Потрясенный до глубины души, но понимающий, что паника среди рабочих погубит экспедицию, Райан приказал засекретить записи приемника. Сжав зубы, он заставил команду закончить работу. Через два дня кабель был соединен с пограничным постом столицы, и первый сигнал ушел королю. Но триумфального возвращения в Грей-Рок не получилось. Когда экспедиция приблизилась к воротам замка, Райан увидел, что городская стража разоружена. У входа в цитадель стояли три массивные, обшитые угловатыми листами черного железа кареты.

У них не было живых лошадей — вместо них в упряжи стояли жуткие механические конструкции из поршней, трубок и шестеренок, тяжело изрыгающие клубы грязного пара и пахнущие перегретым маслом. Райан вошел в собственный тронный зал. Его гвардейцы стояли вдоль стен, не смея поднять оружие, а на его судейском кресле развалились трое незнакомцев. На них были строгие, идеально скроенные угольно-черные камзолы, полностью выбивающиеся из местной моды, а на петлицах тускло поблескивали серебряные эмблемы в виде скрещенных шестеренок и молнии. Лидер троицы — высокий, худощавый мужчина с бледным лицом — повернулся к вошедшему Райану. Вместо левого глаза у него был вживлен сложный механический протез с множеством линз, который с тихим жужжанием сфокусировался на изобретателе. Внутри протеза мерцал тусклый, зловещий красный огонек. — Приветствуем вас, лорд Райан, — произнес он тихим, лишенным эмоций голосом.

— Или нам лучше называть вас "Объект 4"? Мы представляем Железный Синдикат. И вы официально нарушили Великий «Договор Молчания». Райан крепче сжал кулаки, чувствуя, как внутри закипает ярость напополам со страхом — Я не знаю никакого договора. И вы находитесь в моем замке. Кто вы такие? Мужчина с протезом снисходительно улыбнулся, и эта улыбка была холоднее льда.

— Вы думаете, что вы гений, Райан? Думаете, что вы первый, кто додумался собирать молнии в стеклянные банки и заставил воду крутить медные катушки? Какая наивность. Электричество, телеграф, паровые двигатели — всё это было открыто, изучено и внедрено сотни лет назад. Мир, по которому вы ходите, построен на костях цивилизации, которая летала среди облаков. Одноглазый встал, медленно подошел к окну и указал пальцем в небо.

— Но Железный Синдикат вовремя понял истину. Свободная энергия делает людей неуправляемыми. Прогресс ведет к равенству, равенство — к хаосу, а хаос — к ядерному или тектоническому финалу, пример которого вы видели в Мертвых пустошах.

Мы — тайный орден промышленников. Вот уже три века мы методично уничтожаем ученых, сжигаем библиотеки, топим чертежи и ликвидируем слишком умных изобретателей. Нам выгодно держать это человечество в Темных веках. Нам выгодно продавать им уголь и дрова по нашим ценам. Сытое, замерзшее и глупое средневековье — залог стабильности и нашей абсолютной власти. Ваша плотина нарушает этот баланс. Райан посмотрел в окно, куда указывал член Синдиката, и его сердце пропустило удар. Из-за грозовых туч, тяжело и величественно, над горами Грей-Рока выплывали три колоссальных боевых цеппелина.

Это были не хрупкие воздушные шары — огромные сигарообразные корпуса были закованы в броню, а по бокам виднелись ряды тяжелых паровых пушек. На борту флагмана горела надпись: «Левиафан». — Ваша линия связи со столицей уже перерезана, — холодно продолжил представитель Синдиката. — Король вам не поможет. У вас есть ровно три дня, Райан. Вы должны лично взорвать плотину Грей-Рока, уничтожить все генераторы и сжечь свои чертежи до последнего клочка бумаги. После этого вы подпишете Договор и станете нашей марионеткой, поставляя нам уголь. Если через 72 часа плотина будет стоять — «Левиафан» сотрет Грей-Рак с лица земли. Выбирайте, изобретатель: управляемое, безопасное прошлое... или мгновенная смерть в огне вашего любимого прогресса.

