Я старалась не смотреть в их сторону, но краем глаза всё равно замечала, как близко они стоят. Как она касается его рукава, когда хочет что-то уточнить. Как он отвечает. Спокойно, ровно, без той тёплой нотки, что появляется, когда капитан говорит со мной.

– Не смотри, – шепнул Таринн, оказываясь рядом. – Легче будет.

– Я и не смотрю, – буркнула довольно нелюбезно в ответ.

– Ага, – он усмехнулся. – Я же вижу.

Я промолчала.

Через десять минут выдвинулись.

Отряд шёл быстро, слаженно, без лишних слов. Кай вёл группу, Элира прикрывала фланг, остальные распределились по цепочке. Я держалась рядом с Таринном, стараясь не отставать и не путаться под ногами.

Земля под ногами менялась быстро. Сначала снег, потом камень, потом серая, потрескавшаяся пустошь, знакомая по прошлому выходу. А потом началось то, чего я ещё не видела.

Ландшафт будто вывернуло наизнанку. Огромные валуны торчали из земли под немыслимыми углами, между ними зияли чёрные провалы, откуда тянуло жаром и гарью. Воздух дрожал, и в этом мареве двигались тени.

– Ближе к Трещине, – коротко бросил Таринн.

Я сглотнула.

Кай поднял руку, и отряд замер. Он прислушивался к чему-то, чего я не слышала, потом махнул иначе. Мы двинулись вперёд, но теперь медленнее, осторожнее. Каждый шаг мог стать последним.

Я чувствовала, как кристалл на груди нагревается. Сначала чуть-чуть, потом сильнее.

– Близко, – сказала очень тихо.

Таринн кивнул.

Через минуту мы увидели их.

Твари. Целая стая. Они копошились у подножия скалы, что-то пожирая, и пока не замечали нас.

Кай показал знаками: обойти, в бой не вступать.

Отряд начал смещаться. Я двигалась за Таринном, стараясь ступать бесшумно, но под ногой предательски хрустнул камень.

Одна из тварей дёрнула головой.

И посмотрела прямо на меня.

– Твою ж... – выдохнул Таринн.

Тварь заверещала, и стая рванула к нам.

– В круг! – рявкнул Кай.

Дальше всё смешалось.

Я успела выставить щит — ровный, крепкий, без разводов. Твари врезались в него, взвизгнули, отпрянули. Таринн ударил землёй. Из-под ног ближайших монстров вырвались шипы. Ирма полыхнула огнём, Лен работал клинками.

Элира била молниями. Чисто, мощно, без единого лишнего движения. Она не смотрела на меня, но я чувствовала её присутствие — жёсткое, давящее.

Я держала щит, пока могла. Потом перешла в атаку. Ледяные шипы уходили в стаю один за другим. Не все попадали, но те, что достигали опасной цели, брали своё.

– Отходим! – коротко приказал Кай.

Мы начали смещаться, прикрывая друг друга. Таринн держал тыл, я – его фланг. Ирма и Лен – центр. Элира и Кай – остриё.

Это было страшно, но по-своему красиво.

Через десять минут всё кончилось.

Твари валялись вокруг, дёргаясь в предсмертных судорогах. Отряд перестраивался, проверял друг друга.

– Целы? – Кай обводил взглядом.

Все одновременно кивнули.

Он посмотрел на меня.

– Роксана?

– Всё нормально, – выдохнула я.

Кай чуть заметно кивнул и отвернулся.

Таринн подошёл и по-свойски хлопнул меня по плечу.

– Молодец. С боевым крещением, Рокс. Щит держала – зверь.

– Спасибо.

– Не за что, – он усмехнулся. – А теперь идём дальше. Отдыхать будем потом.

Обратный путь я почти не запомнила. Ноги несли сами, голова была пустой и звонкой одновременно. Перед глазами всё ещё мелькали твари, молнии Элиры, ледяные шипы, каменные глыбы Таринна.

У ворот Академии отряд разошёлся. Элира прошла мимо, не взглянув. Ирма кивнула на прощание. Лен просто исчез в темноте.

Таринн задержался.

– Ты как вообще? – спросил тихо.

– Устала.

– Это нормально, – он помолчал. – Ты сегодня хорошо поработала. Правда.

– Спасибо, Таринн.

– Иди, отдыхай, – он махнул рукой и ушёл.

Я стояла одна, глядя в тёмное небо.

– Роксана.

Голос Кая. Я обернулась.

