– Отряд, слушай приказ, – голос Кая звучал ровно, без эмоций. – Идём в Трещину. Глубоко. Наша задача – найти очаг пульсации и нейтрализовать его.

– А если не получится? – спросил Лен.

– Получится, – отрезал Кай. – Других вариантов у нас нет.

Бертрам закончил возиться с артефактом и подошёл к нам.

– Я вплёл в стены Академии защитный контур, – сказал он устало. – Если Аномальная Зона нападёт, он сдержит первый удар. Но долго не продержится. У вас… – он посмотрел на часы, – шесть часов. Потом начнётся прорыв.

– Шесть часов? – повторил Кай. – Успеем.

– Я пойду с вами, – вдруг сказал Бертрам.

Все обернулись.

– Магистр, вы… – начал Таринн.

– Я старый, но пока не мёртвый, – огрызнулся Бертрам. – И этот кристалл знаю лучше, чем кто-либо. Если Роксане понадобится помощь – она её оперативно получит.

– Хорошо, – кивнул Кай после секундной паузы. – Выдвигаемся.

Мы шагнули в ночь.

Дымящаяся Трещина встретила нас гулом. Низким, вибрирующим, от которого закладывало уши. Туман клубился у ног, лип к сапогам, пытался затянуть в себя. Я шла первой, потому что кристалл в посохе светился ярче всех. Именно он вёл нас.

– Она здесь, – сказала, когда мы спустились на второй уровень. – Королева. Я чувствую.

Кай кивнул, и мы двинулись дальше.

Твари не нападали. Они стояли вдоль стен, как статуи, и смотрели на нас. Сотни глаз, горящих в темноте. Ни одна не шелохнулась.

– Что происходит? – прошептала Ирма.

– Они ждут, – ответил Бертрам. – Ждут, чем всё кончится.

Мы дошли до зала, где впервые встретили Королеву. Она лежала на том же месте – огромная, старая, покрытая шрамами. Но теперь её глаза были открыты. Сейчас в них не было усталости. Только ожидание.

– Ты пришла, – голос прозвучал в голове, но его услышали все.

Бертрам вздрогнул. Элира побледнела.

– Конечно, как обещала, – ответила я вслух.

Королева медленно поднялась. Её движение было тяжёлым, но в нём чувствовалась решимость.

– Я ждала тебя, – сказала она. – Ждала, потому что только ты можешь мне помочь.

– Помочь? – переспросил Кай, выступая вперёд. – Ты чуть не убила нас в прошлый раз.

– В прошлый раз я проверяла, – Королева посмотрела на него. – Хотела понять, достойна ли она чести сделать этот край безопасным. Совершить то, что не удалось мне.

– Чего? – спросила я.

– Свободы, – просто ответила Королева. – Я хочу уйти. По-настоящему. Не умереть, а освободиться.

– Я не понимаю, – призналась честно.

Королева вздохнула – тяжело, протяжно.

– Когда меня укусили, я стала частью Трещины. Моё тело изменилось, превратилось в эту тушу. Но душа… Она осталась прежней. И она устала. Я хочу распылить это тело. Вернуть себя – ту, какой была когда-то.

– И чем я могу помочь?

– Твоей магией, – Королева посмотрела мне в глаза. – Ты должна отдать свой резерв. Добровольно. Не в бою, не под угрозой, а просто так. Потому что хочешь помочь.

– Она обессилит, – резко сказал Кай. – Если Роксана отдаст резерв, она не сможет защищаться.

– Я знаю, – кивнула Королева. – Но дар останется с ней. Она просто устанет. Очень сильно. А когда я освобожусь, Трещина сама закроется. Твари уйдут в небытие вместе со мной.

– Ты просишь её рисковать собой, – Кай не отступал. – А если что-то пойдёт не так?

– Если что-то пойдёт не так, я исчезну, а она останется без сил. – Королева говорила спокойно. – Но я не враг вам и никогда им не была. Просто хотела, чтобы меня услышали и спасли.

Я молчала, переваривая услышанное. Она не просила убивать. Она просила помочь. Освободить.

– Роксана, – тихо сказала Элира. – Ты не обязана.

– Я знаю, – ответила тихо и шагнула вперёд.

– Я помогу, – сказала я Королеве. – Что нужно делать?

Она закрыла глаза. В уголках её век блеснуло что-то, похожее на слезу.

– Просто дай мне свою силу, – прошептала она. – А я сделаю остальное.

