— Логично.

С одной стороны раскачивался под порывами ветра рыжий камыш, с другой шелестели пожухлой синеватой листвой деревья; я внимательно оглядел их и двинулся к возвышавшемуся неподалеку пригорку. Поднялся на него, присел и окинул внимательным взглядом открывшийся с возвышенности вид, жалея о том, что не прихватил с собой бинокль.

Впрочем, покосившуюся опору ЛЭП с обрывками проводов увидел и так.

Ориентир.

— Далеко еще?

— Почти на месте, — ответил я и попросил Веру: — Прикрывай.

Мы с пиромантом спустились с пригорка, и под ногами вновь захлюпала вода.

— Опять круги будем нарезать? — спросил Напалм.

Я прикрыл глаза и ничего не ответил. Возникло странное ощущение, будто стою… Нет! Не стою даже, а словно шарик качусь по краю воронки, с каждым оборотом все сильнее и сильнее смещаясь к ее центру. Призрачный крючочек подцепил и потянул, но я отбросил его, открыл глаза и внимательно осмотрелся.

Мало ли какая тварь ментальный блок пробила и в логово к себе заманивает?

Перехватив "сайгу", я вновь потянулся к призрачной путеводной нити и двинулся дальше, ориентируясь уже на нее. Какое-то время Напалм шагал рядом молча, а потом не выдержал и возмутился:

— Блин! Не пробовал по прямой ходить?

Я остановился и только тогда сообразил, что кружение по краю воронки в моей голове никуда не делось и мы нарезали по полю замысловатые кривые.

— Сейчас! Сейчас.

Несколько секунд я смотрел в небо, дождался возвращения головокружения и вновь двинулся вперед, но уже контролируя каждый свой шаг. Очень скоро опора ЛЭП осталась за спиной, и мы с Напалмом вышли к небольшой заводи, сплошь заросшей камышом.

Ага, вот и энергетическая линия сюда свернула…

— Слишком близко подошли к болоту, — сообщила Вера по рации. — Если кинутся, прикрыть не успею.

Кинуться могли запросто — стебли камыша время от времени начинали гулять вразнобой с порывами дувшего с юга ветра.

— Напалм, — обратился я к пироманту. — Жги!

Дважды просить не пришлось: парень стянул перчатку и вытянул перед собой руку. Воздух вокруг пальцев засветился, запахло разогретой кожей и дымом, а потом посреди камыша вспыхнула и начала расширяться огненная воронка.

Пух! И к небу вновь поднялся дымный гриб, а на мутной воде заколыхался серый пепел. От камышей не осталось и следа.

— Круто! — восхитился я.

— А ты думал! — самодовольно ухмыльнулся Напалм, поднес к губам указательный палец и дохнул на него, словно сдул поднимавшийся от ствола дымок.

— Но есть небольшая недоработка, — добавил я, наблюдая за тем, как пленка на поверхности воды колышется, словно там кружат встревоженные пожаром монстры. — Надо эту лужу вскипятить!

— Издеваешься? — охнул пиромант. — Я ж надорвусь!

— Вообще никак?

— Никак.

Я закусил губу, поскольку не сомневался, что окно расположено где-то неподалеку от берега, но полной уверенности в этом все же не испытывал. А соваться в воду — дураков нет.

Тогда я вытащил из кармашка разгрузки стеклянный шар с зажигательным алхимическим зарядом и задумчиво взвесил его в руке.

Попробовать?

А почему бы нет?

Приложив большой палец к вплавленному в стекло детонатору, я зашвырнул шар в воду, и тот ушел на дно без единого всплеска. Несколько секунд ничего не происходило, а потом вверх взметнулся фонтан кипятка. Рукотворный гейзер бил всего пару секунд, затем струя опала, но вода долго еще бурлила, и заводь затянуло паром.

Честно говоря, я рассчитывал на взрыв, а так ни оглушить подводных хищников, ни сварить их не получилось.

Напалм рассмеялся.

— Ну ты, в натуре, Балда! — Он перехватил мой недобрый взгляд и пояснил: — Балда тоже чертей в болоте чморил. Пушкин же!

Я поморщился и утопил кнопку связи, решив вызвать на место Сестер Холода.

Может, что-то посоветуют.

Ведьмы они или кто?

