— А вот это обидно было, — сказал я, усаживаясь за стол.

Гельман немедленно нацелил на меня указательный палец.

— Вот надо было в свое время денег на твое лечение не выделять.

— Так и не выделяли.

— Надо было вообще лечить запретить!

Шурик разлил из кувшина остатки пива и фыркнул:

— Да ладно, Артем. Тебя-то он когда достать успел?

Гельман махнул рукой, пригубил пива и сразу отставил кружку на стол.

— Ермолов, ты чего задумал? У нас вполне конкретная договоренность была!

— Все в силе. Просто новая схема нарисовалась.

— Да? — прищурился заместитель начальника Патруля. — А грохнуть тебя вчера за какую схему хотели? За старую? Или за новую? Ты смотри, мне от дружбы с покойником выгоды никакой.

Шурик набычился, с хмурым видом произнес:

— Следствие продолжается. — И перебил уже открывшего рот собеседника: — И если что-то случится со мной, Тополев останется в деле.

— Тополев-то останется! — всплеснул руками Гельман. — Да только даром он мне не сдался! От погранслужбы кто дела двигать будет? Юрченко или Лебедев? Кто из них? Никто?

— Это решаемо, — спокойно ответил Шурик, хоть обычно крыл своих новых заместителей, тех самых Юрченко и Лебедева, не выбирая выражений.

Гельман пригладил ладонью взъерошенные волосы и многозначительно произнес:

— Ты уж потрудись не покидать нас, пока замену не подберешь.

— Да уж постараюсь!

Я понятия не имел, о каких делах они ведут разговор, поэтому молча пил пиво.

— Ладно, Александр, — вздохнул Гельман. — Что у вас еще?

Ермолов нервно выбил пальцами по столу короткую дробь, но сразу взял себя в руки и в общих словах изложил поступившее от ведьмы предложение. Гельман заинтересовался, хоть виду постарался и не подать.

— Поправь меня, если ошибаюсь, — задумчиво произнес Артем, — Лига дает нам координаты окон, погранслужба тормозит северореченских на границе, а Патруль осуществляет силовое прикрытие. Знаешь, семнадцать процентов не кажется мне справедливым распределением доходов…

Шурик отпил пива и, не скрывая злорадства, заявил:

— Все несколько не так, Артем. Если бы я нуждался исключительно в силовой поддержке Патруля, то попросил бы об одолжении твоего шефа. Стас в такой малости не откажет.

Гельман при этих словах покривился и скептически хмыкнул:

— Ну да, ну да.

— Видишь ли, Артем, — продолжил Ермолов, — идея состоит в том, чтобы Патруль и погранслужба действовали строго в рамках своих полномочий. Слишком много там новых людей, чтобы удалось сохранить все в тайне.

— То есть отсекать северореченских на границе будут исключительно по формальным причинам. А если они вдруг просочатся и устроят проблемы, последует официальное обращение в Патруль?

— Именно. Плюс ведьмы закроют окна для чужих.

Я слышал об этом первый раз и остро глянул на Ермолова, но тот тему развивать не стал.

— Зачем тогда я? — прищурился Гельман.

— Кто-то же должен смазывать механизм, чтобы все работало как часы.

— Возможно… — Теперь уже Артем забарабанил пальцами по краю столешницы и вдруг указал на меня: — Какая роль отводится Льду?

— Ключевая, — усмехнулся Ермолов. — На нем поиск окон. Дальнейшего его участия в делах не предполагается.

— Ну не знаю…

— Это еще не все. Если на рынок выйдет новый поставщик, это вызовет ненужные вопросы. Опять же понадобится транспорт…

— О-о-о! — протянул Гельман. — Так вам нужна моя транспортная контора!

Неожиданно у меня по спине пробежался холодок, словно льдинку за воротник запустили, я вскинул руку и потребовал:

— Тише!

Ермолов и Гельман замерли, а я поднялся из-за стола и глянул на потолок. Откуда-то сверху пробивались стылые отголоски ведьмовских чар.

— Что такое? — прошептал Шурик.

Ощущение магического присутствия пропало столь же быстро, как и появилось; я передернул плечами, вновь уселся на табурет и сообщил:

— Кто-то неподалеку колдовал.

— Детектор ничего не показал, — постучал пальцем Гельман по прибору перед собой.

