В этот момент я приняла решение. Я больше не буду ждать. Я найду способ поговорить с ним. Чего бы мне это ни стоило.

Турнир продолжался. Первые поединки были назначены на завтрашнее утро, и участники уже покидали арену, чтобы отдохнуть перед испытаниями. Зрители расходились, обсуждая увиденное. Члены Совета направлялись к выходу, чтобы принять участие в торжественном ужине в честь открытия, на котором должны были присутствовать все три делегации. Я официально тоже должна была там быть.

Но у меня были другие планы.

Я дождалась, пока король и его свита покинут ложу, и под благовидным предлогом усталости отказалась от приглашения на ужин. Рион, конечно, не поверил ни единому моему слову, но спорить не стал. Он знал меня слишком хорошо.

— Что ты задумала? — спросил он вполголоса, когда мы отошли в сторону от толпы.

— Ничего такого, что могло бы тебя скомпрометировать, — ответила я. — Если что-то пойдёт не так, скажешь, что я действовала без твоего ведома.

— Алесса...

— Рион, — я взяла его за руку — впервые за долгое время — и посмотрела ему прямо в глаза. — Там, в имперской ложе, сидит человек, который проходит через тот же ад, что проходила я. Его используют. Его контролируют. Его лишили свободы. Я не могу просто сидеть и ждать, пока Турнир закончится, а его увезут обратно в Империю, как дрессированного зверя. Я должна хотя бы попытаться.

Он долго молчал, глядя на меня. Потом медленно кивнул.

— Я отвлеку охрану, — сказал он. — У меня есть связи среди ЛОК, которые могут устроить «небольшой инцидент» в крыле, где разместили имперцев. Ничего опасного, — добавил он, увидев мой встревоженный взгляд. — Просто ложная тревога. Этого хватит, чтобы отвлечь внимание на несколько минут.

— Рион... спасибо.

— Не благодари, — он отпустил мою руку, и его лицо снова стало маской. — Просто будь осторожна. Если что-то случится...

— Со мной ничего не случится, — повторила я свою обычную фразу. И очень надеялась, что на этот раз она окажется правдой.

Имперскую делегацию разместили в западном крыле дворца, в апартаментах, которые обычно использовались для самых почётных гостей. Охрана была выставлена как снаружи, так и внутри — люди принца Кайрена не доверяли никому, даже союзникам. Но у меня было преимущество. Я знала дворец как свои пять пальцев. За год службы при дворе я изучила все его коридоры, включая потайные ходы, о которых не знали даже некоторые ЛОК.

И у меня была Пряжа.

Я пробралась через систему служебных коридоров, которые использовались прислугой для незаметного перемещения по дворцу. Здесь было темно и пыльно, но зато пусто — все слуги сейчас были заняты на торжественном ужине. Я шла быстро, ориентируясь не столько по памяти, сколько по нитям Пряжи, которые указывали мне путь. Нить имперского Ткача пульсировала где-то впереди, словно маяк, и с каждым шагом её зов становился всё сильнее.

Наконец я остановилась перед неприметной дверью, замаскированной под часть стены. Согласно плану дворца, за ней находилась небольшая гардеробная, смежная с главной спальней имперских апартаментов. Я прислушалась к Пряже. Охрана была снаружи, в коридоре. Внутри, в спальне, находился только один человек. Тот самый, кого я искала.

Я толкнула дверь и бесшумно скользнула внутрь.

Комната была погружена в полумрак. Единственный источник света — магический кристалл на прикроватном столике, пульсировавший мягким золотистым светом. Окна были задёрнуты тяжёлыми шторами, на полу лежал пушистый ковёр. Роскошная обстановка. Но человек, сидевший на краю кровати, не выглядел так, будто наслаждался этой роскошью.

Он сидел, сгорбившись, опустив голову. Серебряный плащ был небрежно брошен на спинку стула. Под плащом оказалась простая, грубая одежда, больше похожая на тюремную робу, чем на наряд почётного гостя. Его руки, скованные тонкими серебряными браслетами, лежали на коленях. Он не поднял головы, когда я вошла. Он ждал.

— Я знал, что ты придёшь, — произнёс он. Его голос был тихим и низким, с лёгким акцентом, который я не могла определить. — Я почувствовал твой ответ. На арене.

