– Потому что тело там, внизу, потихоньку разлагается, – вздохнул я и специально постарался сгустить мрачных красок и нагнать жути: – Там ведь жара майская. Мухи всякие. Отложишь задачу еще на несколько дней, то когда возьмешь тело за руки и дернешь – они оторвутся и останутся у тебя.

– Фу! Господи! Зачем ты мне такое говоришь…

– Делаем сейчас, Леся, – повторил я максимально серьезно. – И делаем без усложнений.

– Я… я боюсь!

– И когда ты все сделаешь, то остальные квартиры поймут, что ты настоящий лидер. И станут прислушиваться к твоим словам.

– Я тоже так думаю. Я должна показать пример…

– Ну и есть очень жирный бонус лично для тебя, Лесь. Конечно, если это ты оттащишь мертвое тело.

– «Бонус»? Какой еще «бонус»? – в дрожащем голосе зазвучал интерес.

– Как это «какой»? Квартира Марии Сергеевны. Ведь она тоже наверняка затарилась продуктами, водой, лекарствами и всем прочим необходимым. И все это станет твоим личным бонусом, как только ты заберешь ключи у нее из кармана…

– Лезть в карман покойницы?

– Лезть в карман покойницы, – подтвердил я. – Ради квартиры, полной добычи – я бы полез.

– Но ведь это все чужое!

– Либо заберешь себе ты – либо твои нерешительные соседи.

– Да щас! Они ведь даже не помогают!

– Вот поэтому все должно достаться именно тебе и никому больше. Но перед тем, как войти в чужую квартиру, не забудь временно отключить камеру на вашей лестничной площадке. Не надо давать знать соседям о том, что тебе достанутся припасы Марии Сергеевны. Как говорится, чем меньше соседи знают, тем лучше тебе спится.

– Разве есть такая поговорка?

– Ну что? Делаем дело, Лесь?

Еще одна пауза, и я получил решительный ответ:

– Делаем, Тишик! Говори, как выдать тебе доступ к камерам. Но ты помни – моя жизнь в твоих дистанционно придерживающих меня руках! Не забудь!

– Не забуду, – улыбнулся я, заходя в пристройку и закрывая за собой ставшую куда тяжелее и прочнее дверь. – Не забуду…

**

Мы так долго говорили, я так долго убеждал и давил на амбиции и простую, сладкую человеческую жадность, а само действие заняло семнадцать минут тридцать семь секунд от открытия до закрытия квартирной двери.

И не начни Леся блевать в шаге от трупа и гавкающего пуделя, мы бы управились еще на пару минут быстрее. Все это время я наблюдал в наружные камеры за происходящим вокруг здания, с помощью них же мы чуть ранее нашли, куда оттащить тело, и – к моему глубокому сожалению и стыду – это оказалась не цветочная клумба, а банальная мусорка. Во‑первых, мусорка была чуть ближе, во‑вторых, там имелись коробки и мешки, чтобы прикрыть труп. Простите уж, Мария Сергеевна. Когда все кончится, обязательно отыщу вашу могилку, чтобы извиниться.

Так или иначе, тяжелая подъездная дверь с грохотом захлопнулась, Леся, с пуделем под мышкой, почти бегом поднялась по ступенькам восходящей ракетой, закрыла за собой дверь, заперла на все задвижки и… зажав рот ладонью, помчалась в туалет. Ну, я так думаю – с момента входа в квартиру я ее уже не видел. Зато слышал знакомые сдавленные звуки блевания, перебиваемые хриплым лаем намаявшейся собачки.

Я был горд за Лесю. Она смогла. Сделала. Всему подъезду нос утерла.

Все эти их игры в лидеров – полный бред, конечно… хотя… Скорей всего, я неправ. А она права.

Ведь я не раз уже видел в новостях укрепленные дома, где жители объединились для обоюдной защиты. И кто‑то буквально полчаса назад скинул в чат канала pdf‑файл с распорядком одного из таких зданий – я просмотрел лишь мельком, но был весьма впечатлен.

Когда начальница вернулась в эфир, я уже не за ноутом сидел, куда транслировался сигнал с камер, а был занят делом. Для разнообразия и чтобы хоть чуток разгрузить орущие от боли плечи и мышцы вокруг шеи, я занялся не бронированием дома, а копанием узкой канавы глубиной и шириной в лопатный штык. Все еще рыхлая перепаханная земля поддавалась легко, и я продвигался с удивляющей меня самого быстротой.

