— Загадками говоришь, Скользкий, ох загадками…

Несмотря на затрапезную внешность, простаком Смирнов отнюдь не был, поэтому играть с ним в игры я не стал и убрал штырь обратно в карман куртки.

— Расслабься! Я на такое не подписывался.

Но Петрович лишь покачал головой.

— Ну и жук ты, Лед! — усмехнулся он. — Ты не подписывался. Но кто-то тебя подписать хотел, так? Кому-то хочется знать нечто, что знаю я. Очень хочется. И моралью этот некто не обременен. Ты же напрямую говоришь: лучше договорись со мной, белым и пушистым, иначе придет злой и голодный серый волк.

Я кивнул:

— Приятно иметь дело с умным человеком.

— И раз ко мне не пришли и не спросили, значит, эти знания из разряда тех, которыми я делиться не хочу и не могу. Но ты все же здесь. Выходит, дело не касается безопасности Форта. И наших общих знакомых не касается тоже…

Я буквально слышал скрип, с которым крутились ролики в голове Смирнова, а потом он откинулся на спинку и забарабанил пальцами по краю столешницы.

— Старый дурак! — выругался Петрович. — Скука его замучила! Развлечься захотелось! Знал же, что проблемы будут!

— Тихо сам с собою я веду беседу? — пошутил я.

Смирнов сграбастал бокал и указал на дверь.

— Пойдем воздухом подышим.

Я взял пиво и первым вышел на крыльцо. Петрович последовал за мной, приложился к запотевшему бокалу, затем крякнул от удовольствия и вытер губы тыльной стороной ладони.

— Я не могу, Лед. Просто не могу.

— Не хочешь спросить, что именно от тебя хотят узнать? — хмыкнул я, сделав глоток холодного светлого пива.

— Да все и так ясно! — отмахнулся Смирнов, хмуро глянул на меня и вдохнул. — Ладно, Лед, что тебе от меня надо?

— Карта, Билли! Нам нужна карта! — не отказал я себе в удовольствии процитировать известную книгу.

— Вот! — немедленно ткнул в меня пальцем Петрович. — Я так и знал!

— И?

— Не могу. Подписку о неразглашении давал.

— Ну да, — фыркнул я. — Подписка — это святое.

— Ну тебя, Скользкий! Не могу, сказал. И точка.

Я отпил пива, огляделся по сторонам и уточнил:

— А если мне не нужна вся карта? А только ма-а-аленький ее кусочек. Очень маленький и никому сто лет не нужный.

Смирнов покачал головой:

— Нет, Лед, и не уговаривай.

Я рассмеялся:

— Петрович, ты ведь не только подписку о неразглашении давал. У тебя и другая подписка имеется. Сечешь?

— Продолжай, — потребовал Смирнов, наморщив высокий лоб.

— Я прихожу к тебе, и прихожу не сам по себе. Меня кто-то направил. И этот кто-то уже знает о карте. Крупный игрок. Игроку интересен кусок карты. Эта важная информация? Важная, не спорь. По уму, тебе надо сообщить об этом Доминику. Но вот незадача, ты не знаешь, из-за какого именно куска весь этот ажиотаж. И только я могу рассказать тебе о нем.

— Ты меня разводишь!

— Пф! — фыркнул я. — Я просто не оставляю тебе выбора! Это же очевидно!

Петрович отвернулся и какое-то время молча пил пиво.

— Это важная информация, — согласился он. — Но у меня нет карты. И отнюдь не фотографическая память. Если ты скажешь, какой квадрат тебя интересует…

— Брось, Петрович, — не поддался я на эту уловку. — Какая, на хрен, скука? Какая плохая память? Ты ж ее сразу Доминику слил. И я буду не я, если копию себе не оставил.

Смирнов насупился:

— Ты обо мне плохо думаешь.

— Наоборот. Петрович, ты же сама предусмотрительность!

Заместитель начальника арсенала глянул на меня в ответ с хитрым прищуром.

— А ты, получается, с белым флагом пришел? Ау, Доминик! Я тут немного суечусь, не обращай внимания. Вот, даже планы раскрыть готов!

Я рассмеялся:

— В точку! Доминик рано или поздно об этом невинном предприятии узнает. Не хочется, чтобы сгоряча неправильные выводы сделал.

— Сколько еще уровней в твоем предложении я не считал?

— Один.

