– Я знаю, – сказал Риан.

Голос был жёсткий.

– Теперь я повторно исследовала старые записи обследования, остаточное повреждение узора и несколько магических слоёв, которые раньше считали последствиями общего истощения.

Северт сел.

Каэр остался стоять.

Я тоже.

Мираэль продолжила:

– Это не последствие обычной перегрузки.

У меня похолодели пальцы.

Хотя я уже знала направление.

Знать и услышать подтверждение разные вещи.

– Что тогда? – спросил Риан.

– Насильственное воздействие на связку души и тела.

Никто не шевельнулся.

– Простыми словами, – потребовал он.

Мираэль не обиделась.

– Кто-то попытался отделить сознание Лиоры от её тела.

Риан побледнел.

Санна закрыла рот ладонью.

Каэр стал настолько неподвижным, что я сразу вспомнила день нашего первого разговора о Лиоре.

– Можно такое сделать? – спросил Риан.

– Законно нет.

– Я спросил не это.

– Теоретически да.

Мираэль положила палец на схему.

– Есть запрещённые техники воздействия на связку. Большинство почти гарантированно убивают человека.

– Какие?

Она задержалась.

– Одна из них называется Обрыв.

Слово прозвучало спокойно.

Очень коротко.

И ужасно.

– Это сделали с Лиорой? – спросил Риан.

– След соответствует насильственному разрушению связки.

– Да или нет?

– Я не буду утверждать больше, чем вижу.

Он сжал челюсть.

Мираэль продолжила:

– Но характер повреждения настолько близок к описаниям Обрыва, что я считаю эту версию основной.

Я опёрлась ладонью о стол.

Понадобилась физическая опора.

Лиору не просто хотели убить после обвинения.

Кто-то попытался уничтожить её сознание так, чтобы тело умерло вслед.

Официальная процедура.

Магическое обследование.

Я вспомнила седого врача в первой главе своей новой жизни.

Илара.

Его лицо.

То, как он побледнел, когда я открыла глаза.

Нет.

Рано.

Я не знала.

Пока это только воспоминание о человеке, который был рядом.

Не доказательство.

Я заставила себя не произносить имя.

Северт спросил:

– Можно установить время воздействия?

– Относительно.

– Относительно чего?

Мираэль посмотрела на меня.

– Нынешнего закрепления душевного тона.

Я перестала дышать.

Вот сейчас.

Риан тоже понял.

– Что было первым?

Мираэль ответила без паузы:

– Разрушение старой связки.

Он побледнел.

– А потом?

– Потом закрепление нынешнего душевного тона.

Тишина стала полной.

Даже звуки двора будто исчезли.

Риан смотрел на Мираэль.

– Скажите нормально.

Она сказала.

– Вера появилась в теле после того, как связь Лиоры с ним уже была разрушена.

Я закрыла глаза.

Не знала, насколько сильно ждала именно эти слова.

До этого могла говорить себе:

я не выбирала.

Я ничего не делала.

Я сама умерла.

Но где-то глубоко оставался вопрос Санны.

Вопрос Риана.

И мой.

А если всё-таки моё появление вытеснило Лиору?

Если сама невозможная случайность моего спасения стала причиной её смерти?

Теперь Мираэль говорила:

нет.

Сначала Лиору убили.

Потом пришла я.

Риан сделал шаг назад.

Уперся в стул.

Сел.

– То есть она…

Голос не выдержал.

Он замолчал.

Санна подошла.

Не коснулась его сразу.

Потом всё-таки положила руку на плечо.

Риан не отстранился.

– Она уже ушла? – спросил он.

Мираэль отвечала осторожно.

– Я не могу говорить о том, что происходит с сознанием после окончательного разрушения связки. Магия этого не знает.

– Но в теле её уже не было.

– Когда закрепилась Вера, нет.

Он посмотрел на меня.

И впервые после признания в его глазах исчезло обвинение, которого он даже не успел высказать до конца.

Осталась боль.

Чистая.

Настоящая.

– Ты не забрала её тело.

