— Это уже чисто технический аспект, — улыбнулся Мстислав. — Просто при формировании очередного обоза в Форт включишь в состав груза определенные товары. Нам останется только поднять таможенную декларацию.

— Как у вас все просто, — поморщился я. — А не боитесь, что я вас продам?

— А ты продашь?

— Не в этом дело. Мне интересна причина вашей странной уверенности в моей порядочности.

Отец Доминик только улыбнулся и покачал головой:

— Сын мой, задай себе вопрос: а смогу ли я продать за тридцать сребреников этих людей?

Я хотел было съязвить, потом задумался и не на шутку удивился — не смогу. Не из какой-то врожденной порядочности, а вот не смогу, и все. Хоть на куски режьте, но и слова не вытянете.

— Это вы мне так мозги запудрили? — чувствуя странный озноб, спросил я у хозяина кабинета.

— Небольшая страховка для нашей общей безопасности. Просто этого разговора никогда не было, и мы, Евгений Максимович, вам ничего не предлагали. И ни один телепат, сколько ни копайся он в вашей памяти, ничего оттуда не вытянет.

— Занятно…

В этот момент вновь распахнулась входная дверь, и тихонько прошмыгнувший в комнату послушник выставил на стол поднос с двумя чашками и еще одним заварочником. Все так же молча служка покинул комнату, а поднявшийся из кресла Мстислав налил себе чая и предложил мне:

— Еще чашку?

— Или вина? — улыбнулся отец Доминик. — Есть замечательный херес…

— Благодарю, — отказался я. — Лучше чаю.

— И это правильно, — согласился с выбором Мстислав, передал мне вновь наполненную чашку и вернулся к своему креслу.

Доминик чай пить не стал и опять толкнул висевший над столом искрившийся шар. Задумчиво глянул на него и спросил:

— Полагаю, пора переходить к финансовым условиям нашего сотрудничества?

— Пожалуй, пора, — кивнул я.

А куда деваться? Без поддержки мне точно не обойтись. С нуля, без подъемных, дело в Северореченске начать просто нереально. А на чужого дядю горбатиться желания нет. Да и риск, если разобраться, не слишком велик. Пообщаюсь с людьми, не проблема.

— Могу предложить десять тысяч, — сразу перешел к делу отец Доминик. — И ежемесячные закупки товара на пять тысяч золотом.

— Подъемные устраивают, а вот величину закупок надо бы повысить.

При таком объеме я самое большее десять процентов с общей стоимости товаров иметь буду, а ведь еще накладные расходы неизбежны. С одной стороны, неплохо, но особо не пошикуешь.

— Со временем поднимем, постепенно. Проводить сразу слишком большие объемы товара будет подозрительно. И потом, никто ведь не запрещает тебе искать клиентов на стороне.

— Логично, — кивнул я. — С кем конкретно надо будет повстречаться?

— В прошлом месяце оказалась сорвана одна чрезвычайно важная сделка, о которой информацией располагали всего три человека. Самая тщательная проверка не выявила ни малейших следов утечки информации, поэтому возникла необходимость в вашем, Евгений Максимович, содействии.

— Излагайте, — вздохнул я.

— В первую очередь необходимо будет встретиться с Куренковым Альбертом Ивановичем.

— Заместитель главы представительства Торгового союза в Северореченске? — с трудом припомнил я, где слышал это имя раньше. Как поговаривали, Альберт Иванович был конченым пройдохой, но за руку его поймать еще никому не удавалось. И вот оно как — шпион.

— Он самый.

— Не проблема. Мне в любом случае в представительство Торгового союза по прибытии зайти придется. Там и пообщаемся. Кто еще?

— Роберт Нагаев.

— Это кто такой?

— Хозяин охранной конторы, которая обеспечивает транспортировку товаров в Форт. Они работают не только с Торговым союзом, но и с клиентами со стороны, так что твой визит к нему никого не удивит.

— Ясно. А третий?

— Казанцев Виктор Борисович, — лишь на самую малость замявшись, ответил отец Доминик.

— Мне кажется или вы уверены, что он в этом не замешан?

— Будь он в этом замешан, сработал бы тоньше. Но проверить его все же придется.

— Кто он и где его найти?

