— А-а-а! Назад! Снимите его! Это государственная измена! — истошно завопил маркиз, теряя стремена и путаясь в собственных шелковых плащах. Филипп де Морне не удержал равновесия и ласточкой полетел из седла спиной назад. И надо же было такому случиться, что ровно за его спиной раскинулась та самая глубокая, илистая придорожная канава, куда наги Силасс всю неделю сливали отходы после чистки защитных фильтров.

ШЛЕП-БУЛЬК!Глава винного синдиката с размаху приземлился задом в пахучую, густую черную жижу. Брызги болотной грязи взлетели на три ярда, полностью похоронив под собой остатки столичного лоска. Когда маркиз, кашляя и отплевываясь, сел на дно канавы, на его напудренной голове вместо шляпы картинно устроилась растрепанная речная лягушка, а по носу медленно поползла крупная, удивленная улитка.

— О боги! Двадцать баллов из десяти! Шедевр! Потрясающий купаж! — прямо над канавой взорвалось рубиновое облако. Наш маленький винный эльф, Дух Вина, буквально катался по воздуху от хохота, держась за круглый животик. Крылышки его бешено трепетали, рассыпая искры.

— Маркиз, вам невероятно идет этот грязевой оттенок! Он идеально подчеркивает вашу аристократическую бледность! Лягушку не снимайте, это хит сезона в столице! Жеребец маркиза в панике унесся в лагерь наемников. Конь Лиса испуганно шарахнулся в сторону, из-за чего шпион, чей нос и так сильно болел после прошлой встречи с Боссом, потерял равновесие, запутался в поводьях и с криком:

«Ай, мой флюгер!» кувыркнулся из седла, приземлившись головой ровно в чан с походной кашей собственной пехоты. Босс тем временем грациозно спрыгнул на траву, лапой поправил съехавшую на ухо железную каску, издал презрительное «Мрк» в сторону барахтающейся в грязи элиты и неторопливо зашагал обратно к мосту, победоносно покачивая пушистым хвостом.

— Убить! Сжечь! Всех в порошок! Катапульты к бою-ю-ю! — визжал из канавы маркиз, безуспешно пытаясь отодрать от лица липкую тину, пока лягушка на его голове согласно квакала в такт его крикам. Райн, Торин и Айрис (которая едва не свалилась со своей кобылы от дикого смеха) быстро отступили за ворота. Тяжелые створки захлопнулись, и массивный железный засов встал на место. Час ультиматума был официально аннулирован кошачьими когтями. Великая осада началась с абсолютного, уморительного разгрома столичного пафоса.

Первый удар осадной артиллерии Железных Волков обрушился на замок Вейл через сорок минут после того, как маркиза де Морне с трудом, под уморительные смешки наемников, вытащили из илистой канавы. С дальних холмов донеслось тяжелое, раскатистое эхо — это сработали рычаги массивных катапульт синдиката. Воздух над Кленовой аллеей зловеще и тонко завыл, и через мгновение колоссальный обломок скалы с глухим, страшным грохотом врезался в верхний ярус надвратной башни. Кругом полетели осколки старого известняка, двор мгновенно заволокло густой серой пылью. Ополченцы Марко, стоявшие внизу со своими новенькими, пахнущими свежей кожей щитами, испуганно вскрикнули и присели. Ганс от страха едва не выронил копье, судорожно вжавшись спиной в борт своей любимой бетономешалки.

— Держать строй, мокрохвостые! — громовой, раскатистый голос Торина Железного Топора перекрыл треск падающих камней. Предводитель гномов стоял прямо на парапете башни, даже не думая пригибаться под летящими осколками. Его секира горела багровыми рунами.

— Это они просто вежливо стучатся! Наша гранитная кладка и не такие зуботычины выдерживала! Парни, к тяжелым арбалетам! Показать этим столичным псам, как воюет Каменный Горн! Райн, стоявший рядом с Торином, быстро смахнул каменную пыль с лица и вскинул руку, отдавая команду расчетам на нижнем ярусе. Благодаря золоту Ротбарта гномы успели собрать на стенах четыре монументальные баллисты, стрелявшие тяжелыми железными гарпунами.