— А! — прищелкнул пальцами Смирнов. — Что с этого перепадет мне? Правильно?

— В долю не позову — ибо подписка. Но пятьсот рублей — вполне себе нормальная плата за беспокойство. С учетом всех остальных моментов, разве нет?

— Пятьсот рублей серебром?

— Мне не нужна вся карта. Только ма-а-аленький кусочек. Пятьсот рублей золотом.

— Мало.

— Семьсот.

— Нет.

— Девятьсот.

В преферанс Смирнов играл просто виртуозно, не брезговал и покером, поэтому блеф видел за версту.

— Все мы заложники круглых чисел, — протянул он руку. — У тебя там тысяча, так?

Я вытащил из кармана кошель и сунул его в ладонь собеседника.

— Что с картой?

— Ма-а-аленьким кусочком карты, — передразнил меня Петрович. — Сейчас куртку возьму, и поедем.

— Только через черный ход не сбеги! — рассмеялся я. — Стой! Бокал отнеси.

Смирнов скрылся в баре, но почти сразу вышел обратно с курткой. Надевать он ее не стал, просто бросил на заднее сиденье автомобиля.

— Не платил, что ли? — удивился я.

— Кредит открыт, — ответил Петрович, забираясь за руль. — Ну че встал? Поехали, давай! У меня рабочий день, так-то!

Ехать пришлось недалеко — до отделения "Центрального городского банка", в подвале которого располагалось хранилище с депозитными ячейками.

— Серьезно к делу подошел, — усмехнулся я.

— Тебя внутрь не пустят. Да и лишнее это, — предупредил Петрович, дотянулся до кожаного планшета на заднем сиденье и вытащил из него карту Приграничья. — Ладно, говори, какие квадраты интересны.

Карта на листе миллиметровки оказалась для служебного пользования, очень подробной и с множеством непонятных схематических обозначений. Я отыскал пропускной пункт на Северореченск и повел от него пальцем вдоль южной границы.

— Отсюда и досюда.

— Лед, это крайне непорядочно с твоей стороны, — с недовольным видом заметил Смирнов. — Мы договаривались на один участок. Один. А ты пытаешься меня надуть. Что конкретно тебя интересует?

— Несколько мест на указанном мной одном участке карты, — ответил я. — И мне понадобится твоя помощь, чтобы их локализовать.

— Даже так?

— Ну ты же не за красивые глаза деньги получил, правильно?

— Тебе их вернуть? Доминику мне уже есть что рассказать.

— Да ни хрена у тебя нет, Петрович. Тащи карту! — потребовал я.

— Карту не вынесу, называй точные места! — отказался Смирнов.

— Это ты мне их назовешь. В общем, смотри, Петрович. Кто-то считает, что с помощью карты можно вычислить приблизительные места расположения стабильных окон на ту сторону. Это так?

Смирнов пожевал нижнюю губу, потом кивнул:

— Там должен идти определенный отток энергии на периодической основе. Да, высчитать это можно.

— Нужны координаты окон на указанном мной отрезке. Сделаешь?

— Примерные координаты высчитать можно, — подтвердил Петрович, — но это будут примерные координаты. Думаю, участок получится километр на километр, а то и больше. И на это потребуется время.

— Сколько?

— Не знаю. Может, до вечера придется посидеть, — неуверенно ответил Смирнов. — А ты что же, решил импортом-экспортом заняться?

— Вроде того, — кивнул я. — Никакого криминала в этом нет, ведь так?

— Не ко мне вопрос.

— Так сделаешь?

Смирнов пожал плечами:

— Сделаю, раз обещал. Здесь будешь ждать?

— До вечера? Сможешь координаты скинуть на чарофон? Заодно и светиться вместе не будем. Только координаты дай по служебной карте Патруля, хорошо?

— Диктуй номер.

Я назвал Петровичу номер своего нынешнего чарофона и распахнул дверцу, намереваясь покинуть машину.

— Даже не спросишь, можно ли мне доверять? — произнес вдруг Смирнов.

— Не доверял бы — даже разговаривать не стал бы. Сразу бы башку пробил, — отшутился я, выбрался из салона прямиком в лужу, ладно хоть неглубокую, и зашагал по тротуару.

Полной уверенности в Смирнове у меня, разумеется, не было и быть не могло, но в любом случае никакого иного способа раздобыть заветные координаты на ум не приходило. Чего точно я не собирался делать — так это за них убивать.