— Я уже сказала — мы наполняли источник вместе. Как минимум половина — моя.

— Он не делится напополам. И ты хотела забрать все!

— Войцех, а ты — неблагодарный маленький крысеныш, — лицо Василины перекосилось от злобы и стало по-настоящему страшным. — Ты забыл, кто подобрал тебя и научил всему? Да за одно это ты должен был безропотно отдать мне источник по первому слову. Тогда бы, быть может, я со временем помогла бы и тебе возвыситься.

— Возвыситься до кого? До тех тварей, что отхватывают по кускам от нашего мира, постепенно изменяя его, медленно, но неотвратимо затягивая в пропасть? Нет уж, благодарю покорно! От этой сомнительной чести я предпочту отказаться.

— Ты молод и глуп, — вздохнула Василина с притворным сожалением. — Когда-нибудь ты меня поймешь. А пока уходи. Я сказала, что не стану тебе мстить, мы квиты. Но больше тебе нет места ни в моем доме, ни в моей жизни.

— Я считал этот дом своим.

— А я считала своим источник, — парировала женщина. — Было время, когда мы делили все на двоих и доверяли друг другу. Но доверие оказалось не более, чем иллюзией. Сильные маги всегда одиночки, любые союзы и коалиции хороши лишь временно. Наше с тобой время закончилось. А вот девочек твоих я могу пока оставить и подучить. В качестве благодарности за помощь.

— Мы вовсе не хотели вам помогать! — выкрикнула Варя.

— Это неважно. Главное, вы оказались восхитительно предсказуемыми и сделали все так, как нужно мне. Итак, вы принимаете мое предложение?

— Конечно, нет! — возмутилась Стефа. — Если уйдет Войцех, мы уйдем вместе с ним.

— Я понимаю, почему ты так говоришь, — Василина насмешливо подчеркнула это “ты”. — Но не принимай решение за всех.

— Я тоже не предам Войцеха, — торопливо ответила Варя.

— Ох, женщины! — Василина закатила глаза. — Похоже, только мне удавалось находиться рядом с тобой, не попадая под твое роковое обаяние.

— Дело вовсе не в этом, — возразила Стефа. — А в том, что он прав, а вы — нет.

— И в чем же он прав? — женщина изогнула бровь. — Вы ведь в курсе, как именно наполняется источник. Ваш обожаемый Войцех ворует радость у людей и превращает в силу. Подобную магию сложно назвать светлой, даже если украденная радость потом расходуется на добрые дела. Вы знали и были готовы ему содействовать, позволяя высасывать радость из своих клиенток. Не подумайте, что я вас осуждаю. Или даже Войцеха. В сущности мы с ним много лет занимались тем же самым, наполняя источник. Просто избавьте меня от вашего лицемерия и чистоплюйства. Здесь нет правых, каждый действует к своей выгоде. И вы не исключение.

— Пусть так. Но мы уйдем с Войцехом.

— Да, пожалуйста, — Василина опустила сферу на стол и начала слегка перекатывать между ладонями. — Хотите уйти — держать не стану. Не хватало еще вас убеждать. Мой злодейский монолог и без того занятунулся. Ну, может, не совсем монолог, но я чересчур увлеклась, признаю. Однако, я прощаю себе эту слабость. Я слишком долго ждала этого момента.

У Стефы мелькнула шальная мысль броситься к столу и попытаться выхватить у ведьмы источник. Но Войцех, так же неотрывно следящий за шаром глазами, почти незаметно помотал головой.

— А где ваша третья? — Василина не смотрела на собеседников, только на шар. — Кажется, она самая здравомыслящая среди вас, к тому же влюблена в другого мужчину, а значит свободна от чар Войцеха.

— На Лилю не рассчитывайте, — ответила Стефа.

— Ах да, источник использовали, чтобы спасти ее возлюбленного. Даже странно, что никто из вас не предположил, что Войцех выдумал всю эту историю, чтобы использовать вас и раздобыть источник. Впрочем, он не врал. Что вы на меня так смотрите? Конечно, я в курсе того, что здесь творилось, пока меня не было. Это мой дом и я могу узнать, что тут происходит, как бы далеко ни находилась.

Стефа задумалась о том, где сейчас Лиля. Когда они расстались, Лиля собиралась в кофейню. Остается надеяться, что она все еще там, просто решила переждать грозу.

