— Ты со мной? — настороженный нежный голос Хэйли вырвал меня из раздумий, возвращая в реальность, и я ощутил прикосновение тоненьких нежных пальцев к моей груди.

Стройное тело замерло, и я встретился с обеспокоенным взглядом девушки.

Она такая красивая. Её светлые волосы, всё ещё влажные после душа, разбросаны по плечам и прилипли к вспотевшей коже, глаза светятся желанием, манящие губы распахнуты. Эта девушка превосходна. И дело совсем не во внешности. Какое значение вообще имеет внешность? Да, это первое, на что обращаешь внимание. Но разве это главное? Большая грудь? Упругая задница? Пухлые идеальные губы? Какое значение всё это имеет, если ты не чувствуешь то, что даёт тебе она?

Я смотрел на девушку, оседлавшую меня, и всё ещё не мог поверить, что она была моей.

— Маркус, что-то не так? Я делаю что-то не так? — Хэйли провела рукой от моей груди к шее и посмотрела прямо в глаза.

— Нет. Всё хорошо, не останавливайся, — я погладил её бедро и закрыл глаза.

— Ты выглядишь напряжённым. Что происходит? — застонав, Хэйли пошевелилась на моих бёдрах, и я снова открыл глаза.

Неуверенность была очевидной в её взгляде. Но я не хотел, чтобы она чувствовала себя некомфортно. Каждый раз, когда мы занимались любовью, Хэйли сходила с ума, была такой доверчивой и раскрепощённой. Она растворялась в страсти, захватывавшей нас. Но сейчас я видел, с какой настороженностью она смотрит на меня, как переживает, что делает что-то неправильно.

Но это не так.

Она выглядит великолепно, когда, плавно двигая бёдрами, поднимается и опускается, дразня мой член медленным ритмом, истязая меня.

То, что мы начали в душе, не было финалом, а только разожгло пожар внутри меня, возродило меня из пепла, и сейчас я хотел почувствовать всё, что мы могли дать друг другу.

Я приподнялся, прижимая её тело к себе, и соски её соблазнительной груди потёрлись о мою кожу. Крошечная ладошка прикоснулась к моему лицу, тёплое дрожащее дыхание опалило губы, и мой член дёрнулся внутри её сладкой, тесной киски.

— Что тебя тревожит? — её пальцы пробежались вдоль моей скулы, и я обхватил её ладонь и коснулся губами шрама.

— Всё хорошо, — я натянуто улыбнулся и потянулся к ней, но Хэйли слегка отстранилась, продолжая смотреть на меня.

— Нет, не хорошо. Ты где-то далеко. В чём дело? — малышка не отступала, и я решил быть искренним и рассказать, что разрывает моё сознание.

— Я не могу понять, за что ты любишь меня? Ты потрясающая, Хэйли. Ты сильная, смелая, такая открытая и искренняя. За что ты любишь такого, как я?

Хэйли уставилась на меня, словно впервые видела.

— Какого, такого как ты?

— Слабого. Ты ничего не боишься. Ты находишь в себе силы пойти навстречу тому, кто причиняет тебе боль.

— Ты не причинял мне боли, — она замотала головой и прижалась ближе.

— Причинял. Я помню твой взгляд, когда прогнал тебя. Ты была разбита. Как ты это делаешь?

Глаза Хэйли заискрились, но она не отступила, а только сильнее прижалась ко мне и пошевелила бёдрами, вызывая сладкие спазмы в моём теле.

— Ты ошибаешься. Ты не слабый. Мы влияем друг на друга, делаем друг друга сильнее. Любовь — это не слабость. Это сила. Каждый раз, когда ты смотришь на меня вот так, я чувствую, что могу горы свернуть. Ты делаешь это со мной. Твоя уверенность в том, что ты делаешь, твоя собранность — это вдохновляет меня. Я хочу быть такой, как ты. Маркус, — она обвила мою шею ладонями и скрестила ноги за моей спиной, прижимаясь сильнее, — ты столько времени провёл в этом состоянии и всё ещё не сошёл с ума. Ты находишь в себе силы улыбаться, радоваться мелочам и поддерживать. Если бы не ты, я не уверена, что справилась бы с этим кошмаром. Перестань принижать себя. Ты сильнее, чем кто-либо.

Она говорила так искренне и так уверенно. В её взгляде было столько понимания и восхищения. Смотрел ли кто-то когда-то так на меня?

— Я не хочу тебя потерять, — мои ладони обхватили её тело, и я уткнулся носом в изгиб шеи, вдыхая аромат её распаренной кожи, — я всё ещё в ужасе от мысли, что мог потерять тебя.

