Но он был единственным, кто не задавал вопросов, когда мне понадобилась помощь. Он спрятал меня, когда я пытался скрыться от тех подозрительных типов. Привёл в свою квартиру и велел чувствовать себя как дома.

Дэнни был со странностями. Серьёзно! Какой адекватный человек притащит к себе домой кого-то, у кого вполне возможно не всё в порядке с головой? Но этот парень был любителем загадок. Не знаю, почему он выбрал медицину. Мне кажется, он бы чувствовал себя в своей тарелке будучи судмедэкспертом, например. Но этот чудик упёрся в хирургию.

Я доверял Дэнни. Не знаю, это была чистой воды интуиция.

Но с Хэйли я рисковал. О ней мне не было известно ничего. Совершенно. Её уже должны были хватиться. И я надеюсь, что мы вовремя успели запутать следы. Связи отца Дэнни и его пронырливость помогли предоставить нам доступ к её соцсетям и при этом остаться незамеченными, благодаря какой-то причудливой фишке с блокировкой активности. Кто бы не заходил в её профили, не мог заметить, что она была в сети. Информация просто не поступала. Мы могли сидеть онлайн хоть сутки напролёт, принимать и читать сообщения, и никто не узнал бы об этом. Это как зеркальная стена в комнате допросов: ты видишь всё, что происходит в допросной, но изнутри тебя никто не видит. Мы были призраками. Могли наблюдать за всем, что происходит вокруг, и оставаться в тени.

Мне было жаль девчонку. Не знаю, что творилось в её семье, что она решила сбежать и, даже попав в беду, осталась здесь, а не вернулась обратно. Но мне правда было её жаль.

Бэмби…

Это прозвище снова вызвало широкую улыбку на моём лице. Наверно, это звучало неприятно и грубо, но она правда была похожа на маленького беззащитного оленёнка, потерявшего маму и не знающего, что теперь делать, куда идти. Её огромные небесно-голубые глаза выглядели так невинно, что меня разрывало от желания улыбаться во все тридцать два зуба. Не знаю, как мне удавалось сдерживаться. Она была хорошенькой. Крошечной. Беззащитной. И ужасно потерянной. Какой-то странный инстинкт подтолкнул меня забрать её с собой. И сейчас я совершенно не представлял, что с ней делать.

Она чертовски сильно меня перепугала. На мгновение я обрадовался, что Хэйли ушла. Это решило бы кучу проблем, которые могли возникнуть в будущем.

Затем, буквально сразу, что-то внутри кольнуло. Неужели она ушла? Неужели я успел вывести её настолько, что она решила уйти? Чувство сожаления сжало что-то в груди. Я был груб с ней. Она не заслуживала такого обращения. В одно мгновение на неё обрушилось столько всего. Я постепенно окунался в таинственность всего происходящего. Она же залпом хлебнула из горла мощнейшую дозу, и сейчас её мир должно быть кружился вокруг неё со скоростью света.

Но я так разозлился на самого себя, что не сумел совладать с эмоциями.

Сперва я заметил её рюкзак и понял, что она не ушла далеко. Возможно вышла из дома, но собиралась вернуться.

Но когда, заваривая себе кофе, я заметил, как еле уловимо колышутся шторы, закрывающие патио, тихонько подошёл к стеклянной стене и выглянул наружу.

Девушка сидела неподвижно. Её поза напоминала всех этих романтиков, которые пялятся на звёзды, задрав голову так, что шеи сводит. Но её глаза были закрыты. Тогда я решил проверить.

Хоть она и была тепло одета, как если бы собиралась в долгую прогулку, её кожа была уже холодной, и она плохо реагировала на мои вопросы.

Проклятье. За ней нужен глаз да глаз. Она не казалась сумасшедшей или способной намеренно причинить себе вред, но она была раздавлена и нуждалась в поддержке. В друге.

И я не мог ей этого дать.

Поднявшись на ноги, я неслышно спустился вниз. Беспокойство за её состояние не позволяло мне заснуть. В первые часы после переохлаждения важно наблюдать за пострадавшим, контролировать частоту сердцебиения и температуру тела.

Я не мог допустить, чтобы она пострадала.

