— Прошу, миледи.

— Да пошёл ты.

Оба тут же рассмеялись. Логан обнял её за талию и поцеловал.

— Хочешь поговорить? Ребята подождут. Можем прогуляться или сделать всё, что тебе сейчас нужно.

— Нет, правда, всё хорошо. Мне просто хотелось увидеть тебя на минутку, вот и всё. Я могу уже идти…

— Никуда ты не пойдёшь, — сказал он, притягивая её обратно к себе.

Он посмотрел вниз, где Николь поставила упаковку игристого розе и огромный пакет беззерновых кукурузных чипсов, который нашла в глубине своей кладовой.

— К этому барахлу никто даже не притронется, но всё равно. Заходи. Познакомишься с моими друзьями.

Николь, снова почувствовав лёгкую дрожь в ногах, кивнула. Логан протянул ей своё пиво, придержал москитную дверь пяткой и пропустил её вперёд. Зайдя в дом, он быстро бросил её покупки на кухонный остров, положил ладонь ей на поясницу и проводил в гостиную.

Она была совершенно неузнаваема.

Обеденный стол Логана каким-то образом оказался зажат между диваном и несколькими стульями, а две стопки перевёрнутых пластиковых ящиков для молока служили дополнительными сиденьями. Сам стол превратился в настоящий хаос: каждый сантиметр был заставлен Twizzlers, планшетами и потрёпанными папками с кольцами, набитыми распечатками и всевозможными игровыми принадлежностями. На телевизоре транслировался экран компьютера — живая пятифутовая карта, на которой двигались и кружились аватары среди густых шумящих лесов, бушующих оранжево-красных пожаров и обугленного полуразрушенного замка. Освещённые сиянием карты мужчины лет тридцати пяти — сорока с небольшим сновали по комнате, ели, пили, перебирали свои записи и постепенно рассаживались по местам.

— Круто, правда? — сказал Логан, слегка сжимая её руку. — Дейв сам всё это запрограммировал. Целый год делал. Причём в рабочее время, так что никаких фотографий, ладно? Его за это могут засудить.

— Даже не переживай. Мне бы и в голову не пришло это документировать.

Логан рассмеялся и подвёл Николь к столу, где несколько его друзей уже подняли головы и приветливо помахали.

— Ребята, это Николь.

В ответ послышались новые приветствия и кивки.

— Николь, а это… ну, все остальные.

Николь прикусила губу и улыбнулась, пока Логан водил её от одного человека к другому, знакомя лично с каждым. Конечно же, это было его стихией — легко располагать к себе людей. Представляя каждого друга, он обязательно рассказывал какую-нибудь забавную историю или находил что-то общее, за что Николь могла зацепиться в разговоре.

— Джей Пи тоже родом из Сент-Луиса, — сказал Логан, когда они подошли к четвёртому другу. — Джей Пи, отец Николь однажды экстренно лечил кариес самому Альберту Пухольсу.

— До того, как мы сожгли его джерси, или после?

— До, — ответила Николь. — Когда он подписал контракт с «Энджелс», папа закрыл свою клинику на два дня траура. Всем сотрудникам дал оплачиваемые выходные по случаю скорби. А когда Кронке перевёз «Рэмс» в Лос-Анджелес, я уже жила здесь, и отец почти месяц со мной не разговаривал. Он даже удалил меня из нашего семейного чата.

Так продолжалось ещё минут десять. Николь — уже допивая пиво Логана — знакомилась с гостями. Жала руки, обсуждала Вторую мировую войну, объединялась с несколькими друзьями Логана, чтобы дружно подшучивать над ним прямо ему в лицо, к его полному восторгу. Но когда она наконец подошла к главе стола, где сидел привлекательный мужчина в очках с прозрачной оправой и старой футболке Radiohead, сосредоточенно глядя в экран ноутбука с плотно сжатыми губами и напряжённой челюстью, время будто замедлилось.

Комната почему-то затихла.

Сердце Николь вдруг снова забилось слишком быстро.

— Дейв, это…

— Привет, Николь, — сказал Дейв, отодвигая ноутбук на пару дюймов назад.

Он вежливо улыбнулся, хотя улыбка так и не коснулась его глаз. Впрочем, Николь старалась не делать поспешных выводов. В конце концов, он, похоже, был полностью поглощён обязанностями Мастера Подземелий — что бы это ни значило.