— Я не смогла бы уйти. Не в этом сознании, — ласковые скольжения пальцев в моих волосах и её уверенный шёпот вызывали приятную дрожь в моём теле, и я инстинктивно обхватил её попку и качнул бёдрами. Сладостный стон заполнил моё сознание, и Хэйли поравнялась взглядом со мной.

— Ты всё ещё дрожишь, — Хэйли провела ладонями по моим плечам и отклонилась.

— Мне просто нужно найти выход эмоциям, — я действительно чувствовал, как моя челюсть напряжена, а тело начинает вибрировать мелкой дрожью.

— Тогда вернись ко мне, — она одарила меня хитрой улыбкой и снова двинула бёдрами, впуская меня глубже и заставляя зрение расфокусироваться от тягучей волны удовольствия.

Мне нравилось, как она руководила процессом. Её опыт не имел значения, когда она с таким желанием и страстью завладевала моим телом, плавно двигала бёдрами и закусывала пухлые губы, пытаясь сосредоточиться на ощущениях.

Я хотел любоваться ею вечно и, позволив ей всё контролировать, откинулся на спинку кровати и заскользил ладонями по упругим бёдрам.

Глаза Хэйли воодушевлённо вспыхнули, и, застенчиво закусив нижнюю губу, она принялась раскачиваться вверх-вниз, медленно, испытующе, заставляя мой член твердеть с каждым движением.

Мы идеально совпадали. Её киска так плотно обхватывала меня, словно мы были деталями чего-то единого, целого, и каждое наше движение доводило до безумия. Она была такой естественной: не корчилась в лживом экстазе, не стонала, как раненая порнозвезда, и не скакала на мне, словно в схватке с быком в техасском баре. Она наслаждалась и исследовала. Познавала своё тело, пробовала удовольствие на вкус, и это возносило меня на вершину мира. Она всё ещё доверяла мне, чёрт, она любила меня, и я был первым мужчиной в её жизни. Понимание этого делало меня грёбаным счастливчиком, и я готов был пойти на что угодно, лишь бы всё и осталось таковым.

Я провёл рукой по плоскому животу к груди и обхватил мягкий упругий холмик. Глаза Хэйли распахнулись, и её рука накрыла мою, переплетая пальцы и сжимая ладонь сильнее. Бесята, пляшущие в её глазах и требующие более настойчивых ласк, спровоцировали меня, и я впился другой ладонью в её задницу, толкаясь навстречу. Хэйли ахнула и опустилась резче, наращивая темп и продолжая смотреть прямо в глаза. Эта девчонка была непредсказуемой, полной тайн и сюрпризов.

Мой взгляд опустился туда, где соединялись наши тела. Это было лучшим зрелищем на земле, видеть, как я заполняю её, растягиваю и погружаюсь так глубоко, как никто до меня. Вот она — привилегия быть с ней, быть желанным ею, знать, что такое преданность и верность в духе Хэйли.

— Я хочу быстрее, — застонала девушка и склонилась надо мной. Упершись рукой в изголовье кровати, она впилась в мои губы, раскачиваясь и двигая бёдрами жёстче, выписывая круги.

Моё тело горело от соприкосновения с её разгорячённой потной кожей, и я ухватился за её бёдра, вбиваясь быстрее, ловя её ритм и направляя так, чтобы задеть самые чувствительные точки.

Уткнувшись лбом в мой, она зажмурилась и расплылась в улыбке.

— Ты маленькое исчадие Ада, — я осторожно прикусил её губу, и Хэйли застонала, — ты сжигаешь меня заживо.

— Маркус, боже… — её тело напряглось, и губы задрожали, — ты скоро?

— Я даже не близко, — дьявольская улыбка растянулась на моих губах, и малышка всхлипнула.

— Я сейчас, — её взгляд стал затуманенным, дыхание прерывистым, и мелодичный сладкий стон наполнил комнату, когда её тело забилось в моих руках. Казалось, что каждая мышца в её теле напряглась и налилась наслаждением, а киска стала такой тесной, что я содрогнулся от мощного импульса, пронзившего моё тело. Но этого было недостаточно.

Обняв её тело, я перевернул нас обоих и развёл её бёдра шире. Я был на грани безумия, наблюдая, с каким вожделением и восторгом она смотрит на меня, распахнув губы и вцепившись пальцами в мои руки, крепко удерживающие её бёдра на месте. Я хотел, чтобы она кончила снова, хотел, чтобы этот кайф никогда не заканчивался, снова и снова накрывая её с головой.