— Две крови, — повторила я. — Два Ткача.

— Да, — Кай посмотрел на меня, и в его глазах была мольба. — Я не знаю, что это значит. Но я знаю, что Корвус опасен. Опаснее, чем принц. Опаснее, чем вся Империя. И если он получит то, что хочет...

В коридоре послышались шаги. Много шагов. Гвардейцы. Кай побледнел.

— Уходи! — прошептал он. — Быстро! Если тебя здесь найдут...

Я не стала спорить. Я метнулась к двери в гардеробную, но прежде чем исчезнуть, обернулась.

— Я вернусь, — пообещала я. — Я найду способ освободить тебя. Обещаю.

Кай ничего не ответил. Он только посмотрел на меня своими разноцветными глазами, и в этом взгляде я прочитала целую гамму чувств — надежду, недоверие, страх и отчаянную, почти угасшую веру в то, что свобода возможна.

Я скользнула в потайной ход и закрыла за собой дверь как раз в тот момент, когда в спальню вошли гвардейцы.

Возвращаясь по тёмным коридорам в свои апартаменты, я думала о том, что только что узнала. Кай Ар-Дарейн. Молодой человек, потерявший всё. Ткач, порабощённый империей. И ключ — или одна из частей ключа — к загадке, которую пытался разгадать Корвус.

«Две крови создадут новую нить». Что это значило? Что Корвус планировал использовать нас обоих для какого-то ритуала? Или наша встреча сама по себе была частью пророчества, о котором я ещё не знала?

Я вышла из потайного хода в безлюдном коридоре восточного крыла и прислонилась к стене. Сердце бешено колотилось. Пальцы дрожали, сжимая обсидиановую катушку, которую дал мне Элрик. Она была пуста. Но скоро, очень скоро она должна была наполниться.

Потому что я собиралась спрясть нить, способную разорвать Узы Подчинения. И для этого мне нужно было сделать невозможное — подобраться к Каю настолько близко, чтобы распутать его оковы, не убив его при этом и не будучи замеченной принцем Кайреном и его гвардейцами.

Святой Арейн, дай мне сил, терпения и удачи. Много удачи.

Ночь после встречи с Каем я провела без сна. Сидела в своей гостиной, закутавшись в плед, смотрела на догорающие угли в камине и прокручивала в голове каждое его слово, каждый жест, каждую вспышку эмоций, которую я уловила в его нитях. Разноцветные глаза. Дрожащий голос. Серебряные браслеты, впивающиеся в запястья. И этот взгляд — полный отчаяния и робкой, почти угасшей надежды.

Он был мной. Той версией меня, которой я могла бы стать, если бы не встретила на своём пути Элрика, Риона, Сандра, Рикки. Если бы меня нашли не друзья, а враги. Если бы моя сила была обнаружена Империей, а не королём Ривании. Мы были двумя сторонами одной монеты. Двумя нитями в одном полотне. И теперь Корвус хотел сплести нас вместе для какого-то тёмного ритуала, о котором я ничего не знала.

Когда первые лучи солнца пробились сквозь шторы, я приняла решение. Нужно было действовать — и действовать быстро. Но не безрассудно, как год назад, когда я в одиночку бросилась в заброшенную оранжерею. Теперь у меня были союзники. И информация, которой следовало поделиться.

Я оделась и отправилась в лавку Элрика. Утро было прохладным, с реки дул сырой ветер, но я почти не замечала этого. Мои мысли были заняты Каем, Узами Подчинения и загадочным пророчеством о «двух кровях». Я шла быстро, почти бежала, и прохожие на улицах провожали меня удивлёнными взглядами — должно быть, придворный артефактор, несущийся по городу пешком, без экипажа и сопровождения, был зрелищем необычным.

Лавка встретила меня привычным полумраком. Элрик уже не спал — он сидел за верстаком и что-то мастерил, подсвечивая себе магическим кристаллом. Рядом с ним, на табуретке, сидел Сандр. Он обернулся на звук открывшейся двери и тут же вскочил.

— Лесс! — в его голосе прозвучало облегчение. — Я волновался. Ты не вернулась в апартаменты после ужина, и никто не знал, где ты. Рион сказал, что ты отправилась на какую-то тайную миссию, но не объяснил, на какую.

