В рабочей комнате Адриан сразу заметил книгу.

— Это та самая? — спросил он.

Роэн кивнул.

— Какая?

— Книга, где вы записали её имя.

Он посмотрел на Лиану.

Не назвал матерью.

Но и не сказал «эта женщина».

— Да, — ответил Роэн.

Адриан подошёл ближе.

— Можно?

Роэн помолчал.

— Смотреть можно.

Он открыл нужную страницу.

Лиана Вейр.

Имя.

Возраст.

Дата первого добровольного свидетельства.

Несколько строк.

Адриан читал.

Лицо не менялось.

Потом он спросил:

— Вы действительно помните её каждый день?

Роэн ответил:

— Да.

— Даже когда она выходит?

— Да.

— Даже после сна?

— Да.

Мальчик перевёл взгляд на Лиану.

— А остальные забывают?

Она кивнула.

— Большинство.

— Я тоже?

Вопрос прозвучал слишком тихо.

Лиана не знала.

— Не полностью.

— Но лицо не помню.

— Знаю.

Адриан смотрел.

— И если я уйду сейчас?

Лиана почувствовала страх.

— Не знаю.

Мальчик сжал пальцы.

Роэн вмешался:

— Тогда не проверяй сегодня.

Адриан посмотрел на него.

— Почему?

— Потому что ты только пришёл.

Он закрыл книгу.

— Не обязательно сразу превращать встречу в опыт.

Лиана бросила на него благодарный взгляд.

Роэн сделал вид, что не заметил.

Адриан сел.

Неловко.

На край стула.

Лиана осталась стоять.

Не знала, можно ли подойти ближе.

Это было смешно и страшно одновременно. С собственным сыном она теперь училась расстоянию так же, как с незнакомым человеком.

— Что ты хочешь узнать? — спросила Лиана.

Адриан долго думал.

— Не знаю.

— Хорошо.

Он посмотрел почти раздражённо.

— Ты специально?

Лиана усмехнулась.

— Уже привычка от Роэна.

— Не сваливай на меня, — отозвался тот, убирая книги на соседний стол. Он не уходил, но старался занять себя, оставляя им пространство.

Адриан посмотрел на Лиану снова.

— Я помню ещё одну вещь.

Она не стала спрашивать сразу.

Ждала.

— Когда мне было лет десять, я разбил окно в кабинете отца.

Лиана улыбнулась.

— Мячом.

— Да.

— Ты соврал, что это сделал ветер.

Адриан почти улыбнулся.

— Глупо.

— Очень.

— Отец сразу понял.

— Разумеется.

— Но ты…

Мальчик нахмурился.

— Ты сказала ему, что стекло и так было треснуто.

Лиана помнила.

Кассиан тогда был в ярости не из-за окна, а потому что за день до этого потерял важный документ. Адриан попал под руку.

— Потому что он слишком сильно кричал, — сказала она.

Мальчик кивнул.

— Потом ты заставила меня три недели отдавать половину карманных денег на новое стекло.

— Я не собиралась оплачивать твоё враньё.

Адриан рассмеялся.

Коротко.

Совсем как раньше.

Лиана почувствовала, что глаза начинает щипать, и отвернулась к столу, делая вид, будто рассматривает бумаги.

— Она тоже это помнит, — сказал Адриан.

Радость сразу стала осторожнее.

— Селеста?

Он опять не поправил имя.

— Да.

— Что именно?

— Окно.

— А что сказала про деньги?

Адриан нахмурился.

— Что ты простила.

Лиана повернулась.

— Нет.

— Я знаю.

В его голосе впервые появилась уверенность.

Маленькая.

Но настоящая.

— Ты потом ещё месяц называла меня должником.

Лиана рассмеялась.

— Потому что ты пытался выторговать скидку.

Адриан тоже улыбнулся.

Вот это уже было их.

Не потому, что Кассиан не мог знать всю историю. Он мог.

Не потому, что Селеста не могла получить часть.

Она получила.

Просто сейчас между ними возникло что-то живое, что не требовало доказательств.

Общее движение памяти.

Адриан смотрел на неё.

Потом вдруг протянул руку к раскрытой книге.

Не к Лиане.

К странице.

Пальцы остановились возле имени.

— Я пока не могу назвать тебя мамой, — сказал он.

Лиана почувствовала боль.

Но кивнула.