— Цель — их передовые когорты с тараном! Огонь! — скомандовал Райн. Четыре стальных троса выстрелили с оглушительным, металлическим звоном. Тяжелые гарпуны со свистом пробили серую пелену пыли и обрушились на первые ряды наемников, которые как раз катили к воротам замка огромный, покрытый мокрыми шкурами таран под прикрытием ростовых щитов. Железные стрелы гномов с легкостью прошивали насквозь и щиты, и тяжелые нагрудники Железных Волков. На поле перед частоколом поднялся крик, первые ряды атакующих смешались, но позади них уже разворачивались новые когорты пехоты синдиката. В этот момент на самом острие оборонительного рубежа — прямо над замковым засовом ворот — на деревянном помосте разворачивал свою собственную, глубоко эшелонированную оборону Босс. Огромный кот выглядел как истинный бог войны. Его металлическая каска с кожаным ремешком после первых взрывов покрылась благородным слоем серой штукатурки. Босс сердито шевелил усами, а его пушистый хвост нервно ходил из стороны в сторону, отсчитывая секунды до сближения с врагом. Кот-генерал лично контролировал работу двух малых ручных метательных машин, которые гномы ради шутки собрали по его размеру — они стреляли тяжелыми ядрами из застывшего известкового раствора и… пустыми винными бочками, наполненными речной грязью.

— МР-Р-Р-ЯУ! — оглушительно рякнул Босс, когда голова наступающей колонны наемников пересекла отметку в сто шагов от рва. — Генерал скомандовал «пли»! — гаркнул Марко, стоявший чуть позади кота на подстраховке. Ополченцы Ганса дружно обрубили удерживающие канаты малых катапульт. Две массивные дубовые бочки, доверху набитые вонючим илистым осадком нагов, взмыли в воздух, описали идеальную дугу и с сочным, оглушительным треском разорвались точно посреди штурмовой группы наемников, пытавшихся навести штурмовые мосты через ров. ХЛОП! БУМ!Густая, липкая черная грязь брызнула во все стороны. Около тридцати профессиональных столичных солдат, закованных в начищенную сталь, мгновенно превратились в подобие испуганных грязных свиней. Ил нагов был настолько скользким, что наемники начали терять равновесие, падать друг на друга, спотыкаться и съезжать обратно в ров, увлекая за собой свои тяжелые щиты. — Великолепно! Изумительный винтаж, букет из речной тины и полного фиаско! — прямо над каской Босса взорвалось яркое рубиновое облако, из которого с диким хохотом вынырнул наш Дух Вина. Маленький ягодный эльф забавно захлопап крылышками, рассыпая вокруг сочные брызги. — Так, ополчение, не расслабляться! Наш пушистый маршал требует вторую порцию! Ганс, тащи бочки со старым прокисшим уксусом! Устроим этим волкам настоящую столичную дегустацию с доставкой на дом! Ганс, увидев, что кошачья артиллерия работает без сбоев, а враг вместо грозного штурма барахтается в грязи, внезапно потерял весь свой страх. Его глаза загорелись азартом.

— Есть, товарищ генерал Босс! — крикнул штукатур, с неожиданной прытью подхватывая тяжелый бочонок с испорченным винным уксусом Ротбарта. Следующий залп Босса накрыл вторую волну штурмующих. Кислые, едкие пары уксуса мгновенно заполнили пространство перед воротами. Наемники, чьи забрала были открыты, начали яростно чихать, кашлять, их глаза застилали слезы, а едкая жидкость разъедала кожаные ремни их доспехов. Кавалерия врага, стоявшая на флангах, начала пятиться — лошади дико фыркали, отказываясь идти вперед по скользкой, пахнущей кислятиной и болотом траве. С дальнего холма маркиз де Морне наблюдал за этим позором сквозь подзорную трубу. Рядом с ним Лис, чья голова была облеплена засохшей кашей, яростно грыз ногти от бессильной злобы.

— Они используют не боевую магию, маркиз! — шипел шпион.

— Это… это какие-то кошачьи пакости и строительный мусор! Но их ополчение держит строй, их невозможно испугать обычным тараном! — Бросайте в бой алхимиков! — прорычал маркиз, и его лицо перекосило от ненависти. — Выжечь эти ворота! Сжечь этот частокол вместе с их проклятым котом! Из рядов Железных Волков выдвинулись двенадцать человек в глухих черных робах с капюшонами. В их руках были длинные медные трубки, соединенные шлангами с бочками серного огня. Столичные боевые алхимики синдиката приготовились нанести свой главный, смертоносный удар, способный превратить гранитную винодельню в пылающий ад. Босс на надвратной галерее мгновенно почувствовал опасность. Его усы резко прижались к морде, а каска съехала на затылок. Кот поднял лапу, указывая на черные робы, и издал долгое, вибрирующее «МЯУ!», требуя от своих союзников экстренного вмешательства. Время обычных бочек с грязью закончилось — в дело вступала высшая магия защитников замка Вейл.