— Думаешь, прокатит? — шмыгнул носом пиромант.

— Колдунов они вычислять, может, и научились, а мы только сами спалиться можем. Поэтому поаккуратней.

— Спалиться? Это точно — можем, — усмехнулся Напалм. — Хотя у меня зажигалка есть, так что не спалимся.

— Это вы о чем? — заинтересовалась приводившая себя в порядок у висевшего на стене зеркала Марина.

— Да так, о своем, о женском, — хмыкнул пиромант. — Идемте уже. Вон народ на выход потянулся.

И точно — гревшиеся в тепле работники перестали травить байки и все как один отправились во двор. Михаил Григорьевич к этому времени уже закончил оформлять бумаги, а пересчитавший обозников таможенник скрылся в служебных помещениях.

— Долго тут торчать еще? — поинтересовался я.

— Да нет, — огладил бороду торговец. — Сейчас декларацию заверят и отпустят.

— А людей он зачем считал?

— Чтоб никто по дороге не потерялся, — хитро улыбнулся Михаил Григорьевич. — Тут с нелегальной миграцией строго.

— А если я в Северореченске остаться захочу? — забеспокоился я. — Я ведь захочу!

— Получишь разрешение, и на его основании в нашу декларацию исправления внесут.

— А жетоны когда выдадут? — спросил Напалм и закурил, воспользовавшись не даром повелителя огня, а одноразовой зажигалкой. Ладно хоть к этому всерьез отнесся.

— А все сразу и принесет.

— Ну и как тут тебе? — Успокоившийся пиромант вслед за мной отошел к нашим саням. — Легче дышится?

— Не знаю пока, — признался я. — С одной стороны, магический фон слабый, с другой — настолько комфортно себя давно не чувствовал. Сейчас пока колебания от Границы идут, а подальше отъедем — вообще тишь да гладь будет.

— Это да, — глубоко затянулся Напалм. — Тишь да гладь. Если какая-нибудь заварушка начнется, придется сразу "магистром" закидываться. Иначе просто не потяну ничего серьезного при столь низкой насыщенности. Тебе-то другое дело.

— Не уверен, что другое, — поежился я. — Заранее опасность могу не почувствовать. А все время настороже быть — так это мозги закипят. Но, с другой стороны, варианты просчитывать несколько проще должно быть.

— А чувствуете, мальчики, как весной пахнет? — присоединилась к нам Марина.

— Куревом тут пахнет, — усмехнулся я.

— Нет, — к моему удивлению, поддержал девушку Напалм, — действительно, здесь уже весна чувствуется.

— А чего вы хотели? — забрался в сани Михаил Григорьевич. — Тут юга! Тепло!

— Нормально все? — уточнил я.

— Да, держите. — И торговец протянул нам пластиковый пакетик с тремя жетонами. — Да не выбирайте, они все одинаковые! Просто обертку уберите, и они на вас сами настроятся.

Я последовал совету и почувствовал, как в металлическом кругляше заворочалась непонятная волшба. Обжегшее холодом кончики пальцев заклинание намертво привязало жетон ко мне, и обнаружить эту энергетическую нить теперь мог любой мало-мальски опытный колдун.

— Если от жетона больше чем на двадцать метров удалитесь, он разрушится, и будут проблемы, — предупредил Михаил Григорьевич. — Так что не забывайте с собой брать.

— Вот, блин! Придется его теперь и в туалет таскать! — фыркнул Напалм.

— Многие дырки пробивают и на шее носят, — поведал нам торговец.

Тем временем пограничники распахнули ворота пропускного пункта, и коняги, постепенно набирая скорость, покатили сани по проложенной напрямик через лес дороге. И дорога эта оказалась не чета нашим — ровная и прямая, действительно наводившая мысли о самом настоящем автобане. Каких усилий поддержание всего этого благолепия требует, даже не представляю.

Тут мало раз в неделю бульдозер пускать, тут едва ли не круглосуточно чистить надо. Но зато и катим так лихо, что просто диву даюсь. А для автотранспорта вообще раздолье. Благодать, одним словом!

И кругом — поля, поля, поля…

Куда ни глянь, везде одни поля да облетевшие по зимнему времени фруктовые деревья. Лесов почти нет. Так, изредка на глаза дубовые рощицы и сосновые боры попадаются.