Я закрыла дверь и подошла ближе. Теперь, вблизи, я могла разглядеть его лицо. Он был молод — ненамного старше меня. У него были тёмные, почти чёрные волосы, небрежно падающие на лоб, острые скулы и бледная, почти прозрачная кожа. Но больше всего меня поразили его глаза. Когда он наконец поднял голову и посмотрел на меня, я увидела, что они были разного цвета. Один — глубокого синего, как вечернее небо. Другой — золотого, как расплавленное солнце.

— Меня зовут Кай, — сказал он. — Кай Ар-Дарейн. Я не знаю, слышала ли ты это имя.

— Нет, — честно ответила я. — Но я знаю, кто ты. Ты — Ткач.

Он горько усмехнулся.

— Ткач, — повторил он, и в его голосе прозвучала такая глубокая, безысходная ирония, что у меня сжалось сердце. — Красивое слово. В Империи меня называют иначе. Там я — «Имперский Артефакт». Или просто «Оружие». Или, когда думают, что я не слышу, — «Дрессированный уродец».

Он поднял скованные руки и посмотрел на них с отвращением.

— Ты видишь эти браслеты? Это «Узы Подчинения». Мой хозяин, принц Кайрен, носит ключ от них на своей груди. Пока ключ у него, я не могу использовать свою силу без его прямого приказа. Я не могу даже думать о том, чтобы ослушаться, — браслеты блокируют не только магию, но и волю. Я — его послушная марионетка.

Я молчала, переваривая услышанное. Всё было даже хуже, чем я предполагала.

— Как это случилось? — спросила я наконец.

Кай закрыл глаза и откинулся назад, прислонившись спиной к стене.

— Я не всегда был таким, — начал он. — Я родился в маленькой деревне на севере Империи. Мои родители были простыми фермерами. Они не знали, что в наших жилах течёт кровь древних Ткачей. Никто не знал. Эта линия считалась угасшей столетия назад. Но однажды, когда мне было десять лет, я упал в старый колодец на окраине деревни. Там, на дне, я нашёл артефакт. Такой же, как твой кулон, только другой формы.

Он показал на свою грудь. Сквозь ткань грубой рубахи я увидела слабое свечение — золотистое, пульсирующее в унисон с его сердцем.

— Он пробудил во мне силу. Сначала это были мелочи — я мог находить потерянные вещи, чувствовать настроение людей, видеть сны, которые сбывались. Но с каждым годом сила росла. А когда мне исполнилось восемнадцать, я случайно изменил Пряжу. Просто захотел, чтобы больной сосед выздоровел, — и он выздоровел. За одну ночь. Врачи говорили, что это чудо. А я понял, что натворил.

— Имперцы узнали о тебе, — сказала я.

— Да. Слухи дошли до столицы. И однажды в нашу деревню приехал отряд имперской гвардии. Они убили моих родителей. Сожгли деревню. А меня забрали. С тех пор я — «Имперский Артефакт».

Он замолчал, и по его щеке скатилась одинокая слеза. Я смотрела на него и видела себя. Ту Алессу, которая год назад стояла перед зеркалом в Лабиринте и смотрела на свою тёмную сторону — Мстительницу. Ту, которая тоже потеряла родителей. Ту, которую тоже хотели использовать. Только у меня был выбор. А у Кая — нет.

— Ты знаешь, зачем принц привёз тебя сюда? — спросила я.

— Чтобы показать тебе. Показать всем. Турнир — это демонстрация силы. Империя хочет, чтобы все знали: у них есть Ткач. Подконтрольный. Послушный. И если кто-то попытается напасть на Империю, он будет уничтожен. Не армией. Не флотом. Мной.

— Но это ещё не всё, — я покачала головой. — За вами стоит кто-то ещё. Человек по имени Корвус. Он охотится за информацией о Ткачах и планирует что-то, связанное с Забытыми Руинами. Ты слышал о нём?

Кай вздрогнул. В его глазах промелькнул страх — самый настоящий, животный страх.

— Корвус, — прошептал он. — Да, я знаю это имя. Принц говорил с ним. Несколько раз. Они встречались тайно, но я... я видел. Через Пряжу. Корвус обещал принцу, что если он привезёт меня на Турнир, то получит нечто, что сделает Империю непобедимой. Он говорил о «слиянии». О том, что «две крови создадут новую нить».