Валькирий мы встретили у поваленной березы. Протянув руку, я помог пройти по стволу Яне, а вот Лика прекрасно справилась сама. Даже не покачнулась.

— Спортивная гимнастика! — с улыбкой бросила худосочная брюнетка, грациозно, насколько это вообще возможно, спрыгивая в грязь.

Яна посмотрела на нее с определенной долей зависти.

На берегу ведьмы оглядели серую из-за пепла заводь и уставились на меня.

— Окно точно там? — с неприкрытым сомнением спросила Лика.

— Первый раз верное место указал, так? — напомнил я. — Но в воду не полезу.

— И не придется, — успокоила меня Яна.

Ведьма бесстрашно приблизилась к заводи, опустилась на корточки и сунула ладони в воду. У берега немедленно образовался тонкий ледок.

Повеяло холодом, и я невольно поежился.

В воздухе заклубился туман, разошелся над водой, и вслед за ним начала расширяться ледяная корка. Заводь застывала буквально на глазах.

Когда я приблизился к ведьме и заглянул ей через плечо, слой льда успел достичь десяти сантиметров в толщину.

— Вперед, Сусанин! — скомандовала Яна, выпрямляясь. Девичьи пальцы оказались покрыты застывшей водой, но ведьму это нисколько не обеспокоило. Она стиснула кулаки, и прозрачное крошево осыпалось на землю.

Я немного поколебался, но все же ступил на лед и двинулся к месту предполагаемого окна. Сапоги скользили и разъезжались, приходилось прилагать массу усилий, чтобы не упасть. Но куда больше беспокоило не это, а колыхания под ногами мутной воды. От ее беспокойных обитателей меня отделяла лишь толщь льда.

Неожиданно льдина дрогнула, словно кто-то толкнулся в нее снизу, и я замер на месте, направив под ноги ствол "сайги".

Черт! Да для меня сейчас выстрел смерти подобен!

— Не теряй время! — крикнула Яна.

Я на миг прикрыл глаза, ощутил призрачное давление и машинально сместился на четыре шага в сторону. И вновь — то самое ощущение, будто небо на плечи навалилось.

Словно по темечку гигантской киянкой тюкнули, вбивая в землю! Лед подо мной так и затрещал!

И треск вовсе не послышался, льдину и в самом деле прочертила длинная трещина!

Я поставил под ноги патрон и поспешно отбежал к берегу.

— Там! — указал валькириям нужное место.

Яна с Ликой переглянулись и вышли на льдину. Как и в прошлый раз, брюнетка взяла ритуал на себя, требуя от напарницы только лишь делиться с ней энергией. Когда очередной деревянный накопитель рассыпался в прах, я выскочил на лед, ухватил покачнувшуюся Яну под руку и вывел на берег.

Лика с места не сдвинулась и осталась завершить ритуал. Растекшийся над заводью туман замерцал и начал складываться в непонятные фигуры, но те уже через один-два удара сердца развеивались, будто не колдовские иллюзии, а обычный табачный дым.

Холодом веяло все сильнее и сильнее, и невольно я попятился. Пиромант застучал зубами и отступил еще дальше.

— Ух, — шумно выдохнул он, — так яйца застынут, буду ходить — позвякивать!

— Подштанники надевай, — посоветовал я.

Но тут Лика наконец завершила свою волшбу и сошла с льдины на берег.

— Дело сделано! — объявила она.

К нашему возвращению лагерь полностью преобразился. Между грузовиком и деревьями натянули брезентовый навес, рядом разбили четырехместную палатку. Огонь развели в железной бочке с прорезями по бокам, сверху на нее водрузили объемную кастрюлю.

Лика направилась прямиком к ней, подняла крышку, зачерпнула ложкой варево, попробовала и добавила специй.

— Ужин будет через десять минут! — объявила она.

Под навесом на бечевке сохли пучки каких-то трав; Напалм растер пальцами один из листочков и спросил:

— Конопля, что ли?

— Слишком рано для конопли, неуч, — вдохнул я, стягивая с ног грязные сапоги.

Ведьмы не теряли времени даром и насобирали целебных трав, поэтому случись заглянуть на огонек патрульным, будет что ответить о цели вылазки на природу.

Оставив сапоги на улице, я забрался в кузов, поменял грязные карго-штаны на чистые спортивные, надел новые носки и натянул сухие ботинки.