Мышцы свело от напряжения. Бесстрашный сделал шаг вперёд, поднял лапу и выпустил когти. И провёл одним по горлу Коварного.

Коварный даже не моргнул. Долгое неприятное мгновение он смотрел на Бесстрашного, потом отвернулся. «Он как будто мои мысли читает».

Бесстрашный взглянул на свой коготь. На самом кончике дрожала одна капля крови. «В первый раз сегодня я пустил ему кровь. А в другой раз сделаю значительно больше. В другой раз я убью его, — он поднял голову и посмотрел на черногривого льва. — Вот такую клятву я даю самому себе, Коварный».

Неуверенными, медленными шагами к Бесстрашному подошла Стремительная и прижалась носом к его шее. Он повернулся и нежно лизнул её.

— До свидания, мама, — мурлыкнул он. — Будь спокойна. Я вернусь завтра до темноты.

— Прощай, сыночек мой. — Она потёрлась о его голову. — Знаю, что ты вернёшься, и знаю, что всё у тебя получится. Когда-нибудь ты станешь великим львом, Бесстрашный. Ты исполнишь то, что назначено судьбой. И это не конец — ни для тебя, ни для прайда.

Расставшись с нею, Бесстрашный пустился в путь к логову Верного, мечтая однажды так же поверить в судьбу, как и она.

Стемнело, силуэты акаций мерцали в тенях саванны. Бронзовая луна повисла над горизонтом, становясь всё ярче, по мере того как чернело небо.

В траве зашевелились цикады и наполнили ночь своей песней. Прошла вечность, думал Бесстрашный, с тех пор как он ушёл отсюда в весьма приподнятом настроении с целью отточить только что приобретённые навыки охоты.

Из кустов терновника высунулась бронзовая голова Верного.

— Бесстрашный! Тебя долго не было!

Он поднялся, размахивая хвостом.

— Привет, Верный! — юный лев был рад видеть старшего, но ничего не мог поделать со своим голосом, а тот звучал угрюмо. — День выдался длинный.

Верный понимающе рыкнул.

— Похоже, ты многое должен мне рассказать. И не только хорошее.

— Хорошо хоть не всё плохое, — облизываясь, отозвался Бесстрашный. — Я повидался с мамой.

Верный вытаращил глаза.

— Ты ходил к прайду Коварного? Несмотря на моё предупреждение?

— Да. Просто не смог не пойти, — вдохнув побольше воздуха, Бесстрашный рассказал другу всё, что случилось — с момента, как он увидел стадо буйволов на равнине, до клятвы, которую его вынудили дать, чтобы избежать смерти. Они бок о бок шли по каменистому проходу к логову Верного, и, пока Бесстрашный рассказывал, старший не проронил ни слова.

— Ну вот, — закончил он свою повесть и снова горько вздохнул. — Похоже, я в большом затруднении.

Однако понял, что если он рассчитывает на утешение, то явно нацелился не на ту дичь.

— Затруднение? — проворчал Верный. — Это совсем не так называется, балбес ты малолетний!

— Я не думал, что так получится, — слабо запротестовал Бесстрашный.

— Ясное дело. Однако именно так и получилось. Говорил я тебе: держись подальше от прайда Коварного? — Верный оскалился от огорчения. — Но это ещё не самое худшее. Хуже всего то, что ты дал клятву, которую не сможешь сдержать.

— У меня не было выбора…

— Клятва священна! — зарычал Верный. Он прыгнул на скалу и огляделся вокруг. — Нет возможности нарушить её или отказаться. Ты выполняешь клятву или умираешь! Это тебе понятно?

Бесстрашный остановился и сердито посмотрел на него.

— Конечно, понятно! Коварный убьет и маму, и меня. Говорю тебе: у меня не было выбора.

На мгновение между двумя львами повисло напряжённое молчание. Крючковатый хвост Верного метался взад и вперёд, он скривил морду, явно намереваясь продолжить бранить Бесстрашного, однако вдруг просто тяжело вздохнул.

— Ну ладно. Раз уж ничего сделать нельзя, надо выполнить клятву. — И он быстро побежал к логову, а Бесстрашный большими скачками бросился следом.

— Я что-нибудь придумаю, — сказал он Верному, стараясь говорить как можно увереннее.

— Уж постарайся, — буркнул Верный. — А я, конечно, помогу тебе, чем смогу. Балда!

Несмотря ни на что, он говорил почти нежно. Бесстрашный с облегчением прижался к его боку.