— У него достаточно известная в Северореченске оружейная контора. Моховая, дом семь.

— Оружейная контора? — поморщился я. — Это сложнее. Чтобы составить какое-то мнение о человеке, надо с ним пообщаться достаточно продолжительное время, а с оружейником мне и поговорить особо не о чем.

— Не стоит прибедняться, у вас легко найдется тема для разговора, — усмехнулся отец Доминик и жестом фокусника выложил на стол подаренный мне Селиным револьвер. Ну, или другой, похожий на него как две капли воды.

— Откуда? — опешил я и вдруг вспомнил, что оставил "носорог" в кармане дубленки. Но когда они только успели?!

— Ловкость рук и никакого мошенничества, — усмехнулся допивший чай Мстислав.

— Таким образом, — пододвинул ко мне револьвер отец Доминик, — у вас есть замечательный повод заглянуть в оружейный магазин. Скажем, для установки лазерного целеуказателя или покупки патронов. В Северореченске с легкой руки Казанцева "носороги" не являются чем-то необычным, а вам его…

— Подарили, — кивнул я, только сейчас сообразив, зачем понадобился весь этот фарс с подарком на день рожденья. Револьвер — это нечто материальное. Нельзя сделать так, что в натуре он присутствует, но появился словно из воздуха. А так мне и врать не придется, смело могу чистую правду говорить. И это весьма кстати — многие обученные люди ложь ничуть не хуже ясновидящих чувствуют, да и телепат ничего не увидит, кроме заявившегося на день рожденья Селина.

— На редкость удачно получилось, — заулыбался Мстислав.

Я сунул револьвер за пояс.

— Ладно, какую легенду мне использовать?

— Никакой легенды, — покачал головой Доминик. — И как ты будешь добираться до Северореченска, нас тоже совершенно не волнует.

— А деньги?

— Получишь от своего компаньона по производству колючей проволоки.

— Но это же мои деньги! — нахмурился я. Мои деньги, выведенные из оборота по мере закрытия сделок!

— А как по-другому их легализовать? — пожал плечами хозяин кабинета. — Не беспокойся, постепенно мы компенсируем твоему поверенному эту сумму.

— Э нет, — отказался я. — Десять тысяч вы вложите в предприятие Маркова еще до моего отъезда. Иначе никакой сделки не будет.

— Не проблема, — легко согласился на это условие Доминик. — Что-то еще?

— Как будем поддерживать связь?

— Мстислав!

— Да?

— Проводи Евгения Максимовича на выход. За ним приехали.

— А…

— Пойдем, — поднялся из кресла светловолосый крепыш. — По дороге схему обрисую.

— Как скажете. — Я допил чай и направился к двери. — Всего хорошего.

— Да пребудет с тобой свет, — заявил на прощанье отец Доминик и вдруг как-то слишком уж неуверенно поднялся из-за стола. — Можно тебя… на секундочку?

— Да?

— Если ситуация выйдет из-под контроля, скажи Казанцеву… — Глава "Несущих свет" наклонился и очень тихо прошептал на ухо три слова. — Не перепутаешь?

— Нет.

— Идем, — потянул меня за собой Мстислав в коридор.

Я вышел и только потом сообразил, что не удосужился прояснить смысл высказывания о вышедшей из-под контроля ситуации.

Пока спускались на первый этаж, помощник Доминика наскоро обрисовал основные способы поддержания связи, а внизу я с удивлением обнаружил, что совершенно не запомнил обратную дорогу. Будто затмение нашло. И ведь не скажешь по безмятежной физиономии этого белобрысого здоровяка, что он так мозги запутывать горазд. Вот ведь!

Наскоро распрощавшись с вышедшим на крыльцо Мстиславом, я выскочил за ворота и сразу заметил дожидавшегося меня Дениса Селина, который сменил привычный микроавтобус на запряженные парой лошадей сани.

— Слушай, ты чего-то совсем как лох, — пробравшись через сугроб, уселся я на козлы рядом с Денисом. — На бензин денег не хватает?

— Конспирация! — заявил парень, вырядившийся в тулуп, меховую шапку, теплые штаны и зимние ботинки, и махнул вожжами. — Н-но! Пошли, родимые!