Откуда-то неподалеку послышались выстрелы и, памятуя о ЧП, мы немедленно насторожились. Но тревога оказалась напрасной — в небольшом закутке между глухими стенами столовой и арсенала солдаты устроили импровизированное стрельбище и почем зря жгли казенные патроны. То ли тренировались, то ли просто СКС[3] пристреливали.

Вскоре навстречу попались и местные обитатели. Выстроенные в шеренги по четыре человека штрафники в одинаковых ватниках, валенках и ушанках понуро промаршировали куда-то в сторону ворот. Впрочем, у конвоировавших зэков солдат физиономии от счастья тоже не лучились. Замени зимний камуфляж на фуфайки, а карабины на лопаты, и одних от других не отличишь вовсе.

Тут мы подошли к крыльцу штабного здания, и Напалм поспешил избавиться от рюкзака, пристроив его на подметенных от снега ступеньках.

— Ты иди, — кивнул он на дверь. — Мы покурим пока.

— Что?! — возмутилась Вероника.

— Свежим воздухом, говорю, подышим.

— Смотри у меня!

— Долго, поди, ждать придется, — сразу предупредил я.

— Если что, зайдем погреться.

Я взбежал на крыльцо, сдал дежурившим на первом этаже бойцам ружье и спросил, у себя ли заместитель командира Отдельной первой роты Патруля. Тот, по словам караульных, был на месте и никуда вроде уходить не собирался. Решив по такому случаю хоть немного перевести дух, я первым делом посетил туалет, потом наведался в буфет и попросил налить чаю.

А то замерз как не знаю кто, да и мутит уже с голодухи.

Чай оказался бледно-желтой мутной бурдой, и заметивший промелькнувшую у меня на лице гримасу буфетчик предложил плеснуть коньяку.

— Сколько? — поинтересовался я, грея ладони о горячее стекло.

Буфетчик назвал цену.

— Сколько?! — У меня чуть стакан от удивления из озябших пальцев не выскользнул.

Он повторил.

— А чего так дорого?

— Комендант кислород перекрыл, — объяснил жуликоватой наружности парень. Ну да если в буфете окопался, жулик он и есть. — Устроил сухой закон. С целью поддержания дисциплины.

— И что, никак? — потер я большим пальцем об указательный и средний.

— Караульные на пропускном пункте из комендантского взвода, с ними договариваться себе дороже выйдет.

— Есть интерес в поиске альтернативных поставщиков? — заинтересовался я.

— Водку не надо. От нее и навар никакой, и люди дуреют. А вот коньяк или виски для офицерского состава брал бы на постоянной основе. Но с доставкой до буфета, сам понимаешь.

— Посмотрю, что можно сделать.

Я допил чай и отправился на второй этаж. И пусть эта халтурка на тот самый шанс, который выпадает только раз, никак не тянет, но лишняя копеечка никому еще не помешала. С доставкой алкоголя в лагерь, думаю, особых проблем не возникнет, надо только дело правильно организовать. Правда, придется делиться. Ну да мы за сверхприбылями и не гонимся…

— Разрешите? — Я легонько постучал по косяку распахнутой настежь двери и заглянул в кабинет.

Еще бы дверь открытой не была! Так накурено, что хоть стой, хоть падай. И перегаром явственно попахивает.

— Чего надо? — обернулся ко мне дымивший папиросой парень. Невысокий, но крепкий. На петлицах по три квадрата. А цвет лица нездорово-землистый. Курить бы ему поменьше. Да и алкоголем не злоупотреблять. На крайний случай не всякую бормотуху глушить, а что-нибудь покачественней, с не столь высоким содержанием сивушных масел.

— Дружина, юго-западный околоток, — предъявил я удостоверение. — Хотелось бы с Бородулиным Виктором Петровичем побеседовать.

— Во, блин! — фыркнул старший лейтенант. — Мне тоже.

— В смысле?

— Пропали они, вся бригада. И отделение охраны.

— Твою ж мать! — Я без приглашения уселся на стул и с трудом поборол желание стрельнуть у хозяина кабинета папироску. — Когда?

— Вчера с выезда не вернулись.

— Может, еще найдутся?

— Они по графику засветло приехать должны были, так что надежды на это мало. Я с утра пару мобильных групп на поиски отправил, пока тишина.

