— Эстет вы, батенька! — Пиромант выдохнул дым и стряхнул пепел. — Только учти — тебе не в музее на оружие смотреть, тебе из него стрелять.

— В топку! — отмахнулся я и зашагал к соседней лавке, окно которой затягивала изморозь, медленно меняя узоры, будто экранная заставка перешедшего в режим ожидания компьютера. — Марину не прокарауль.

— Яволь!

Я толкнул неожиданно плавно открывшуюся дверь и прошел в ярко освещенное развешанными по углам чародейскими светильниками помещение. На витринах ни пылинки, сами стекла сияют чистотой. Под ними — странные амулеты и талисманы, разобраться в назначении которых не помогло бы, пожалуй, и ясновидение. Слишком уж глаза разбегаются от разнообразия форм, материалов и отделки.

Резные завитки на дереве, отполированные поверхности благородных и не очень металлов, блеск полудрагоценных и поделочных камней, редкое сияние граней изумрудов и бриллиантов. Кольца, жезлы, подвески и прочая, прочая, прочая…

Оглядев все это великолепие, способное опустошить кошелек и куда более состоятельного человека, я вытащил из кармана трофейный амулет и показал отложившему в сторону увеличительное стекло седому дедку.

— "Щит веры"? — с первого взгляда определил тип моего талисмана тот, а заодно приметил и порванную цепочку. — Звенья запаивать будете?

— Проще заменить, — отказался я. Цепочка была стальной, и вся ее ценность заключалась исключительно в работе. — Есть что-нибудь подходящее?

— Найдем, — потер дед гладковыбритый подбородок и озвучил цену вопроса: — Двадцать рублей за все.

— Сколько? — опешил я. — Да новому "Щиту веры" красная цена сорок рублей! А тут половину за подзарядку!

— У нового амулета половина стоимости как раз в закачанной энергии и заключается, — кивнул дед. — Залить, если он полностью пустой, придется четыре карата, по пять рублей за карат. И так цепочка в подарок получается!

— Четыре карата? — задумался я. — А чего он жрет так много?

— Младшая модель, расход энергии только в "Сфере безветрия" немного оптимизирован. С заменой, кстати, могу уступить "Сферу" за полтора рубля серебром.

— Лучше этот зарядите. — Платить в три раза больше за новый амулет не хотелось. Непонятно еще, понадобится он мне или нет, а наличных в кошельке все меньше остается.

— Антон! — позвал колдун и достал из-под прилавка картонную коробку с какими-то побрякушками. — Иди сюда!

— Чего? — выглянул из соседнего помещения чем-то внешне похожий на старика паренек лет пятнадцати.

— Заряди амулет.

— Сейчас. — Антон вновь скрылся за дверью, но почти сразу вернулся с выточенным из цельного куска горного хрусталя универсальным накопителем. Сноровисто прицепил провод ко вбитому в камень медному штифту и указал на лежавший на прилавке амулет: — Этот?

— Угу, — кивнул я.

Паренек, зажав в руке припаянную к концу провода пластинку и "Щит веры", закрыл глаза, несколько секунд постоял так, а потом протянул амулет деду.

— Четыре ноль пять, — объявил он.

— Неважно, — отмахнулся дедок и вытащил из коробки серебристую цепочку. — Подойдет?

— Давайте. — И, уже отсчитав деньги, я достал из кармана сложенную вчетверо брошюрку с рекламой нашего с Марковым совместного предприятия. — Посмотрите, если заинтересует, координаты тут есть. Дилерам хорошие комиссионные полагаются.

— Посмотрю, отчего не посмотреть? — отодвинул дед рекламный проспект на край прилавка, скорее всего, просто не желая отправлять его при мне в мусорное ведро.

Но, чем черт не шутит, быть может, и почитает на досуге? Вдруг комиссионными заинтересуется? Народ-то из окрестных хуторов наверняка к нему частенько заглядывает. Вряд ли у кого собственные колдуны имеются.

— Вот и замечательно.

И, забрав амулет, я вышел на улицу.

К этому времени большинство торговцев успели покинуть село, и наш обоз стоял в протянувшейся к воротам очереди одним из первых. Дополнительно нанятые бойцы уже явились и толковали с хмурым, словно грозовая туча, Константином Крестовским. Представления не имею, о чем именно шла речь, но был начальник охраны даже мрачнее одетого во все черное монаха.