— У меня есть одно преимущество, Верный. Кое-что, о чём Коварный и не подозревает.

— Правда? — насмешливо спросил Верный. — И что же это?

Бесстрашный усмехнулся и лизнул ухо друга. — Бабуины!

На рассвете Высокие Деревья впереди казались прилегшим отдохнуть гигантским зверем. Густой туман окутывал их верхушки, первые, ещё сероватые лучи света едва продирались сквозь густые лианы, закрывавшие лагерь от любопытных глаз. Бесстрашный вдруг понял, что уже не считает его своим домом. В первый раз он казался ему не приветливым, а запретным.

Свернувшись в буйной траве на достаточном расстоянии, чтобы не дать себя учуять, Бесстрашный ждал. «Я привык быть их защитником, — думал он. — Но сейчас всё поменялось. Как знать, не нападёт ли на меня племя».

Один за другим бабуины просыпались. Он слышал их возню в ветвях, тихие голоса матерей и нетерпеливый плач младенцев. Двое часовых на краю лагеря негромко переговаривались. Бесстрашному казалось, что он смог уловить, как зевает и потягивается проснувшийся Жало.

Небо побледнело, уже было можно различить тени, двигавшиеся по краю лагеря. Птичка Нижнелистная протиснулась между стволами двух пальм и исчезла в зарослях лишайника.

Бесстрашный приподнялся, изо всех сил вглядываясь в густую зелень. Он уже почти потерял надежду, когда из кустов показался знакомый силуэт и сделал несколько прыжков по траве.

Бесстрашный на животе подполз к бабуину.

— Заноза! — шёпотом позвал он.

Молодой бабуин от неожиданности присел на задние лапы и застыл на месте. Зато, когда он заметил Бесстрашного, грозный оскал клыков расплылся в блаженную улыбку.

— Бесстрашный! — Заноза запрыгал на всех четырёх лапах, а потом обхватил друга за шею. — Как здорово тебя видеть!

С потеплевшим от благодарности сердцем Бесстрашный облизал друга:

— И тебя. Я скучал.

Заноза ещё раз обнял льва, а потом отстранился, прищурился и внимательно посмотрел на него:

— Зачем ты пришёл? Не то чтобы я не рад тебя видеть, но…

— Ты уже понял, — мрачно сказал Бесстрашный. — У меня неприятности.

— Уже? — Заноза насмешливо посмотрел на него. — Ну так рассказывай.

И Бесстрашный заговорил. Рассказанная во второй раз история показалась ему ещё глупее, а когда он дошёл до момента, когда Коварный полоснул его по горлу, ему стало жарко от стыда.

— Но я тоже царапнул его, — сухо добавил он. — Такой обычай, знаешь ли.

Заноза нахмурился и запустил свои чуткие пальцы в шерсть Бесстрашному, ощупывая шрам.

— Неглубокий, — заключил он. — Но тебя, верно, до хвоста пробрало, когда ты подставил шею. Хорошо, что ты отплатил ему тем же.

— Ох, Заноза! — печально сказал Бесстрашный. — Отплатить-то я отплатил, да не знаю, как выполнить клятву. Как мне уговорить гепардов отдать львёнка?

Заноза задумчиво поскрёб подбородок. Затем снял с груди клеща и сунул в рот.

— Кажется, есть один вариант, — произнёс он наконец.

Бесстрашный вскочил, чувствуя, как к нему возвращается надежда.

— Ты что-то придумал? Я знал, Заноза, что ты придумаешь! Да, знал!

Заноза медленно покачал головой

— Рано радоваться, — предупредил он. — Ты сказал, гепарды похитили детёныша, потому что Коварный крал их добычу, верно?

Бесстрашный быстро кивнул.

— Так вот, — продолжал Заноза, — я знаю место, где полно дичи, которая словно ждёт, чтобы её съели. Это тайное место, но если мы предложим открыть эту тайну гепардам в обмен на детёныша Коварного, они могут пойти на сделку,

— Слушай… Звучит многообещающе, — Бесстрашный облизнулся. — Правда, Заноза, отличная мысль! Стоит попробовать. Но как нам найти гепардов, чтобы сделать им предложение?

— Тут нам понадобится помощь, — Заноза положил лапу на шею друга. — Однако в это время года такая помощь рядом. Нам надо встретиться с гепардами, и есть кое-кто, кого можно попросить организовать встречу.