Глава 1: Годовщина

Год. Целый год миновал с того дня, как я, запыхавшаяся и дрожащая от усталости, стояла перед королём Ривании и смотрела в его золотые глаза, пытаясь осознать, что моя жизнь только что перевернулась в очередной раз. Тогда мне казалось, что самое сложное — позади. Лабиринт пройден, шрам Каэла исцелён, Сандр признался в любви, Рион принял мой выбор. Все узлы распутаны, все нити уложены в аккуратный узор.

Как же я ошибалась.

Год спустя я сидела в своём кабинете — просторном, залитом утренним солнцем помещении в восточном крыле академии, которое когда-то принадлежало лорду Фраю, а теперь было моим. Официально. С табличкой на двери и всей полагающейся бюрократией. «Алесса Блекфор, придворный артефактор Его Величества Андриэля Второго, внешний контролёр ЛОК». Звучало внушительно. На деле же это означало горы бумаг, бесконечные отчёты и головную боль, которая стала моей постоянной спутницей.

Я отложила автопёрку и потёрла виски. Очередной запрос от ЛОК. На этот раз — из северных провинций. Какая-то аномалия в Пряже, которую местные маги не могли объяснить. Мне предстояло либо отправиться туда лично, либо дистанционно просканировать Полотно. Учитывая, что завтра начинался Турнир Трёх Башен, в котором я теперь участвовала не как студентка, а как один из организаторов и судей, второй вариант был предпочтительнее.

В дверь постучали.

— Войдите, — сказала я, не поднимая глаз от бумаг.

Дверь отворилась, и на пороге появился Рион. За прошедший год он почти не изменился — тот же идеально сидящий мундир, та же аристократическая осанка, тот же пристальный, изучающий взгляд. Только седины на висках прибавилось и морщинка между бровей стала глубже. Цена, которую он платил за службу короне и заботу обо мне.

— Леди Блекфор, — произнёс он с формальной сухостью, за которой я давно научилась читать скрытую теплоту. — Вы просили напомнить о заседании Совета.

Я взглянула на часы. Святой Арейн, уже полдень! Я просидела над отчётами всё утро, даже не заметив, как пролетело время.

— Спасибо, Рион. Я сейчас.

Он не ушёл. Вместо этого он закрыл дверь и прислонился к косяку, скрестив руки на груди. Неформальный жест, который он позволял себе только когда мы были одни.

— Ты опять не завтракала, — это был не вопрос, а утверждение.

— У меня не было времени.

— Алесса. — В его голосе прозвучала та самая нотка, которую я помнила ещё с тех времён, когда он был моим деканом. Смесь усталого терпения и неподдельной заботы. — Ты не можешь бесконечно пренебрегать собой. Даже у Ткачихи есть физические потребности.

Я вздохнула и отодвинула бумаги.

— Ты прав. Просто... эта аномалия на севере. И подготовка к Турниру. И Каэл. И ещё...

— И ещё ты пытаешься успеть всё и сразу, — закончил он за меня. — Как будто завтра наступит конец света и тебе нужно успеть зашить все дыры в Полотне до того, как это случится.

— А вдруг так и будет? — я криво улыбнулась. — Знаешь, когда ты видишь Пряжу каждый день, трудно не замечать, как много в ней повреждений. Как много узлов, которые нужно распутать. Как много нитей, которые вот-вот порвутся.

Рион помолчал, глядя на меня. Потом медленно подошёл к моему столу и сел в кресло напротив.

— Расскажи мне о севере, — попросил он. — Что именно ты видишь?

Я на мгновение закрыла глаза, переключаясь на то самое «второе зрение», которое стало для меня таким же естественным, как дыхание. Пряжа Судьбы отозвалась сразу, разворачиваясь перед внутренним взором бесконечным, переливающимся полотном. Большинство нитей были ровными и светлыми. Но на севере, в районе провинции Иртен, я видела тёмное пятно. Не такое, как шрам Каэла, — скорее, похожее на синяк. Сгусток искажённой энергии, который медленно расползался, захватывая соседние нити.