Подняла посох. Кристалл засиял ярче. Так, что стало больно на него смотреть. Королева открыла пасть, и я почувствовала, как ледяная магия начинает утекать из меня. Медленно, тягуче, как вода из опрокинутого кувшина.

– Роксана! – крикнул Кай.

– Всё хорошо, – ответила я, хотя внутри нарастала слабость. – Я знаю, что делаю.

Местная повелительница засветилась изнутри. Её тело начало мерцать, распадаться на миллионы искр.

– Спасибо, девочка, – услышала я её голос в последний раз. – Ты подарила мне то, о чём я грезила тысячелетиями, – а потом она исчезла.

Искры взметнулись вверх, разлетелись по залу и погасли.

Я стояла на коленях и тяжело дышала. Посох выпал из рук. Кристалл потускнел, стал почти прозрачным.

– Роксана! – Кай подхватил меня, не давая упасть.

– Я в порядке, – прошептала с трудом. – Просто… устала.

– Ты не имела права рисковать собой, – сказал он, но в голосе была только нежность. – Без тебя мне не нужен ни этот мир, ни какой-то другой.

– Нам надо идти. Иначе мы разделим судьбу с местными тварями.

Кай подхватил меня на руки, и отряд помчался в сторону выхода. Остановились только тогда, когда оказались под открытым небом.

Где-то за моей спиной Таринн удивлённо присвистнул:

– Трещина… Она закрывается.

Я с трудом повернула голову. Разлом, который пульсировал веками, медленно схлопывался, как затягивается рана под руками опытного целителя. Твари, преследовавшие нас, начали рассыпаться в пыль.

– Получилось, – выдохнула Элира. – У неё получилось.

– У нас, – поправила вслух, чувствуя, как сознание уплывает. – У нас всех, – и провалилась в темноту.

Сознание возвращалось урывками.

Сначала – звуки. Гул голосов, чей-то далёкий крик, скрип колёс. Потом – запахи. Травы, магия, что-то едкое, медицинское. И наконец – боль. Тупая, разлитая по всему телу, словно меня выжали досуха.

Я попыталась открыть глаза и не смогла. Веки были тяжёлыми, словно к ним привязали камни.

– Тихо, тихо, – знакомый голос пробился сквозь вату в ушах. – Всё хорошо, Рокс. Ты в лазарете.

Кай.

Я хотела ответить, но горло перехватило судорогой.

– Ничего не говори, – он, видимо, увидел мою попытку. – Бертрам сказал, тебе нужен покой. Ты отдала слишком много. Но дар… Он остался. Просто сейчас спит, как и ты.

Я почувствовала, как его пальцы сжали мою ладонь. Горячие, надёжные.

– Мы вынесли тебя, – продолжил он тихо. – Трещина закрылась. Совсем. Твари рассыпались в прах. Академия в безопасности. Бертрам уже три раза проверил – магия больше не фонит. Ты сделала это, Роксана. Ты освободила её.

Я хотела улыбнуться, но вместо этого провалилась обратно в темноту.

Второе пробуждение далось мне гораздо легче.

Открыла глаза и увидела белый потолок лазарета. Рядом, на стуле, спал Кай. Его голова была запрокинута, руки сложены на груди. Он выглядел уставшим. Под глазами залегли тени, на щеках пробилась щетина.

– Кай, – прошептала я.

Он откликнулся почти что мгновенно, будто и не спал.

– Ты очнулась, – в голосе было столько облегчения, что у меня защипало в носу. – Как ты?

– Жива, – ответила я. – Кажется.

– Это главное, – он взял мою руку и прижался губами к пальцам. – Больше никогда так не делай.

– Не могу обещать, – улыбнулась я.

– Тогда я буду рядом, чтобы вовремя поймать или прикрыть спину, – ответил он.

За его спиной я увидела Тарин. Она сидела на подоконнике и смотрела на нас с такой нежной улыбкой, что я невольно рассмеялась. Недолго, ровно настолько, насколько хватило сил.

– Что? – спросила я.

– Ничего, – она спрыгнула с подоконника и подошла ближе. – Просто безумно рада, что ты очнулась. А то твой дракон тут с ума сходил и стал совершенно невыносимым. Чуть дверь не снёс, когда тебя вносили.

– Тарин, – предупредил Кай.

– Молчу-молчу, – она подняла руки. – Но ты, правда, молодцом, Рокс. Весь отряд гордится тобой. Элира сказала, что ты… Как там… «Самая упрямая человечка из всех, кого она встречала». А для неё это высшая степень похвалы, а не банальный комплимент.