— Значит, не по нашу душу, — усмехнулся Ермолов и продолжил: — По документам товары, как и раньше, будут идти из Северореченска. Бумаги с отметками о прохождении таможенного контроля я обеспечу. Ты из своей доли трафика обеспечиваешь отчисления в фонды погранслужбы и Патруля и решаешь текущие вопросы. Фактически будешь оператором проекта. Взамен мы загружаем заказами твое транспортное предприятие.

— Придется создать контору-прокладку и заводить весь импорт на нее, — решил Гельман.

— Возможно, даже не одну, — кивнул Ермолов.

— Какой ожидается объем товарооборота?

— Проверим пропускную способность окон, станет ясно. В любом случае, пока от тебя никаких вложений не требуется. Так что скажешь?

— Предварительно я в деле, — подтвердил Артем Гельман. — Но все будет зависеть от оценки трафика. По рукам?

— По рукам!

Заместитель командира Патруля попрощался с нами и поднялся из подвала, а мы с Шуриком остались допить пиво.

— Ну и как тебе? — спросил под конец Ермолов, отряхивая с рук крошки сухариков.

Я пожал плечами.

— Пиво и пиво. Я больше по темному, ты же знаешь.

— Будет и темное, — усмехнулся Шурик, поднимаясь из-за стола. — Все будет.

Я закинул на плечо ремень "вепря" и спросил:

— А кондукторы у нас есть вообще?

Шурик потер подбородок и поморщился, но уходить от неудобного вопроса не стал.

— Есть у меня на примете один человечек, — сообщил он. — Думаю, сработаемся.

— Один? — опешил я. — Серьезно? На полтора десятка окон?

Ермолов отмахнулся.

— Давай вопросы поэтапно решать. Этот человек знает других людей, они третьих. Но сначала надо определиться с количеством окон. Яна обещала чужих кондукторов отсечь, так что с этим проблем не будет.

— Что еще она тебе обещала?

— Лед, завязывай!

— А мне-то что? Я в тень уйду и буду купоны стричь, правильно?

— Слушай, не придирайся к словам, а? — попросил Ермолов, сунул сканер в карман куртки и распахнул дверь. — Я сейчас на службу, в обед надо будет встретиться с ведьмой и подтвердить договоренность. Ты со мной?

— А куда я денусь?

— Вот и отлично, там по твоей части могут вопросы возникнуть. По карте, и все такое прочее…

Я только вздохнул. До этапа стрижки купонов еще предстояло сыграть в увлекательную игру — пойди туда, не знаю куда, и принеси то, не знаю что. Ну и остаться в живых тоже лишним не будет…

Чарофон молчал. Шурик не отписался ни за полчаса до встречи с Яной, ни за десять минут до нее. Подошло назначенное время — и вновь тишина.

Я нервничал все больше и больше.

У меня и в мыслях не было, что Ермолов решил встретиться с ведьмой в одиночку; скорее уж стряслось нечто из ряда вон.

Форс-мажор.

И форс-мажор этот, с учетом недавней стрельбы, запросто мог обернуться заездом моего приятеля в крематорий.

Я обреченно выругался и зашагал от Китая вниз по Терешковой к "дому с балконами", как именовалась в народе штаб-квартира погранслужбы. На основную базу Ермолов выбирался от случая к случаю, предпочитая не покидать Форт без особой необходимости.

Проходя мимо блошиного рынка, я намеренно замедлил шаг и прислушался к разговорам, но не услышал ничего интересного, только лишь вялое переругивание продавцов и покупателей. На перекрестке лузгала семечки парочка дружинников, на усиленный режим несения службы это нисколько не походило.

А в случае покушения на главу погранслужбы усиления было не избежать; вчера окрестности "Весны" шерстили — будь здоров.

Так что опять непонятно.

Я даже достал из кармана чарофон, но в последний момент решил еще немного подождать и набирать Ермолова передумал. Сунул руки в карманы, ссутулился и зашагал по едва просохшему тротуару к перекрестку с Южным бульваром, где и располагалась штаб-квартира пограничников.

Неладное заметил еще на подходе к "дому с балконами"; у главного входа замерли на тротуаре две "газели" традиционной для Дружины расцветки — белые с синей полосой вдоль борта. Там же прохаживались несколько бойцов в полной боевой выкладке и автоматами на изготовку. Все в шлемах, лица закрыты балаклавами.