– Я… я утопила ключи в мыльном растворе. Потом пропшикаю спиртом, – сдавленным голосом выдохнула в наушники Леся. – Но я смогла их достать!

– Они были в сумочке, – напомнил я.

– Все равно противно и страшно!

– Страшно, – подтвердил я. – Но ты справилась, и ты молодец, Лесь. Что теперь?

– Теперь? Теперь я выпью пару коктейлей – и в них будет немало водки, заодно напою и покормлю Жозефину… ну и начну выносить квартиру мертвой соседки. Да, я сделаю это – заберу весь бонус себе! Пока я трупы таскала и от тварей бегала, они сидели у себя в норах и смотрели на меня сквозь камеры! Я им потом выскажу!

– Лесь…

– Я им все выскажу…

– Лесь!

– Что?

– Бойся соседей больше тварей, – тихо произнес я.

– В смысле? Могут превратиться?

– Если они не запаслись жратвой и водой, если начнутся перебои с электричеством, а у них нет повербанков и солнечных панелей… рано или поздно они придут к тебе. Сначала они будут вежливо просить поделиться.

– И я не дам ни крошки! Ни капли!

– Потом они начнут требовать…

– И я пошлю их куда подальше!

– А потом они начнут ломать твою дверь…

– И я… что? В смысле «ломать»? Это же преступление! И не посмеют даже! Засужу каждого!

– Бойся соседей, Лесь, – повторил я. – В эти времена люди страшнее тварей порой.

– А тебе откуда знать? Не обижайся, Тихон, но…

– Я читал много книг.

– Это фантастика!

– Я видел много новостей о массовых беспорядках. И в какой бы стране это ни происходило, всегда есть сопутствующий урон: мародерство, грабежи, вынос магазинов, убийства, изнасилования, поджоги. Поэтому бойся соседей, Лесь. Не хвастайся перед ними добычей, ни в коем случае не впускай никого в квартиру. Общайся дистанционно, а не лично. И не полагайся больше на свою словесную властность.

– Это как?

– Это когда в мирное время ты меня легко давила своей позицией начальницы и умением красиво складывать слова. Да ты почти любого бы задавила. Но сейчас… сейчас ты скажешь кому‑то слово, даже самому хилому мужичку, а он поднимет с земли кирпич и разнесет тебе башку на куски!

– Фу!

– Не ссорься ни с кем. Бери спокойствием и умными советами. Тебе надо сплотить вокруг себя людей, Леся.

– Только не надо меня учить! Я твоим начальником была много лет и…

– И всегда брала завуалированными угрозами, – хмыкнул я. – Увольнение, лишение премий, проблемы с отпуском, хреновые задачи, бойкот твой личный и всего коллектива. Ты многих так сжила – не со свету, но из компании, Лесик. Но с соседями так не прокатит.

– Это какого же ты обо мне мнения?!

– Хорошего, – рассмеялся я. – Человек ты неплохой. И собачку вон пожалела, хотя она лишний рот.

– Так она карликовая.

– А еще она будет срать у тебя дома, Леся.

– Ох… ну… есть балкон.

– Кстати, о балконе… постарайся заказать доставку кирпичей, цемента и песка, Лесь. Прямо к двери квартиры.

– Это еще зачем?

– Чтобы окна заложить кирпичом, – буднично пояснил я. – Оставить только дыры для проветривания – и то не в каждом проеме.

– Я же не на первом этаже живу!

– В своем канале я выложил видео бойни в частном жилом секторе. Так там твари влегкую взлетают аж на третий этаж. Им хватает любого уступа, любой зацепки, чтобы взлететь еще выше – и падать они тоже не боятся. В твоем доме предостаточно наружных декоративных элементов – я видел в камеры – и для тварей двуногих это удобная лестница прямо к тебе в гости. Они ловкие и сильные, как обезьяны, блин. Так что начинай закладывать окна кирпичами, Леся. И больше не светись в них, не показывайся ни людям, ни тварям.

– У меня оранжерея на балконе!

– Там оставь стекла. Но не светись перед ними. А выходящие на балкон окна заложи кирпичами. Дверь балконная… вот это проблема. Тебе надо подумать, как сделать ее непробиваемой. Мне пока в голову ничего не идет. Разве что обшить панелями прочными с помощью саморезов… И соблюдай полную светомаскировку, Лесь. Ни лучика света наружу в темное время суток: свет послужит маяком для тварей, и они придут.