Сразу ясно становится, что сельское хозяйство тут в почете. Ну да если климатические условия позволяют, почему нет? И сам прокормишься, и на продажу останется. А с таким размахом наверняка и на черный день часть выручки отложить получается.

И пусть дорога шла в обход крупных сел, время от времени попадавшиеся по пути деревни и хутора производили самое благоприятное впечатление. Чистенькие, ухоженные дома; расчищенные от снега подъездные пути; добротные ограды, сверкавшие накопителями Иванова на вкопанных в землю столбах.

Да, накопителями. Их тут полно, а значит, ничто не мешает начать продвижение на рынок нового продукта. Денежки у местных аграриев не в пример нашим землепашцам водятся. Остается только толкового коммивояжера подыскать. Кадры решают все, как говорится.

— Блин, меня укачивает, — пожаловался какое-то время спустя Напалм, с тоской поглядывавший по сторонам. — Слишком гладко идем…

— Да, дороги тут хороши, — кивнул Михаил Григорьевич.

— Останавливаться не будем? — спросила у него Марина.

— Тебе по надобности? — уточнил торговец.

— Нет, ноги размять.

— Ближе к обеду. Надо потерянное время наверстать.

— Как-то мне нехорошо, — поморщился пиромант, лицо которого и в самом деле слегка позеленело.

— Тошнит? — прислушиваясь к собственным ощущениям, спросил я.

Но нет, самочувствие было в норме. А учитывая вчерашние события, так и вовсе замечательное. Непривычный к столь низкой интенсивности магического излучения дар дремал, не беспокоя никакими видениями, да и ломота в спине почти утихла…

— Именно, — кивнул Напалм. — "А когда на море качка и бушует ураган…"

— Это у тебя на нервной почве, — улыбнулся я и, понизив голос, добавил: — К здешнему энергетическому фону привыкаешь…

— Может быть, — согласился пиромант. — Ты, кстати, тоже осторожней.

— Чего еще?

— Если ясновидению станет в местных условиях не хватать информации, дар начнет усиливаться.

— Ерунда, — отмахнулся я. — В крайнем случае, до своего обычного уровня дойдет.

— Ага, а потом ты в Форт вернешься, и — БАМ! — взрыв мозгов.

— Да не собираюсь я возвращаться! Тут тепло, ты не забыл?

— Тепло — это да, — потянул носом воздух Напалм. — Точно ведь весной пахнет!

— И проталины уже попадаются, — подтвердила Марина и насмешливо фыркнула: — Хотя вы, так понимаю, не из наблюдательных.

— Мы скорее из сообразительных, да, — не остался в долгу пиромант.

— Здесь снег к концу апреля сходит, — проинформировал нас Михаил Григорьевич. — Да и выпадет позже.

— Хорошо устроились! — покачал я головой и спросил у вновь начавшей клевать носом спутницы: — Марин, ты обратно когда планируешь отправиться?

— Не спи, замерзнешь! — немедленно потеребил ее за плечо Напалм.

— Убери руки! — отмахнулась та. — Обратно? Не знаю даже. Думала, может, с Михал Григорьичем уехать получится.

— Получится, почему нет? — удивился торговец. — Мы в Северореченске, скорее всего, неделю пробудем, не больше. А потом в обратный путь двинемся, пока дороги не развезло.

— Вот и замечательно, — обрадовалась Марина. — За неделю точно управлюсь.

— Надо приезд отметить будет, — решил я. — Сходим сегодня куда-нибудь?

— Обязательно!

— А ты не занята будешь? — хмыкнул Напалм.

— Нет, — выразительно глянула на него Марина. — Я не Золушка, двадцать четыре часа в сутки вкалывать. Так что занята я не буду.

— "И неважно, чем он занят, если он бухать не станет, — с совершенно серьезным видом продекламировал пиромант, — а ведь он бухать не станет ни-ко-гда!"

— За меня можешь не беспокоиться, не сопьюсь.

— Ты уже взрослая девочка, сама все понимать должна.

— Продолжишь в том же духе, скажу твоей супруге, что на девок заглядывался, — пообещала Марина. — Ты же знаешь, меня лучше не злить.

— Все, молчу-молчу, — вскинул руки Напалм. — "Я страшен в гневе", понимаю…