О чем она только думает! Этот человек спас Никиту! Но тут червячок сомнения закопошился с новой силой. А спас ли? Войцех сказал, что Никита болен, теперь говорит, что здоров. Последнее могут подтвердить врачи. Но само заболевание никто не диагностировал. И все, на что она может опереться — жалобы Никиты на частые головные боли.

Почему бы Войцеху не придумать всю эту многоходовку для того, чтобы заставить Стефу сунуться непонятно куда и притащить ему источник на блюдечке с голубой каемочкой?

— О чем ты думаешь, Лилечка? — Войцех больше не улыбался, и привычное ласковое обращение сейчас звучало довольно жестко. — Сомневаешься во мне?

— Мне кажется, я понимаю,что делает этот твой шар, — глядя на него в упор, ответила она.

— Не сомневаюсь, что ты поняла, — похоже, это не доставляло Войцеху особой радости. — Ну так что же?

— Он поглощает благодарность. И именно для этого ты позвал Катерину прийти снова. Хочешь наполнить источник благодарностью тех, кому удалось помочь?

— В общих чертах так и есть, — спокойно кивнул он.

— Но это как-то…неправильно, — тихо пробормотала Варя. — Получается шар пожирает человеческие эмоции?

— Не пожирает, а накапливает, — возразил Войцех. — И что же в этом плохого? Человек пришел поделиться благодарностью, а источник просто ее впитал. Разве кому-то от этого хуже?

— Люди вкладывают в эмоции жизненные силы, — возразила Стефа. — Получается, что твой шар забирает их.

— Мой шар забирает лишь то, чем люди делятся добровольно. Я уж молчу о том, на какую ерунду они обычно растрачивают свои эмоции. Без малейшей пользы для себя и других. Да, Лиля, ты все верно поняла — источник поглощает заложенную в эмоциях энергию, накапливает и трансформирует ее. А потом я могу взять часть этой энергии и пустить на что-то важное и нужное. Например, на исцеление одного смертельно больного человека. Вы по-прежнему считаете использование источника неэтичным?

Варя молчала, да и Стефа, не привыкшая лезть за словом в карман, тоже. А у Лили словно язык отнялся. Вот он — последний элемент уравнения. Его решение. Никиту вылечили за счет сил, которые когда-то были чьей-то радостью или благодарностью.

— Имейте в виду, я беру лишь то, что является платой за желания, в исполнение которых я вложил собственные силы. А не таскаю источник по местам, где можно найти скопление счастливых людей.

— Это какие такие места? — спросила Стефа, первой пришедшая в себя. — ЗАГСы, что ли?

— Ну, нет, — ухмыляясь, протянул Войцех. — На свадьбах, как правило, если кто-то и счастлив, то только молодожены, и то не всегда. А кроме этого там витают эмоции недовольства, разочарования, зависти, скуки, в конце концов. Надо будет как-нибудь сводить вас в ЗАГС, потренируетесь видеть и ощущать чужие эмоции.

— Ну уж нет! — возмутилась Лиля. — Прости, но если я и планирую снова пойти с кем-то в ЗАГС, то не с тобой.

— Ну нет так нет, — легко согласился Войцех. — Тем более, что твой дар там особо не прокачаешь. Пойду со Стешей и Варей, пусть посмотрят и почувствуют.

— Ты бы хоть определился, с кем из них, — хмыкнула Лиля. — Сразу с двумя в ЗАГС — это перебор и нарушение законодательства РБ.

— Очень смешно, — скривилась Стефа. — Войцех, скажи мне одну вещь. Что происходит с теми, кто радуется в присутствии твоего источника?

— А что с ними происходит? — он с величайшим вниманием рассматривал собственные руки. — Ты сама все видела. Ту же Катерину. Что с ней произошло?

— Ну… ничего, — вынуждена была признать Стефа.

— Вот именно. Ни-че-го, — удовлетворенно кивнул Войцех, переведя взгляд на Стефу. — У нее даже настроение не испортилось. Строила планы и ела печеньки, как ни в чем ни бывало. Варенька, может, ты заметила какие-то пагубные перемены в нашей гостье?

— Да нет, — неуверенно ответила Варя. — Пожалуй, нет.

