Перехватил обожженную лапу выше ожога, не скупясь полил ее из флакона. Кот отчаянно замяукал, завырывался, я выронил флакон, потому что удержать зверя одной рукой было нереально, но с удовлетворением отметил, что чуть желтоватая, похожая на разбавленное оливковое масло жидкость, пахнущая чем-то вроде ромашки, покрыла весь ожог.

Кот вдруг обмяк, хоть и смотрел на меня испуганными глазами, а уши прижал к голове.

— Ага, легче стало? — спросил я. — Так и должно быть. Ты, похоже, совсем недавно влез, да? Сейчас отпустит, сейчас, не боись. И вообще, меня не боись, я не страшный.

Так, что я еще могу сделать? Бинтовать теперь только, но ведь он, гад, наверняка бинты обрывать начнет… ну и ничего, а я не дам обрывать.

Вот бинт… свободный конец…

С бинтом кот вступил в бой, поэтому несложный на первый взгляд процесс оказался куда трудней, чем я ожидал. Забинтовал плохо, вкривь и вкось, но как получилось.

— Блохи у тебя есть? — спросил я в сомнении, глядя на кота. — Наверняка ведь… нет, без ветеринара нам не обойтись.

Опять взял зверя на руки, кверху лапами, причем на этот раз он уже вырываться не собирался, похоже. С полки у телефона снял справочник, залистал, перекидывая страницы. Ветеринар, ветеринар…

Нашел двоих, ни один телефон не откликнулся. Праздник, не работают. Задумался, затем вытащил чарофон и решительно набрал телефон Салавата.

Тот откликнулся почти сразу.

— Привет, Гордеев это, Николай.

— Салам, — ответил тот. — Кого там у вас еще побили?

— Никого на этот раз. Салават, ты ветеринара хорошего знаешь, кто на вызов приехать может?

— Ветеринара? Ветеринара знаю. Кого лечить собрался?

— Кота лечить надо. Срочно.

— Могу я приехать, — засмеялся Салават. — Мне все равно кого лечить. Но возьму как за срочный выезд в праздник.

— Ну вот и приезжай. Если знаешь, как у кота лечить ожог плесенью, выводить блох, глистов и делать прививки. Если не знаешь, то дай ветеринара.

— Я не знаю? — даже возмутился он. — А моего кота кто лечит, по-твоему? Приеду сейчас. Ты в магазине?

Салават не обманул, взял как за срочный вызов и еще накинул, пожалуй. Но честно возился со зверем больше часа.

— Блох нет, — сказал. — Их вообще в Форте почти не бывает. Лапу подлечил, бинт он не сдерет, через два дня его к ветеринару на перевязку возьми. Прививки тоже там сделают, сейчас рано, а вот глистов прогнал, так что готовь лоток. Где держать будешь?

— Пока здесь, в мастерской. — Я постучал носком ботинка по полу. — Карантин типа.

— Правильно, пока здесь. Магазинчик "Природа" в Кишке знаешь?

— Ну… — задумался я, вспоминая, — знаю, кажется. По правую руку, с зеленой вывеской, так? Аквариумы еще в витрине.

— Точно. Вот у них кое-что для кошек есть, можешь глянуть. Они даже открыты еще, наверное. — Салават посмотрел на серебряные часы.

Хорошо зарабатывает он, все больше за счет того, что никогда никаких вопросов не задает.

— Понял, спасибо.

Я стащил со шкафа плед, которым любила накрываться Мила зимой, сложил его вчетверо и положил на свое кресло. Затем кресло откатил в угол, а на него положил сонного после легкого наркоза кота.

— Пошли, — сказал я, снимая куртку с вешалки.

— Ты же грязный, — показал мне на колени и на куртку лекарь. — Куда так пойдешь?

— Черт, и правда. Переоденусь.

— Меня сперва выпусти.

Выпустил. Потом побежал в квартиру, где меня встретила только что вставшая с постели Мила.

— Ты чего такой? И грязный еще? — спросила она, зевнув и прикрыв рот ладонью.

— Упал. Переоденусь. В мастерскую пока не спускайся, а если спустишься, то кота не выпусти.

— Кота? — Она непонимающе посмотрела на меня.

— Кота, кота.

— Какого кота?

— Полосатого такого. Кота я нашел, понятно? И принес. Он в мастерской.

— А если кот в мастерской, то ты тогда куда? — спросила она с подозрением.