— Очень… очень приятно наконец познакомиться с тобой. — Остальные друзья Логана уже вернулись к своим разговорам, IPA и привычным ритуалам перед началом игры. — Я столько о тебе слышала. Карта у тебя просто потрясающая. Мне очень нравится весь этот рельеф. Моя сестра тоже инженер-программист. Она работает в Google… В общем… извини, что врываюсь в вашу игру. Я пыталась принести закуски, но Логан сказал, что они слишком выпендрёжные, и спрятал их на кухне.

— Ну, этот человек считает Pop Rocks отдельной пищевой группой, так что…

Николь рассмеялась.

Дейв снова вежливо улыбнулся, покрутил между пальцами механический карандаш и несколько раз щёлкнул ластиком.

— Так что, будешь играть вместе с Логаном? Или просто смотреть?

— Ник будет играть сама, — ответил Логан. — Хочу её научить.

Дейв задумчиво потёр челюсть. На безымянном пальце поблёскивало тонкое серебряное обручальное кольцо.

— Сегодня у нас очень много всего запланировано. Вряд ли получится учить по ходу игры. Может, вы тогда просто будете играть одним персонажем?

— Она схватывает на лету, — сказал Логан, обнимая Николь за плечи. Та вдруг нашла невероятно важным рассматривать собственные босые ноги. Он слегка сжал её. — Она перечитала кучу средневековой литературы. Если хорошенько её напоить, она ради развлечения и совершенно бесплатно продекламирует первые двадцать строк Беовульфа.

— К сожалению, это чистая правда. Мне нельзя слишком много наливать, если только публика заранее не проверена и среди неё нет исключительно призрака Шеймаса Хини.

Дейв усмехнулся, переводя взгляд с одного на другого.

— Ну вы просто прелесть, — сказал он. — Ладно, выбирай персонажа.

Логан слегка подтолкнул Николь к столу, затем наклонился над одной из книг Дейва и быстро пролистал несколько страниц.

— Вот эту бери, — сказал он, указывая на рогатое существо с огромной грудью и длинным хвостом. — Это тифлинг.

— Эм… Почему?

— Потому что они очень горячие. И ужасно грубые.

Щёки Николь вспыхнули. Она бросила на него выразительный взгляд. Логан с озорными искрами в глазах лишь невинно пожал плечами.

Тем временем Дейв, наблюдавший, как они переглядываются, словно восьмиклассники на школьной дискотеке, покачал головой и снова потянулся к ноутбуку. Он выбрал для Николь сиренево-голубой аватар и разместил ее на окраине густого леса, прямо перед полуразрушенными воротами ветхого замка.

— Мы играем довольно быстро, — сказал он, протягивая ей пустой лист персонажа и увесистый справочник. — У большинства из нас дети, поэтому стараемся закончить к половине одиннадцатого, максимум к одиннадцати. Логан поможет тебе заполнить персонажа до первого хода. Всё остальное объяснит уже по пути. Постарайся заранее решить, что хочешь сделать, прежде чем очередь дойдёт до тебя. И ещё — здесь многое строится на командной игре. Так что всё, что ты делаешь, должно работать на историю.

Николь кивнула. Логан сел на край дивана, затем немного подвинулся. Она устроилась рядом и начала разбирать свои материалы, пока Дейв развязывал шнурок на фиолетовом бархатном мешочке.

— Ну что, идиоты, — сказал он, высыпая на стол горсть игральных костей. — Поехали.

Так они и начали.

Музыка стала тише, разговоры постепенно стихли, а Дейв — лишь изредка отвлекаясь на дружеские реплики — пересказал события прошлой сессии и начал погружать всех в сегодняшнее приключение. Он не упускал ни одной детали, описывая даже мёртвый плющ, покрывавший осыпающиеся стены замка: деревянную паутину, сплетённую из растрескавшейся коры, серой, как пепел.

— Замок, в который вы вошли, несмотря на предупреждения добрых людей, встречавшихся вам по пути, зловеще скрипит. — произнёс Дейв, потянувшись за несколькими Sour Patch Kids. — Его камни чёрны. Его остов холоден. И когда сгнившие двери с грохотом захлопываются за вашими спинами, по позвоночнику пробегает дрожь. А затем…