— Это не похоже на «Разрывателей», — сказала я, открывая глаза. — Их следы всегда агрессивные, рваные. А это... тихое. Как болезнь, которая подтачивает ткань изнутри. Я отправила туда двух сотрудников ЛОК для расследования, но они ничего не нашли. Говорят, всё в порядке.

— Но ты им не веришь.

— Я не верю в то, что Пряжа может ошибаться, — я покачала головой. — Если Полотно показывает повреждение, значит, оно есть. Просто его не видно обычными методами.

Рион нахмурился. Я знала этот взгляд — он анализировал, просчитывал варианты, взвешивал риски.

— Я поеду сам, — сказал он наконец. — После Турнира. Если там действительно что-то есть, я найду это.

— Но...

— Без возражений, — он мягко, но решительно перебил меня. — Ты нужна здесь. Турнир, Каэл, Совет — всё это требует твоего присутствия. А я всё равно хотел проверить северные гарнизоны. Заодно и разберусь с твоей аномалией.

Я смотрела на него, чувствуя привычную смесь благодарности и раздражения. Он всё ещё пытался меня оберегать. Но теперь это не было похоже на контроль — скорее на партнёрство. Он прикрывал мои тылы, чтобы я могла заниматься тем, что действительно требовало моего внимания.

— Спасибо, — сказала я искренне.

Он кивнул и поднялся.

— А теперь — в Совет. Андриэль будет недоволен, если мы опоздаем.

Я собрала бумаги и сунула их в папку. Когда мы выходили из кабинета, Рион вдруг остановился.

— Кстати, Сандр заходил утром. Оставил тебе записку.

Я взяла сложенный листок, лежавший на краю стола. Почерк Сандра был всё таким же размашистым и немного кривым:

«Лесс,

Буду ждать тебя в парке после заседания. У меня есть важные новости. Ничего страшного, просто... важные.

P.S. Ты забыла завтрак на столе в гостиной. Я положил его в твой ящик с артефактами. Да, в тот самый, где лежат опасные экспериментальные образцы. Можешь меня убить, когда увидишь.

С.»

Я невольно улыбнулась. За этот год мы с Сандром выстроили что-то, что я не могла назвать иначе как домом. Он переехал из нашей общей квартиры в отдельные апартаменты — этого требовал мой новый статус, — но мы всё равно проводили вместе почти каждый вечер. Он был моим якорем. Моей тихой гаванью. Человеком, который напоминал мне, что я — не только Ткачиха и придворный артефактор, но и просто девушка, которая любит бирюзовые платья, чай с пирожными и долгие прогулки по осеннему парку.

— Что-то серьёзное? — спросил Рион, заметив мою улыбку.

— Не знаю, — я спрятала записку в карман. — Он говорит, у него новости.

Рион кивнул, но я заметила, как на мгновение его взгляд затуманился. За этот год он ни разу не позволил себе ничего лишнего — ни слова, ни жеста, который мог бы поставить меня в неловкое положение. Он полностью принял мой выбор. Но я знала, что где-то глубоко внутри, под слоями дисциплины и долга, пряталась та самая невысказанная боль, которую я увидела в его нити ещё в Лабиринте. Боль человека, который любит и не может быть любимым в ответ.

Я не могла ничего с этим сделать. Могла только быть рядом — как сестра, как друг, как соратник.

Заседание Совета проходило в одном из малых залов дворца. За длинным дубовым столом, покрытым тёмно-зелёным сукном, сидели люди, от решений которых зависела судьба Ривании. Лорд-канцлер Эрвин Таллис — сухой, желчный старик с вечно поджатыми губами. Глава гильдии магов Маркус Фейрфилд — грузный, добродушный с виду, но острый как бритва, когда дело касалось политики. Командующий королевской армией леди Аскания Торн — высокая, жилистая женщина с глазами цвета стали. И, наконец, сам Андриэль Второй, сидевший во главе стола со своим неизменным спокойствием.

— Рад видеть вас, леди Блекфор, — король кивнул мне, когда мы с Рионом заняли свои места. — Надеюсь, ваши исследования продвигаются успешно?

— Так точно, Ваше Величество, — ответила я, стараясь звучать бодрее, чем себя чувствовала. — Я анализирую аномалию на севере. Лорд Алвор любезно предложил провести расследование на месте после завершения Турнира.