт «Миссии» к Венере — пустая затея, а самое главное, неоправданно дорогостоящая. И все заверения технических мыслителей, призывающих взглянуть на это под тем углом, что в будущем технологии, использованные при строительства корабля, дадут человечеству качественный новый рывок вперёд, а наработки уже можно использовать на Земле, мало кого убеждали.

Человек устал жить ради неопределённого светлого будущего, поэтому прозорливые политики обещают ему благоденствие уже при жизни. По этой причине пуск «Миссии» произошел в самое неудобное время.

Дмитрий, сидя за пультом управления, вмешательство пилотов сведено к минимуму, со всем прекрасно справлялся искусственный интеллект, зачарованно рассматривал Землю.

В первые дни она предстала краем гигантского шара, но по мере того, как «Миссия», нарезая круги вокруг неё, отдалялась, планета постепенно уменьшала в размере.

Сначала громадный шар с голубым отливом и зелёным покрывалом и белыми облаками. А на ночной стороне видны светящиеся города. По мере удаления размеры планеты уменьшались, теперь в лобовом иллюминаторе космонавты видели Землю размером с большую сферу, где-то в средний человеческий рост. На её поверхности ещё виден голубой окрас, белый цвет облаков и сияние городов в ночи.

Связь работала без особых помех, с задержкой в пару секунд, но чем дальше они отходили от планеты, тем больше становился временной лаг. Святослав говорил, в целом задержка связи будет на пару минут максимум, или на все десять, когда прибудут к Венере.

Иногда экипаж выходил на связь с родными или устраивал прямые сеансы с Землёй. Особо часто это делали китайцы.

В такие моменты в кабине управления растягивали флаг страны и на его фоне отвечали на вопросы любопытных или просто общались с журналистами.

Поначалу людей интересовало абсолютно всё: как они спят, едят, моются и ходят в туалет. Просили показать виды удаляющейся Земли, в такие моменты у людей глаза начинали округляться от изумления. Их сознание не могло сразу увязать факт, что они видят из космоса голубой шар, на котором находятся в данный момент.

Святослав и Дилип сразу включились в работу, они проводили часы напролёт, пытаясь связаться с кораблём пришельцев, но в ответ получали те же сигналы, не изменившиеся за те года, с момента, когда их обнаружили.

— Может, он не исправен? — предложил теорию Григорьев во время обеда. По обыкновению собрались за столом, кроме Брайана, сославшись на усталость, тот предпочёл остаться в своей комнате. А Родриго предпочёл сон.

Дилип, жуя бутерброд, повозился, доставая из вакуумной упаковки, пожал плечами.

— Это вообще странно, — Джексон предпочёл кофе, решил подождать, пока он слегка остынет. — Они проделали такой путь и до сих пор не вышли с нами на связь? Ради чего тогда было лететь сюда?

— А что, если они летели не к нам? — Дилип вытер пальцы салфеткой, запихнув её в пластиковый мешочек.

— А куда? — спросил Дмитрий, он, ровно как Линь и Роберт, во время таких рассуждений предпочитали сохранять молчание. Они вторые пилоты, то есть те, без кого в принципе экипаж может и обойтись, учитывая, как хорошо справляется со своей работой автопилот и наличие опытных космонавтов на борту. У них своя миссия в этой экспедиции.

Индиец пожал худыми плечами. — Даже предположить не могу. Есть рабочий вариант. Их система навигации могла дать сбой. Ведь космос не статичен.

— Подробней, — Роберт посасывал пюре из тюбика, внимательно слушая разговор.

— Вселенная постоянно в движении, всё всегда двигается. Земля вокруг Солнца, сама солнечная система, тот рукав галактики, в котором мы находимся, — загибал пальцы Дилип, — сама наша галактика. Ничто не стоит на месте. Что, если их навигаторы допустили просчёт?

— Разумная технически развитая цивилизация, способная перелетать из одной звёздной системы в другую, допустила столь очевидную ошибку? — в голосе американца сквозил сарказм. — Сдаётся мне, о состоянии Вселенной им известно больше твоего.

Дилип обижено скользнул по собеседнику тёмно-карим взглядом. — Всего лишь предположил, — поджал губы он.

— Ага, — кивнул Роберт и, смяв пустой тюбик, отправил его в сторону индийца, — не сочти за грубость.

Программист, нахмурившись, всё же поймал вещь и запихнул в пластиковый пакет.

— Предложи свой вариант, — Ву явно не понравился тон американца.

— А если они не ошиблись? — серые глаза Роберта пристально посмотрели в его сторону. — Они прилетели туда, куда хотели.

— К мёртвой планете? — удивился Святослав. Он упустил момент, и желе, совершив кульбит, прилипло к футболке. Роберт пальцем ткнул в свой комбинезон, показывая, где оно весит.

— Это сейчас она мёртвая, но я слышал теорию, что в своё время она развивалась вместе с Землёй и даже, возможно, была обитаема.

— Хм, — иронично протянул Ву, — так и о Марсе сказать можно. Если жизнь и существовала на той планете, то максимум в качестве бактерий.

— Уверен?

— Да, исследования грунта Марса…

Роберт, подняв руку, перебил Ву: — Я о Венере.

Ву озадачено протянул: — О ней вообще сложно что-либо сказать.

— Почему?

— Потому что обитание на Венере в принципе невозможно, — Святослав оттёр желе с футболки салфеткой. — На её поверхности настоящий ад, гигантское атмосферное давление со временем расплющит абсолютно всё, дожди из серной кислоты и жара выше четырёхсот градусов.

— То есть, доказать, что Венера в далёком прошлом, — призадумался Роберт, — к примеру, сто миллионов лет назад или сто тысяч лет назад, могла быть обитаемой, вы не в состоянии опровергнуть?

Ву ответил на вопрос: — И не в состоянии доказать, что это было возможно.

Григорьев дождался, пока Джексон допьёт кофе, затем они оба поднялись из-за стола и, оттолкнувшись от пола, направились к выходу.

— Мы на дежурство, — предупредил Григорьев остальных. Настало их время нести вахту на пульте управления.

— У тебя несколько бредовая теория, — хмыкнул Дилип.

— Не теория, а просто мысли вслух, — поправил его американец. — Я не настолько самонадеян, как учёный. Лишь высказываю предположение, что Венера в недалёком прошлом могла быть пригодной для жизни. И тогда появление корабля на её орбите становится объяснимым.

— Как?