Не только из-за нежелания навлечь неприятности и быть обнаруженным. Она должна жить.

За сегодняшний день я многое успел узнать о ней.

Настоящую её звали Холи Джебсон. Она капитан команды чирлидеров, активистка, участвует в команде по плаванию и является президентом школы. Просматривая её соцсети, я поражался, сколько в одном маленьком человечке может быть энергии. Казалось, будто она была везде, пыталась заполонить всё возможное пространство и достичь успеха во всём.

MeganJebson . Думаю, эта женщина её мама. Я просмотрел историю их переписок. Сообщений было немного, но в них не было никаких причин для того, чтобы Хэйли сбежала из дома. Она совершенно не соответствовала описанию «безразличной матери». Её профиль пестрил улыбками и совместными фотографиями, где обе казались довольно счастливыми. А её вчерашние сообщения были переполнены отчаянием.

Что произошло между ними, что Хэйли решила сбежать?

CurlyKae . Очевидно, самая близкая её подруга, потому что часто мелькала на её фото, временами появлялась в ленте ТикТока, будучи напарницей в этих дурацких трендовых клипах.

Та самая Кайла?

Значит у неё был свой человек. И я не мог понять, почему? Почему, если вчера она, по словам Хэйли, была обеспокоена переменой в её поведении, до сих пор не попробовала выяснить, что с ней стряслось? Я был так озабочен поиском подвоха, что не заметил, как пролетело время.

Пока не пришло сообщение.

Двадцать четыре часа… Почему именно это время? Что такого магического было в этом числе? Почему нужно было выждать именно столько, чтобы написать?

Я присел рядом с диваном и взглянул на расслабленное лицо Хэйли.

Она была очаровательна. Маленькое округлое личико, ещё совсем юное и не испорченное модными скулами моих ровесниц. Пухлые губки расплющились от соприкосновения с ладошкой, на которую она положила голову, лёжа на боку. Светлые волосы разметались по подушке, а прядь у лба спадала на лицо и, должно быть, щекотала аккуратненький, чуть вздёрнутый носик, потому что Хэйли периодически хмурила брови и морщилась.

Усмехнувшись, я подхватил прядь мизинцем и отбросил её от лица. Положив ладонь ей на лоб, попытался определить температуру, а затем прощупал пульс у неё на запястье. Она приходила в норму.

Слава богу…

Натянув одеяло повыше, я прикрыл её оголившееся плечо.

Ты не хочешь быть другом, — горечь в её словах была осязаема.

Прости, малышка, но нам правда не стоит быть друзьями. Будет дерьмово, когда один из нас забудет другого. Лучше совсем не привязываться.

Она нуждалась в друге. И пускай я не мог дать ей того, что необходимо, я точно знал, кто заменит двоих, а то и троих.

Рядом с диваном на полу валялись её джинсы, всё ещё влажные от пролитого чая, и свитер с пятнами на рукаве. Собрав вещи, я отнёс их в небольшое помещение, отведённое под хозяйственные нужды, забросил в стиральную машину и запустил программу быстрой стирки.

Мало что понимаю в этом процессе, но я хотел, чтобы к утру её вещи лежали там же, где я их нашёл сейчас. Чистые и способные выполнять свою главную функцию.

Разобравшись с этой задачей, я поднялся в комнату и достал из ящика комода одноразовый телефон. Это был самый простой способ связаться с Дэнни. Не раздумывая ни секунды, я набрал сообщение:

«Ты нужен нам завтра».

Бессонная ночь для меня не в новинку. С тех пор, как оказался в этой квартире, я вообще не помню, когда нормально спал. Моя голова разрывалась от мыслей.

Сегодняшняя ночь не была исключением. До пяти утра я без конца проверял Хэйли. Слушал её дыхание. Ждал, когда постираются её вещи. Тренировался в перерывах, потому что чувствовал, что не могу остановиться. Я был переполнен эмоциями, которым не мог найти выход. И сейчас мышцы тянуло от нагрузки.

Собравшись с силами, я поднялся с кровати и направился в сторону душа. Но остановился. Нечто непривычное пропитало воздух, проникавший в комнату сквозь открытые двери. Не веря тому, что ощущаю, я осторожно приблизился к перилам второго этажа.