За окном сверкнуло особенно ярко, а потом громыхнуло так, что задрожали стекла. Но Василина, казалось, не обращала ни малейшего внимания на разбушевавшуюся стихию.

Снизу доносились звуки сирен и сигналящих машин, приглушенные потоками падающей с небес воды, свистом ветра и раскатами грома.

— Ты имеешь к этому отношение? — Войцех кивнул на окна.

— О да, — ее улыбка сверкнула удовлетворением. — Считай это чем-то вроде вступительного испытания в тот самый клуб. Я разбудила твою любимую реку и дала ей волю отомстить людям. Как тебе идея? Помнится, ты всегда неровно дышал к Немиге.

— Что ты сделала?!

— Разбудила Немигу, дурачок. Пусть порезвится.

Стефа пыталась осознать услышанное, когда зазвонил телефон. Она хотела сбросить звонок, но увидела высветившееся на экране имя Лили и схватила трубку.

— Лиля, ты где?

— Стефка, позови Войцеха! Мы с Никитой в машине. Застряли на Немиге. Тут адская пробка из—за грозы. Не выбраться. А еще вода поднялась и двери заклинило. И тем, кто вокруг, не лучше. Мне страшно! Вы можете что-то сделать?!

На краю

В трубке раздался голос Войцеха.

— Лиля, не паникуй! Слышишь! Я тебя вытащу. Только не смей прокручивать в голове всякие ужасы. Поняла?

— Я стараюсь.

— Вот и умница.

Лиля думала, что Войцех положит трубку, а потом проблема как-то разрешится сама, например, дверь машины откроется. Или даже прекратится гроза. Но он, очевидно, просто отбросил телефон, забыв отключиться. И Лиля слышала все, что у них там происходит. Несмотря на охватившую ее панику, у нее нашлись силы на удивление, когда в трубке послышался незнакомый женский голос.

— И как планируешь ее вытаскивать? — вальяжно поинтересовалась обладательница голоса.

— С твоей помощью! — рявкнул Войцех. — Ты говорила, что у тебя на нее планы, вот и помоги.

— Разве не ты убеждал меня, что Лиля отвергнет мое предложение, как и остальные?

Лилю так шокировал этот диалог, что она даже отвлеклась от грязной холодной воды, залившей пол машины и поднявшейся уже почти до застежек ее босоножек. Да и Никита перестал терзать дверцу со своей стороны и тоже прислушался.

— Кто это, Лиля? О чем они говорят? Я не понимаю…

— Никита, я тебе потом все объясню, честно-честно. Но пока я и сама ни черта не понимаю.

— Что это за мужчина? — настаивал Никита.

— О боже, — Лиля закатила глаза. — Сейчас точно не лучший момент для ревности. Это Войцех, я знакомила вас.

— Владелец кофейни? Но при чем тут он? Почему ты звонишь ему? И чем он может помочь?

— Я звонила не ему, а Стефе, — Лиля бессильно откинулась на спинку кресла. — Все сложно, просто поверь!

— Как скажешь, — буркнул Никита.

А Лиля продолжила вслушиваться в разговор, часть которого пропустила, отвечая Никите.

— Спасение ее жизни будет серьезным аргументом “за”. Василина, будь человеком хоть раз в жизни.

— Я не хочу быть человеком, Войцех! Как ты до сих пор не понял?

— Василина! — воскликнула Лиля, не сразу осознав, что произнесла это вслух. — Так вот кто это! Она вернулась!

— Кто вернулся? Какая Василина?

Вместо ответа Лиля приложила палец к губам, давая понять, что хочет услышать продолжение. Как бы то ни было, но происходивший в квартире разговор сумел отвлечь ее от творящегося вокруг ужаса. Хотя она все еще видела множество машин, почти вплотную прижатых друг к другу, мечущихся в них людей, слышала беспрерывные сигнальные гудки, ощущала, как немеют ступни, погруженные в холодную воду, которая, казалось, прибывала с каждой секундой. Лиля сосредоточилась на голосе Войцеха.

— И все же помоги ей, — требовал он. — Ты отняла у меня все, так искупи хоть часть вины.

— Ты совершенно не умеешь просить, Войцех, — отозвалась Василина. — Только требовать. А вот мне пришлось научиться. По твоей вине я ползала на брюхе, умоляя отсрочить уплату долга. Ты всерьез полагаешь, что я тебе что-то должна и можно воззвать к чувству вины?