Я почувствовала, как дрожат губы.

– Нет.

Мираэль поправила:

– По моему заключению, нет.

Риан закрыл лицо ладонями.

Несколько секунд никто не двигался.

Потом он вдруг сказал:

– Тогда кто?

Северт поднял голову.

Вот этот вопрос уже был его.

– Это мы будем устанавливать.

– Кто был рядом?

– Риан.

– Кто имел доступ к ней?

Голос стал резким.

– В лечебном крыле были люди. Маги. Врачи. Охрана. Кто проводил обследование?

Я вспомнила Илара снова.

Но Северт ответил раньше меня:

– Поднимем процедуру полностью.

Правильно.

Не имя из моей памяти.

Документы.

Доступ.

Подписи.

Время.

Риан встал.

– Поднимите сейчас.

– Уже запросил часть материалов после первых выводов Мираэль.

– Когда?

– Ещё до приезда сюда.

Риан резко отвернулся.

Я понимала его.

В такую минуту любое «уже делается» звучит недостаточно быстро.

Санна тихо спросила:

– Она чувствовала боль?

Мираэль посмотрела на неё.

– Не знаю.

– Но Обрыв…

– Не знаю, Санна.

Мягко.

– И не стану придумывать.

Санна кивнула.

Слёзы уже текли.

Я хотела подойти.

Остановилась.

Может быть, сейчас им нужна была Лиора.

Не я.

Каэр оказался рядом.

Не касался.

Просто встал достаточно близко.

Я почувствовала его присутствие ещё до того, как увидела.

Истинный отклик.

Тихий.

Ничего не требующий.

Я не повернулась.

Но знала, что он здесь.

И это помогало.

Позже Риан нашёл меня у реки.

К вечеру стало холоднее.

Я вышла из конторы, потому что в ней накопилось слишком много человеческой боли на один квадратный метр.

Северт работал с Мираэль.

Каэр ушёл проверять сообщения из Вейрхольма.

Санна осталась наверху.

Риан сначала исчез.

Потом появился возле причала.

Я стояла у воды.

Он подошёл и остановился рядом.

Не слишком близко.

Несколько минут мы молчали.

– Я думал, что она изменилась, – сказал он.

Я смотрела на реку.

– Знаю.

– Потом решил, что травма изменила слишком многое.

– Да.

– А вчера, когда Санна посмотрела на тебя…

Он выдохнул.

– Я понял.

– Что именно?

– Что она знает то же, что я уже боялся назвать.

Ветер поднял прядь волос.

Я убрала.

Риан заметил движение.

Улыбнулся очень странно.

– Лиора всегда убирала волосы другой рукой.

Вот.

Бытовое.

Маленькое.

Беспощадное.

– Я не знала.

– Конечно.

Он опустил взгляд.

– Придётся привыкнуть.

Я ничего не сказала.

– Ты не обязана быть ею.

В груди сжалось.

Первые такие слова от брата Лиоры.

– Спасибо.

– Не благодари пока.

Я посмотрела.

– Я не знаю, что мне с тобой делать.

Очень честно.

– Ничего.

Он нахмурился.

– В смысле?

– Не нужно ничего со мной делать.

Риан почти улыбнулся.

– Да. Точно не она.

– Лиора потребовала бы план?

– Лиора потребовала бы, чтобы я немедленно определился.

– Тогда дай себе время.

Он кивнул.

Потом спросил:

– А отец?

Я знала, что вопрос придёт.

– Пока не знает.

Риан помрачнел.

– Ему нужно сказать.

– Возможно.

– Возможно?

– Риан, я только сегодня рассказала тебе.

– Он её отец.

– Именно.

Он повернулся.

– Ты не имеешь права скрывать.

Старая реакция поднялась мгновенно.

Контроль.

Моя информация.

Моя безопасность.

Но потом вспомнила вчерашнюю Санну.

Чужое лицо имеет цену не только для меня.

Арлен любил дочь.

Плохо защищал.

Ошибался.

Выбрал дом там, где Лиоре хотелось, чтобы выбрали её.