— И все же, что-то люди отдают, — не желала успокаиваться Стефа. — Я же видела, как это розовое сияние перешло от Катерины к шару. Выходит, они платят за исполненное желание своей радостью.

— И что тут такого? Психически здоровый человек обычно радуется, когда получает желаемое и испытывает благодарность. Почему бы не направить эти эмоции на что-то полезное?

— А какая польза в этом твоем источнике?

— Это аккумулятор энергии, — механически ответила Лиля, хотя вопрос был задан не ей.

— Я имею в виду, какая польза тем людям, от которых ты его заряжаешь? — Стефа поморщилась от последнего слова.

— Их выгода в том, что они получают желаемое, — отчеканил Войцех. — Напоминаю, что мы собирались спуститься в кофейню и отпраздновать исцеление Лилиного возлюбленного.

— Постой! — воскликнула Лиля. — Выходит, когда я тут с утра радостно скакала по комнате, ты заряжал от меня свой шар.

— Да, Лилечка, все именно так и было. А до этого я использовал не самую маленькую часть хранимых источником запасов, чтобы помочь твоему Никите. Запасов радости и благодарности других людей, желаниям которых я помог исполниться когда-то давным-давно. Скажи, пожалуйста, тебя не устраивает такой расклад? Знай ты о нем заранее, отказалась бы по этическим соображениям? Или нет? Ответь!

— Нет, — тихо проговорила Лиля, опустив глаза на темную поверхность шара. — Не отказалась бы. И добровольно отдала бы всю свою радость и благодарность, если бы знала, что когда-нибудь они смогут кому-то помочь и спасти от беды.

— Вот видишь! — торжествующе заключил Войцех.

— Но она бы сделала это добровольно, осознавая, что делает, — снова вмешалась Стефа. — Ты мог бы сразу честно рассказать, как работает этот твой источник.

— Предлагаешь рассказывать каждому клиенту? — скептически поинтересовался Войцех.

— А почему бы и нет? — Стефа не собиралась уступать. — Пусть изначально знают условия сделки, на которую идут. Мы же в конце концов, назначаем цену на свои услуги. И соглашается лишь тот, кто готов эту цену платить. А ты пытаешься включить в договор невидимое условие. Просишь людей вернуться ради того, чтобы наполнить источник их радостью, но ничего не объясняешь.

— Он правильно делает, — сказала Лиля все так же тихо, и не отрывая глаза от сферы. — Если бы люди знали, то радость уже не была бы искренней. Это примерно как услышать от фотографа: “Покажи любовь! Изобрази счастье!” Невозможно радоваться по требованию.

— И все же это не честно!

— Стеша, в этом мире много что не честно, но, поверь, мой источник и принцип его работы — это даже не меньшее из зол. Это вообще не зло.

— Но и не добро, — возразила Стефа. — И не вздумай рассказывать мне о том, что добро и зло — вещи относительные.

— Но так оно и есть, — Войцех пожал плечами. — Если быть точным, то я считаю, что мир устроен именно так. Но ты вправе со мной не соглашаться. Пока. Но когда-нибудь ты поймешь…

Новости — хорошие и не очень

Варя на миг прикрыла глаза, скрестила пальцы и нажала кнопку “опубликовать”. Первая глава ее нового романа была выложена на суд публики. На этот раз читателей ждали не разведенные драконы, а старое доброе фэнтези. Такое, каким оно было до изобретения коммерческого писательства и, прости господи, нейросетей. И без драконов. Совсем. На самом деле Варя любила могучих крылатых рептилий, но очеловечивание и попытки устроить или, наоборот, расстроить их семейную жизнь настолько ей осточертели, что она не была готова отвести драконам место в своем новом романе.

Ее нынешняя книга была про ученицу мага. Нетрудно догадаться, что послужило источником вдохновения и материалом для рукописи. Преодолев смущение, она даже подошла к Войцеху и попросила его оценивать описанную в романе систему магии. Колдун в целом остался доволен, но внес несколько дельных правок.

Варю очень порадовало то, что он обсуждал не только принципы работы магии, но и характеры героев, их решения и поступки. Главная героиня заслужила его горячую симпатию, а вот к ее учителю — колдуну — нашлись претензии. И это при том, что Варя готова была поспорить, что умный и проницательный Войцех догадался, кто послужил прототипом этого героя.