— А дальше что делать планируете?

— Дождемся возвращения поисковиков, тогда и видно будет.

И как быть? Сидеть в лагере и, надеясь на чудо, ждать у моря погоды? Или отправиться на поиски самостоятельно? Но если уж отделение солдат сгинуло, шансы добиться успеха втроем, прямо скажем, невелики.

Ситуация! И лезть на промзону не хочется совершенно, и от Семёры меня никто задаром прикрывать не станет. Более того, как только перестану быть полезным, вмиг ненужной обузой стану. И обузой опасной. А что у нас случается с людьми, которые слишком много знают? Правильно, иногда они по лету оттаивают. А иногда и с концами пропадают. Вот ведь!

— Людей и транспорт выделите? — озадачил я собеседника.

— Собираетесь искать сами?! — ошарашенно уставился на меня старший лейтенант. — А смысл?

— Есть вероятность, что я сумею отыскать пропавших. Дар у меня такой.

— Неужели этот Бородулин вам так необходим?

Удивлению патрульного не было предела. Чтобы дознаватель из Форта по собственной инициативе на промзону полез? Из-за какого-то пропавшего командированного? С его точки зрения, полный бред. Сюрреализм практически.

— Вот он как мне нужен! — Ничуть не кривя душой, я провел ребром ладони по шее и ничего больше объяснять не стал. — Со мной двое дружинников, хотя бы проводника дайте.

— Если подождете пару часов, можете отправиться со следующей мобильной группой. Глядишь, уже и зацепки появятся, — надолго задумавшись, принял решение парень. — Как вам такое предложение?

— Идет. — Пусть несколько часов потеряем, зато и проводники будут, и охрана. Может, и проехать часть пути получится. Все не на своих двоих пилить. — Где нам подождать?

— Располагайтесь пока в холле, я распоряжусь насчет завтрака.

— Благодарю. Тогда я на вас рассчитываю.

— Часа через два подходите…

— Хорошо.

На ходу застегивая куртку, я спустился на первый этаж и забрал у караульных оружие. Потом натянул шапку и вышел на крыльцо.

— Ну? — сразу подскочил ко мне Напалм. — Отдадут нам Бородулина?

— Отдадут, куда они денутся? Конечно, отдадут. Когда найдут. Его бригада вчера с выезда не вернулась.

— То-то, я смотрю, солдатики как тараканы ошалелые бегают, — кивнула Вероника. — Собираются местность прочесывать?

— Две группы уже на выезде. Еще одна через пару часов выдвинется. Мы с ними поедем.

— Евгений, ты сможешь его отыскать? — поинтересовалась девушка.

— Постараюсь, — вздохнул я. — Главное, чтобы он еще живой был.

— Да уж, мертвый он никому не нужен, — передернул плечами пиромант и шмыгнул носом. — Нас хоть покормят?

— Замкомроты обещал распорядиться.

— Идем в столовую?

— Нет, здесь буфет есть. Пошли, покажу.

Буфетчик выделил нам по стакану чаю и паре бутербродов с какого-то подозрительного вида колбасой, и, наскоро заморив червячка, я вернулся в холл. Развалился на диване в попытке задремать, но вскоре заявился пиромант с подругой и пришлось потесниться. Какое-то время я еще поклевал носом, потом плюнул на все и направился на выход.

— Евгений, вы куда? — забеспокоилась Вера.

— На стрельбище схожу, — похлопал я ладонью по кобуре, решив последовать совету Смирнова и пристрелять пистолет. А то мало ли как на промзоне ситуация сложится. Лучше уж попасть и потом откат словить, чем промазать и концы отдать. Стрелок из меня, конечно, аховый, но хоть к оружию привыкну.

— С тобой сходить?

— Да нет, я быстро. Не думаю, что проблемы будут.

Получить разрешение пострелять и в самом деле проблем не составило. Солдаты как раз убирали карабины в оружейную комнату, а заведовавший стрельбищем сержант без лишних вопросов выделил мишень и даже не поленился собственноручно ее закрепить.

— Не отстрели себе ничего только, — выдав такое нехитрое напутствие, отправился он по делам.

— Постараюсь, — хмыкнул я и вытащил из кобуры пистолет.