Вот этого никто не мог исправить.

Роэн закрыл книгу.

— Возможно.

Он говорил тихо.

— А возможно, нет.

— Вы не знаете.

— Нет.

Сайра кивнула.

— Хорошо.

Слово прозвучало пусто.

Через некоторое время женщина спросила:

— Можно увидеть её?

Роэн замер.

— Тело давно похоронено.

— Где?

— Я покажу.

Сайра закрыла глаза.

— Спасибо.

Они ушли ближе к вечеру.

На улице Лиана долго не могла говорить. Осенний воздух был холодным, вокруг спешили люди, кто-то ругался с извозчиком, на перекрёстке торговка выкрикивала цену жареных каштанов, и всё это казалось почти неприличным рядом с тем, что только что произошло в маленьком доме.

— Получилось, — сказала Лиана наконец.

Роэн шёл рядом.

— Да.

— Она помнит.

— Да.

— Значит, можно вернуть.

Он посмотрел на неё.

— Одно имя.

— Но можно.

— Одно.

Лиана почувствовала раздражение.

— Ты обязательно должен портить каждый момент?

— Да.

Она усмехнулась.

Потом снова стала серьёзной.

— Это было ужасно.

Роэн не спорил.

— Я думала, если получится, будет ощущение победы.

— А получилось?

— Нет.

Лиана посмотрела назад, хотя дом уже скрылся за поворотом.

— Мы вернули ей дочь и одновременно забрали двадцать лет, в которые она могла жить, не зная боли.

Роэн помолчал.

— Они всё равно были украдены.

— Но теперь она их чувствует.

— Да.

Лиана остановилась.

— А если мы вернём всех?

Роэн тоже остановился.

— Тогда многие люди вспомнят мёртвых.

— Матери.

— Да.

— Дети.

— Да.

— Мужья.

— Да.

Лиана сжала пальцы.

— И город утонет в горе.

Роэн посмотрел прямо.

— Возможно.

— И это будет наша вина?

Он долго молчал.

— Нет.

Лиана нахмурилась.

— Почему так уверенно?

— Потому что горе не создали мы.

Он кивнул в сторону дома Сайры.

— Мы вернули женщине причину плакать. Причину украл Кассиан.

Лиана смотрела.

— Это почти красивый ответ.

— Прости.

Она усмехнулась.

— На этот раз оставь.

Они пошли дальше.

Через несколько кварталов Лиана вдруг остановилась снова.

— Роэн.

— Что?

— Я почувствовала момент.

Он повернулся.

— Какой?

— Когда имя вернулось.

Лиана коснулась груди.

— Не свет. Не сила. Просто будто обрывок наконец прикрепился к правильному человеку.

— Эвелина к Сайре?

— Да.

— Через вещь?

— Через всё.

Она попыталась подобрать слова.

— Ты читал жизнь. Я держала память. Сайра признала.

Роэн задумался.

— Три части.

— Да.

Они посмотрели друг на друга.

Лиана первой произнесла:

— Значит, для остальных понадобится то же.

— Имя.

— История.

— Свидетель.

— И кто-то, кто добровольно признает связь.

Роэн кивнул.

— Похоже.

Лиана почувствовала, как внутри впервые за долгое время появляется не надежда даже, а направление.

— Кассиан сделал себя единственным человеком, который помнит всё, — сказала она.

Роэн нахмурился.

— Ты думаешь о нём.

— Я думаю о том, что если он свидетель всех Переписей, то через него можно вернуть больше.

— Возможно.

Она усмехнулась.

— Ненавижу это слово.

— Уже говорил.

Роэн вдруг остановился.

Что-то в его лице изменилось.

Лиана заметила.

— Что?

Он смотрел вперёд.

У входа в Дом Безымянных стоял мальчик.

Высокий.

Тёмные волосы.

Слишком знакомые плечи.

Лиана перестала дышать.

Адриан.

Он стоял возле двери и спорил с Эмиром. Тот явно не хотел впускать неизвестного подростка внутрь и одновременно выглядел так, будто никак не мог вспомнить, почему этот подросток кажется важным.

— Я говорю, что мне нужен Роэн Вальд, — раздражённо произнёс Адриан. Он держал в руке сложенную записку и выглядел так, будто уже повторял это несколько раз. — Вы сами только что сказали, что он здесь работает.