— Приперлись наконец-то! — указал на новоприбывших Напалм и, спустившись с крыльца, позвал девушку: — Идем, Марина, занимать места согласно купленным билетам.

— Ты-то чем недоволен? — удивился я. — О твоей безопасности заботятся, а ты еще губы кривишь.

— Колдуны то, колдуны се, — фыркнул пиромант. — А толку от них, как кот наплакал! Лучше б вон узкопрофильных специалистов привлекали. Сколько уников без работы сидят!

— Потому и сидят, что узкопрофильные, — резонно заметил я.

— Да те же колдуны только и умеют, что взрывать и жечь!

— Не скажи, — возразил я и привел неоспоримый аргумент: — Ты б, к примеру, смог огнестрельное оружие заблокировать?

— Смог!

— Как?

— Легко!

— А точнее?

— Ну, — задумался парень, — пелену бы защитную выставил…

— Всех так не прикрыть, — покачал я головой. — Да и хватило бы ее ненадолго. Еще варианты?

— Иди ты!

— Это не ответ.

— А вот возьму и придумаю что-нибудь! — упрямо заявил Напалм.

— Ты меня только предупреди заранее, чтобы убежать успел подальше.

— Мальчики, хватит ссориться! — решила развести нас по углам Марина.

— Кто это здесь, интересно, мальчик? — пробухтел забравшийся в сани пиромант и уселся на мешок с селитрой. Немного поерзал и сдвинулся ближе к борту.

— Да не гнездись ты! — обернулся Михаил Григорьевич. — Еще оружие получать пойдем.

Очередь перед нами к этому времени рассосалась окончательно, и возницы начали загонять сани в огороженный забором двор перед ангаром. Там все дружно отправились забирать ружья и винтовки; я отыскал трехлинейку с револьвером и вернулся к Михаилу Григорьевичу, присматривавшему за таскавшими к саням зеленые ящики работниками.

— Нормально все? — Во рту появился какой-то неприятный привкус, и убраться из села захотелось уже просто невыносимо. — Ничего не пропало?

— Нормально, — кивнул торговец. — Все, отправляемся…

И в самом деле, ворота служившего пропускным пунктом ангара распахнулись, и наши сани одни за другими начали покидать село. Я, с трудом сдерживая дрожь нетерпения, плюхнулся на мешки с удобрениями, а когда обоз выехал в чистое поле, едва удержался от радостного крика.

Выбрались! Выбрали-и-ись!

Теперь пусть попробуют предъявить что-нибудь. Тройное убийство? Первый раз слышу! И вообще, какие ваши доказательства? Нет доказательств? А тогда не морочьте добропорядочному коммерсанту голову!

Марина тоже заметно повеселела, и даже нахохлившийся Напалм перестал хмуриться и начал мурлыкать себе под нос какую-то мелодию.

Все, теперь остается только добраться до Северореченска, но за этим, думаю, дело не станет. Снаряд дважды в одну воронку не падает. Теории вероятности это не противоречит, только вряд ли мы еще в какие-нибудь неприятности по дороге вляпаемся. Вот на месте — другое дело. Но сейчас забивать этим голову не имело никакого смысла.

Небо более-менее прояснилось, и предрассветная темень уступила место утренним сумеркам. На открытом пространстве разгулялся ветерок, стало морозно, но не холодней, чем обычно. Да и пейзаж тянулся вдоль дороги тоже все больше обычный и какой-то совершенно безликий. Глазу остановиться не на чем, сплошные поля и сугробы, изредка только маячат деревья на горизонте.

Разлитая в пространстве энергия уже не колола обезумевшим осиным роем, и магическое поле после вчерашней бури было на редкость спокойным. Казалось, стоит потянуться вперед ясновидением, и до самой Границы без каких-либо проблем достану.

Благодать!

Я даже слегка ослабил контроль над предвидением: утомился его в узде постоянно держать, честно говоря. Хоть скормленные пиромантом таблетки и помогли, но головная боль штука такая — сейчас все спокойно, а минуту спустя волком воешь и на стены кидаешься. В этом плане уникам непросто приходится.