— Рион правильно сделал, что не объяснил, — я вошла и плотно закрыла за собой дверь. — Чем меньше людей знают о том, что я делала этой ночью, тем лучше. Но вам я расскажу всё.

Я села на свой привычный сундук и рассказала им о встрече с Каем. О том, как он выглядел. О том, что он рассказал о своём прошлом. Об Узах Подчинения и ключе, который носит на груди принц Кайрен. О Корвусе и его загадочных словах про «две крови» и «новую нить».

Когда я закончила, в лавке повисла тишина. Элрик отложил инструменты и задумчиво пожевал губу. Сандр смотрел на меня с тревогой и сочувствием.

— Значит, он такой же, как ты, — тихо сказал он. — Только ему повезло меньше.

— Гораздо меньше, — подтвердила я. — У меня был выбор. У меня были вы. А у него — только принц, который называет его «Имперским Артефактом», и браслеты, которые не дают ему даже думать о свободе.

— Ты хочешь освободить его, — это был не вопрос, а утверждение. Элрик смотрел на меня с тем же выражением, что и перед Лабиринтом, — смесью одобрения и тревоги.

— Да. Но я не знаю как. Если я попытаюсь снять Узы без ключа, они убьют его. Если я попытаюсь украсть ключ у принца, это будет расценено как акт агрессии против Империи и может спровоцировать войну. Если я ничего не сделаю, после Турнира его увезут обратно в Империю, и я больше никогда его не увижу. А Корвус тем временем продолжит плести свои интриги.

— Значит, нужно найти способ снять Узы без ключа и без риска для жизни Кая, — подытожил Сандр.

— Именно. Элрик, ты говорил, что Узы Подчинения — древняя техника. Ты знаешь, как они работают? Как их можно обойти?

Старик вздохнул и отодвинул в сторону свой верстак.

— Я знаю только теорию, — признался он. — Узы Подчинения были созданы во времена Морвейн, когда Ткачи воевали друг с другом. Это была попытка контролировать тех, кто обладал слишком большой силой. Узы привязываются к основной нити Ткача и блокируют его связь с Пряжей, перенаправляя контроль к хозяину. Ключ — это якорь, который удерживает Узы на месте. Если убрать ключ, Узы распадутся.

— А если нет ключа?

— Теоретически, — Элрик потёр подбородок, — другой Ткач может распутать Узы вручную. Но это требует ювелирной точности. Одно неверное движение — и нить Ткача будет разорвана. А разрыв основной нити — это смерть. Мгновенная и необратимая.

— Значит, мне нужно не просто распутать Узы, — медленно проговорила я. — Мне нужно распутать их так, чтобы не повредить нить Кая. И сделать это незаметно для принца.

— Совершенно верно. И есть ещё одна проблема, — Элрик подался вперёд. — Даже если ты справишься, принц Кайрен узнает об этом в тот же момент. Узы связаны с ним, и их исчезновение он почувствует. У тебя будет от силы несколько минут, прежде чем он поднимет тревогу и обвинит Риванию в покушении на имперскую собственность.

— Значит, нужно сделать так, чтобы принц не понял, что Узы сняты, — вставил Сандр. — Или чтобы ему было не до этого.

Я задумалась. План начинал вырисовываться в голове, смутный и рискованный, но всё же план.

— Турнир, — сказала я. — Первый день состязаний начнётся сегодня в полдень. Принц Кайрен будет в ложе, на виду у всех. Он не сможет покинуть своё место, не вызвав подозрений. Если я сумею проникнуть в имперские апартаменты в это время и снять Узы с Кая...

— То принц почувствует это, но не сможет уйти с арены, не привлекая внимания, — закончил Сандр. — У тебя будет фора. Может быть, полчаса. Может быть, час.

— А что потом? — спросил Элрик. — Даже если ты освободишь Кая, куда он пойдёт? Он в чужой стране, без друзей, без связей. Принц объявит его беглым преступником. Империя потребует его выдачи. Король Андриэль не сможет отказать, не спровоцировав дипломатический скандал.

— Значит, нужно сделать так, чтобы Империя сама отказалась от претензий на Кая, — ответила я. — Или чтобы Кай стал гражданином Ривании. Или... чтобы он исчез так, чтобы никто не мог его найти.

— Ты говоришь о политическом убежище, — Сандр покачал головой. — Король должен будет одобрить это. А он не станет рисковать войной ради одного человека.