— Здесь зоомагазин в Кишке, бегу, пока не закрылся.

Я даже не стал джинсы менять, чтобы не терять времени, просто почистил щеткой. Схватил другую куртку и понесся на выход, успев крикнуть:

— Сигналку только не включай пока!

Паб уже открыт, первые курящие на крыльце, они как индикатор. На улице людей прибавилось, в честь выходного и праздника. Пропустив пазик и тянущийся за ним старый "зилок", перебежал через улицу и почесал в сторону площади Павших, благо до нее рукой подать. А там и спуск в Кишку.

На площади, как обычно в праздник и бывает, было людно. На противоположной ее стороне выстроился ряд балаганчиков для детей — тир, карусель, какие-то качели. Детей там хватало, а для родителей рядом уже открылась уличная шашлычная — тоже признак весны. И кстати, мороженое продают, его выпускать начали. Как слышал — под Лигой мини-заводик, где-то недалеко от Госпиталя. Могут ведь, когда хотят, есть от них и польза.

У спуска в Кишку и вовсе толпа была. Снизу тоже слышалась музыка, вроде даже что-то джазовое, народ по ступенькам шел и вверх, с покупками, и вниз, за ними. Какой-то парень на плече тащил китайский велосипед типа горного, еще местами завернутый в бумагу. Интересно, где он рассчитывает кататься и как долго? Тут сезон-то всего месяца три, пожалуй. Хотя можно и три месяца поездить. Лето, к слову, тут обычно хорошее, солнечное и совсем не дождливое, хоть за это спасибо природе или кому там.

В самом начале перехода расположилось трио музыкантов — труба, контрабас и простенькие ударные. Ни открытого футляра, ничего другого я перед ними не заметил. Или для души играют, или после каждого номера публику обходят. Люди вокруг них стояли, к слову, даже протискиваться пришлось.

Так, вон магазинчик электроники, в котором я закупаюсь обычно, и где-то здесь должен быть этот самый, который "Природа" называется. Ну да, вон же, та самая зеленая вывеска. Аквариумы в витринах, всякие рыбки в аквариумах. Когда-то даже думал завести аквариум у себя в студии, для оживления интерьера, да как-то все не мог собраться это сделать. Зато теперь кота завел. Если он думает, что я его отпущу, то он глубоко ошибается. Хотя подозреваю, что он и сам уже не собирается никуда.

Продавцом оказалась молоденькая девушка с круглым курносым лицом и толстой косой, эдакая "Аленушка", одетая в полосатый свитер под дубленой безрукавкой. Она сидела с книгой за прилавком, но сразу поднялась, стоило мне войти внутрь.

— Здравствуйте, мне все для кошек нужно, — объявил я о своей нужде прямо с порога.

— А что именно? — "Аленушка" чуть озадачилась.

— Наполнитель у вас есть? Лоток?

— Наполнитель? Есть древесный, из опилок делают. — Девушка показала на стопку мешков без всякой маркировки. — Всех устраивает.

— Давайте мешок на испытания. Лотки? Миски? Игрушки?

— Только миски, — вздохнула девушка. — В Форте мало животных. Рыбок вот хорошо покупают. Котят спрашивают, но где их брать? Со щенками то же самое. А миски хорошие, из нержавейки, на резине. Возьмете?

— Возьму. Корма у вас тоже нет, верно?

— Откуда? — Она покачала головой. — А если и бывает, то дорого. Вы мясника магазинчик наверху знаете?

— "Свин и Кур" который?

— Да, он самый. Для котика курочки можете взять.

Куда я теперь денусь…

— Возьму, что еще остается. Хозяйственный же есть в Кишке, верно?

— Есть, по той стороне, через два входа. — Она показала рукой, затем взяла у меня монетки.

— Спасибо. Буду заходить. Зовут вас как?

— Алена.

— Очень приятно, — задавил я усмешку.

Хозяйственный, такой же маленький и тесный, был где девушка и сказала, там я купил моток толстой веревки. Затем рванул из перехода наверх.

"Свина и Кура" я знаю хорошо, они только мясом торгуют и прямо в магазине разделывают. Магазинчик небольшой, в зале темновато, за мясника тут тщедушный с виду дядька в очках, похожий до изумления на Вуди Аллена. Пахнет кровью, на полу опилки. Я взял пакетик с куриными грудками, заодно упаковку яиц, которыми тут тоже приторговывали, сложил все в пакет, рассчитался и попрощался.