Он стоял в паре шагов, смотрел серьёзно и как-то... иначе.

– Ты справилась, – сказал он. – Я знал, что справишься.

– Спасибо, капитан.

– Кай, – поправил он тихо. – Просто Кай.

Сердце пропустило удар.

– Кай, – повторила я, пробуя имя на вкус.

Он чуть заметно улыбнулся.

– Иди. Завтра будет тяжёлый день.

И ушёл, не оборачиваясь.

Я смотрела ему вслед и думала: «Да что же со мной творится? Он дракон, пора выкинуть из головы эти глупые девчачьи бредни! Они не довели Лилию до добра. Я не имею права также оступиться по неосторожности».

Развернулась и почти бегом бросилась в казарму. Подальше от этого взгляда. От этого голоса. От себя самой.

В комнате было тихо. Тарин, видимо, уже видела десятые сны. Я рухнула на койку, уставилась в потолок и попыталась дышать ровно.

Не помогло.

Перед глазами всё ещё стоял Кай. То, как он сказал «просто Кай». Как чуть заметно улыбнулся. Как смотрел – будто я была не просто адепткой, не просто человеком, а кем-то... другим.

– Дура, – прошептала я в темноту. – Круглая дура.

Я закрыла глаза и приказала себе спать.

Но сон не шёл.

Ворочалась с боку на бок, сбивала одеяло, потом натягивала обратно. В голове мешались твари из Трещины, молнии Элиры, каменные шипы Таринна и этот взгляд. Этот проклятый взгляд золотых глаз, который прожигал насквозь даже в темноте.

Когда за окном начало сереть, я сдалась.

Села на койке, обхватила колени руками и уставилась в стену.

Мысли текли медленно, тягуче, как патока.

Он дракон. Я человек. У него есть невеста. У меня есть сестра, которую чуть не угробила такая же любовь к дракону. У нас нет будущего. Даже настоящего нет. Есть только взгляды, случайные касания, недосказанные фразы.

И от этого всего хотелось выть.

– Рокс? – голос Тарин прозвучал с нотками искренней заботы. – Ты чего не спишь?

Я дёрнула плечом.

– Сплю.

– Ага, – подруга тут же насела на меня. – Рассказывай.

– Нечего рассказывать.

– Ну да, – Тарин помолчала. – Я же вижу, как ты на него смотришь, а он на тебя.

Я резко повернулась и проворчала:

– Он никак на меня не смотрит. Он капитан. У него есть невеста.

– Угу, – Тарин тут же наябедничала. – Только невеста эта уже неделю спит отдельно. Разговаривают они только по делу. Это на тебя он смотрит так, будто ты...

– Замолчи, – мой голос предательски дрогнул. – Пожалуйста, замолчи.

Тарин замолчала, переваривая оглушительную новость. Только я почему-то была уверена, что она никому нас с Каем не выдаст.

Мы сидели в темноте, и я чувствовала, как внутри всё дрожит. От усталости, страха и того, что его слова слишком похожи на правду.

– Ты только не наделай глупостей, – сказала она наконец. – Ладно?

– Каких глупостей?

– Не знаю, – драконица тяжело вздохнула. – Бежать куда-нибудь. Или наоборот – кидаться ему на шею. Всё это кончится плохо, если не думать головой.

– Я и не собиралась.

– Вот и славно, подруга, – Тарин заворочалась, поудобнее устраиваясь на своей койке, и коротко проронила. – Спи давай. Завтра снова тренировка.

Только сон всё не шёл. Оставалось смотреть в стену, считать удары сердца и думать об одном.

Он сказал: «Просто Кай».

И я знала, что это имя теперь будет жечь меня изнутри. Каждый день. Каждую ночь. Пока не сожжёт дотла.

А может, уже жжёт.

Я закрыла глаза и провалилась в тяжёлую темноту без сновидений.

Глава 17

Утро прокралось в комнату серым, болезненным светом.

Я лежала с открытыми глазами и смотрела в потолок. Голова гудела так, будто по ней ночью потопталась стая тех самых тварей из Трещины. Тело ломило, веки слипались, но сна не было ни в одном глазу.

– Ты чего? – сонно пробормотала Тарин с соседней койки. – Всю ночь ворочалась.

– Спала, – хрипло ответила я.

– Врёшь.

Я промолчала. Спорить не было сил.

Ставшая мне подругой в «Академии Валерона» драконица приподнялась на локте, всмотрелась в моё лицо и вздохнула.