Ультиматум Железного Синдиката повис над Грей-Роком удушливым смогом. Массивные тени трех бронированных цеппелинов, дрейфующих среди грозовых туч, закрывали солнце, бросая мрачную тень на улицы города. Времени оставалось ничтожно мало. Райан наотрез отказался взрывать плотину — уничтожить дело всей своей жизни означало признать поражение и навсегда запереть человечество в искусственном средневековье.

Но воевать открыто было самоубийством:

Синдикат заблокировал все подступы к городу и перерезал только что проложенный телеграфный кабель. Грей-Рак оказался в абсолютной информационной блокаде. В этот критический момент единственной надеждой Райана стали наги. Если бы удалось заключить с ними союз и открыть новые водные торговые пути через подземные реки, город смог бы выдержать экономическую осаду. Айрис, верная соратница Райана, вызвалась лично отправиться на эти опасные переговоры в глубокие пещеры под Грей-Роком, куда не рискнул бы сунуться ни один человек.

Для координации ее действий в реальном времени Райан за одну ночь совершил очередной технологический прорыв. На основе своих наблюдений в Мертвых пустошах он изобрел первое в мире беспроводное радио. Передатчик в замке представлял собой громоздкую систему из мощного искрового генератора и огромной антенны, выведенной на крышу башни. Айрис же взяла с собой портативный приемник — тяжелую кожаную сумку с кристаллическим детектором, наушниками и мотком медной проволоки для развертывания антенны в подземельях. В подземной лаборатории Грей-Рока пахло озоном, канифолью и остывающим чаем. Райан сидел перед массивным пультом, не снимая наушников. Вокруг него тихо гудели трансформаторы, а в разряднике периодически проскакивали ярко-голубые искры, переносящие его тревогу сквозь толщу скал.

— Айрис, как слышно? Отзовись. Это Райан, — в сотый раз повторил он в примитивный угольный микрофон, чувствуя, как от напряжения сводит челюсть. В ответ из динамика доносилось лишь глухое шипение статики, напоминающее шум подземного прибоя. Райан закрыл глаза. Мысль о том, что Айрис сейчас находится в сырых, неизведанных глубинах, наедине с непредсказуемыми нагами, ранила сильнее, чем угрозы Синдиката. За всеми этими чертежами, проводами и шестеренками он так редко позволял себе просто посмотреть на нее. Вспомнить, как мягко струятся ее волосы, когда она помогает ему центровать вал турбины, или как уверенно и тепло ее рука ложилась на его плечо в моменты самых горьких неудач. Он строил энергетическую сеть для целого мира, но самым ярким источником света для него всегда была она. Вдруг сквозь треск помех прорвался далекий, прерывистый, но такой родной голос.

— Райан... слышу тебя... — голос Айрис звучал глухо, с легким эхом.

— Приемник работает. Это просто чудо, Райан. Твой голос... он словно звучит прямо у меня в голове. Райан облегченно выдохнул, и на его лице впервые за несколько дней появилась искренняя улыбка. — Слава богу. Где ты? Как продвигаются переговоры?

— Я на нижнем ярусе Гнезда Нагов, — ответила Айрис. Ее дыхание в наушниках было частым.

— Здесь невероятно красиво и жутко. Светящиеся грибы, подземные озера... Сира приняла меня. Они колеблются, Райан. Синдикат уже пытался подкупить их, обещая эксклюзивные поставки угля. Но я давлю на то, что уголь сделает их зависимыми, а твоя гидроэнергия даст им свободу. Мне нужно еще немного времени, чтобы убедить их совет старейшин. — Будь осторожна, Айрис. Если почувствуешь хоть малейшую опасность — бросай всё и возвращайся. Грей-Рак не стоит твоей жизни. На том конце провода возникла долгая пауза. Слышно было лишь мерное, ритмичное шуршание статики, похожее на биение механического сердца.

— Ты правда так думаешь? — тихо спросила Айрис. В ее голосе проскользнула непривычная нежность, лишенная их обычной рабочей субординации.

— Человек, который готов бросить вызов всему миру ради прогресса, сейчас говорит мне бросить проект? Райан поправил наушники, чувствуя, как к горлу подступает ком. Скрывать чувства больше не имело смысла — завтра их мир мог быть уничтожен.