— Не называй.

Мальчик поднял глаза.

— Ты не сердишься?

— Сержусь на много кого.

Она усмехнулась.

— На тебя сейчас нет.

Адриан выдохнул.

— Я хочу прийти ещё.

Лиана почувствовала, как внутри всё сжалось.

— Приходи.

— Отец не знает.

— Пусть пока не знает.

Роэн поднял голову.

— Если решишь приходить снова, не ходи одной и той же дорогой.

Адриан посмотрел.

— Почему?

— Потому что если Кассиан следит, он быстрее поймёт.

Мальчик побледнел.

— Он может следить?

Роэн пожал плечами.

— Может.

Лиана почувствовала тревогу.

— Роэн.

— Лучше сказать.

Адриан кивнул.

— Я справлюсь.

Слишком взрослый ответ.

Лиана хотела возразить.

Не стала.

— Только не рискуй ради меня.

Адриан посмотрел.

— Ты тоже так говорила.

Она замерла.

— Когда?

— Не помню.

Он нахмурился.

— Просто фраза.

Лиана почувствовала, как сердце снова болезненно ударило.

— Может, и говорила.

Адриан встал.

До двери дошёл медленно.

Потом остановился.

Обернулся.

Смотрел на Лиану.

Несколько секунд.

Она не знала, чего он ждёт.

Он тоже, кажется, не знал.

— До свидания, — сказал мальчик.

Лиана улыбнулась.

— До свидания.

Адриан ушёл.

Не обнял.

Не назвал матерью.

Не вспомнил лицо.

Но пришёл сам.

После закрытия двери Лиана ещё долго стояла неподвижно.

Роэн убирал книги.

Не говорил.

Она подошла к столу и положила ладонь на страницу с именем Эвелины.

— Сегодня две вещи вернулись, — сказала Лиана.

Роэн посмотрел.

— Имя и сын?

Она покачала головой.

— Нет.

Взгляд упал на дверь.

— Сын ещё не вернулся.

Роэн кивнул.

— Хорошо.

Лиана усмехнулась.

— Но он пошёл в мою сторону.

Это было достаточно.

Пока.

Глава 19. Я больше не хочу быть Лианой

Селеста узнала о новой женщине потому, что Кассиан забыл закрыть дверь. Не запер тайный ящик, не оставил на столе разоблачительную записку и не признался в минуты особенной честности. Просто однажды вечером решил, что жена уже легла спать, спустился в нижний кабинет и не до конца прикрыл тяжёлую дверь, ведущую в помещение, где последние дни почти не позволял ей появляться. Селеста вообще не собиралась идти за ним. Она стояла у зеркала, пыталась привычно скрыть пудрой тёмную полосу на щеке и всё больше злилась, потому что кожа теперь менялась быстрее. Сегодня утром вернулась родинка, к обеду исчезла снова, к вечеру левый глаз стал чуть уже, а подбородок на несколько часов приобрёл собственную селестину форму. Служанка ничего не заметила. Для неё перед зеркалом по-прежнему сидела госпожа Вейр. Только Кассиан смотрел внимательнее, каждый день ощупывал виски, проверял голос, заставлял повторять старые фразы и всё чаще хмурился так, будто Селеста специально портит то, что он с таким трудом создал.

Она как раз снимала серьгу, когда из коридора донёсся мужской голос. Не Кассиана. Другой, старше и тише. Селеста уже слышала его прежде в доме, но имени не знала. Иногда этот человек приносил мужу закрытые свёртки, иногда уходил поздно ночью, ни разу не разговаривая со слугами. Сегодня он спросил что-то слишком тихо, а Кассиан ответил раздражённо. Слова разобрать не удалось. Селеста положила серьгу на стол, накинула поверх ночной рубашки халат и вышла.

Коридор был пуст. Свет горел только возле лестницы и дальше, возле кабинета. Селеста спустилась медленно, стараясь не шуметь босыми ступнями по ковру. Делала это и раньше, ещё когда была любовницей и училась различать моменты, когда Кассиана можно отвлечь от работы, а когда лучше исчезнуть до того, как он поднимет голову. Тогда ей казалось, что она знает мужчину особенно хорошо. Теперь каждая такая привычка вызывала неприятный вопрос: действительно ли это знание Селесты или что-то из Лианы давно проросло настолько глубоко, что отличить уже невозможно?