— Я много чего говорю, — буркнул Эмир. — Это не повод таскаться в помещение для мёртвых без приглашения.

Адриан заметил Роэна.

— Наконец-то.

Потом увидел Лиану.

Замер.

Она тоже.

Несколько секунд никто не двигался.

Эмир посмотрел на неё, нахмурился и спросил:

— А это кто?

Лиана почти рассмеялась от горечи.

Роэн ответил:

— Лиана.

Адриан вздрогнул.

Имя прозвучало между ними.

Он не отвернулся.

Это уже было новым.

— Ты пришёл ко мне? — спросил Роэн, подходя ближе. Он говорил спокойно, будто не замечал, как Лиана сжала пальцы у самого бока. — Или к ней?

Адриан посмотрел на него.

Потом снова на Лиану.

— Я не знаю.

Честный ответ.

Лиана почувствовала, как внутри становится больно и тепло одновременно.

— Тогда заходи, — сказала она. — Разберёмся внутри.

Мальчик не двинулся.

— Я кое-что вспомнил.

Лиана замерла.

— Что?

Адриан посмотрел на рукав её платья.

Тот самый жест.

Снова.

— Не про варежки.

Лиана ждала.

— Другой день.

Он сжал записку.

— Отец был в поездке.

Сердце ударило сильнее.

— Ты заболела.

Лиана нахмурилась.

Теперь уже она не сразу вспомнила.

Адриан продолжил:

— Не сильно. Простыла.

Он смотрел не на лицо.

Чуть ниже.

Будто воспоминание находилось где-то рядом с её плечом.

— Ты лежала на диване в маленькой гостиной и сказала, что я могу читать рядом, только тихо.

Лиана почувствовала, как картинка возвращается.

Адриану было девять.

Она действительно простыла.

Кассиан уехал на северное совещание.

Мальчик весь день таскал книги в гостиную, потому что боялся оставлять мать одну.

— Ты прочитал вслух половину книги, — сказала Лиана тихо.

Адриан вздрогнул.

— Про путешественника.

— Который перепутал острова.

Мальчик кивнул.

— Ты всё время засыпала.

— А ты будил меня вопросами.

— Потому что думал, что если заснёшь, станет хуже.

Лиана улыбнулась.

— Я знала.

Адриан посмотрел.

— Ты не говорила.

— Не хотела смущать.

Он стиснул губы.

Несколько секунд молчал.

— Я вчера вспомнил запах.

Лиана почувствовала холод.

— Какой?

— Не духи.

Мальчик покачал головой.

— Лекарство на твоих руках. Мята и что-то горькое.

Лиана сразу вспомнила мазь.

Старую.

Её готовили от простуды.

— Полынь, — сказала она.

Адриан закрыл глаза.

— Да.

Слово прозвучало почти с облегчением.

Потом он снова посмотрел.

Лицо всё ещё оставалось напряжённым.

Не узнавшим.

— Я спросил её.

Лиана поняла, о ком он.

— Селесту?

Адриан дёрнулся на имени.

— Я спросил мать.

Он поправился неуверенно.

— Она сказала, что помнит болезнь.

Лиана ждала.

— Но запах назвала другой.

— Какой?

— Лаванда.

Лиана почувствовала, как по коже прошёл холод.

Лаванда.

Запах её матери.

Другой пласт.

Чужая смесь.

— И тогда ты пришёл.

Адриан кивнул.

— Я не знаю, что это доказывает.

Лиана заставила себя не улыбаться слишком сильно.

— Ничего.

Он нахмурился.

— Опять.

— Что?

— Ты всё время говоришь, что ничего не доказывает.

Лиана посмотрела прямо.

— Потому что не хочу заставлять тебя использовать каждое воспоминание как суд.

Адриан опустил глаза.

— Я устал судить.

— Знаю.

Мальчик долго молчал.

Потом спросил:

— Можно войти?

Лиана почувствовала, как сердце ударило сильнее.

— Конечно.

Адриан прошёл внутрь.

Роэн придержал дверь.

Эмир всё ещё смотрел на всех троих с непониманием, но благоразумно решил не спрашивать.