И, естественно, тетушка совсем не готовила, а когда бабушка слегла, то у нас появилась домработница Нина, занявшаяся хозяйственными хлопотами.

Нина была молчаливой, работящей и чем-то очень обязанной тетушке, поэтому Ираида Самуиловна являлась для нашей домоправительницы непререкаемым авторитетом. Так что Нина занималась хозяйством, я учился и уже самостоятельно бегал по кружкам и секциям, бабушка лежала, тётушка работала. Так мы и жили какое-то время.

Вообще-то, я с ранних лет помнил, что Ираида Самуиловна, едва лишь разговор заходил о домашнем хозяйстве, отмахивалась:

– Кухня – враг женской красоты! Хуже кухни, только огород!

Как из этого логично следовало: никаких огородов у нас не было. Летом я обязательно месяц проводил в спортивном лагере, еще на месяц тетушка снимала для нас дачу на Финском заливе, а в августе мы выбирались куда-то на море, по ее административному направлению.

Мне как раз исполнилось пятнадцать, когда неожиданно наступило для семьи сложное время. Сначала все сильно приободрились, потому что к моему дню рождения мать обещала к нам приехать с невероятной новостью и всех порадовать.

– Честно говоря, не шибко я в это верю, – скрипела бабушка, но мы замечали в ее глазах огонек надежды, что и у её «непутевой Машки» все, наконец-то, сложилось.

Ну, в общем-то, на это намекали фотографии в соцсетях, где мать позировала на фоне теплых морей в красивых нарядах с разными огромными букетами.

– Эх, Машка, Машка, все за шикарной жизнью гонишься, а работать-то, кто будет? – вздыхала тетушка, которая, как я уже говорил, была настоящим трудоголиком.

А потом прикатившая из столицы мать, пригласила нас в один из известнейших ресторанов города, в отеле «Астория».

Тетушка Ираида, хоть нос и морщила, но прическу соорудила, парадное платье с украшениями надела и проследила, чтобы я нарядился подобающе.

Собственно, мы с ней на ужин сходили, где познакомились с женихом матушки, причем меня тетка представила своим сыном.

Я давным-давно привык не выступать, во взрослые разговоры со своим бесценным мнением не лезть, пока не спросили, так что не отсвечивал: сидел молча, ел, улыбался, когда надо было. А ближе к десерту речь зашла о том, как нужно будет в июле закатить шикарное торжество в честь того, что Мария Самуиловна выходит-таки замуж.

Ну и вроде бы все остались довольны встречей и разошлись вполне счастливые. А через день после нашего ужина в «Астории», мать погибла в страшной аварии на «кольцевой», где ее жених, демонстрируя миру мощь итальянского автопрома, угробил свою «Феррари», буквально размазав ее по опоре вантового моста, вместе со всеми, кто был внутри.

Злая и мрачная тетушка занялась похоронами. Ничего особо хорошего не скажу о процессе, но вроде как упокоилась мать честь по чести в семейном склепе, который у нас на «Смоленке[5] » был еще с имперских времен: в дальнем уголке, с краешка, но свой. Жениха «непутевой Машки», вернее, то, что от него осталось, родственники увезли хоронить где-то в Подмосковье. И контакта у нас особого не вышло. Мы разошлись и больше никогда никаким образом не пересекались.

Бабушкино сердце такой нагрузки не выдержало, и буквально через пару месяцев после смерти моей биологической родительницы мы с тетушкой Ираидой похоронили и бабушку.

Так вышло, что, когда я с золотой медалью окончил школу и поступил на бюджет в ГосУнивер, тетушка, вытирая слезы на моем выпускном, негромко сказала:

– Ну, не зря я жизнь прожила! Хоть одного приличного человека, но вырастила!

Я, естественно, выразил ей максимально возможно и искренне свою благодарность, а тетя Ира только покачала головой и взялась за новые проекты, чтобы работать, натурально, практически круглые сутки.

Ну и я тоже не отлынивал: в студенческие годы участвовал во всех возможных университетских активностях и к выпуску имел довольно приличное портфолио. Получив диплом, пару лет кочевал по разным крупным предприятиям города и области, пока, наконец, благодаря тетушкиным связям, меня не занесло в одну из дочек нашего энергетического монополиста.

– Сашенька, ты уж постарайся! – настойчиво попросила тетя Ира перед тем, как я отправился в отдел кадров с комплектом документов. – Посмотри внимательно за их процессами. В том управлении, куда ты идешь, у тебя и образование почти профильное, так что с этой стороны ты полностью прикрыт.

Слушал внимательно и кивал с пониманием: тетя в Администрации города много кого напрягла, чтобы пристроить меня на новое место.

– С руководством там все оговорено, – довольно улыбалась Ираида Самуиловна, – можешь спокойно учиться, набираться опыта, и, гляди, карьеру там реально сделать весьма приличную. А так и зарплата хорошая, а уж про соцпакет я и не говорю. Поэтому дерзай! Давай, у тебя удивительный шанс проявить себя.

Вот так, благословленный тетушкой, заменившей мне мать, я и вышел трудиться в Проектно-сметное Управление на должность экономиста, так сказать – низшую ступень для человека с профильным высшим образованием. Ниже только техники и специалисты.

За первый год я настолько удачно разобрался в процессах, что на плановой аттестации, ответив на все вопросы присутствовавших крупных руководителей, получил не вторую категорию, а сразу первую. Да еще и рекомендацию по переводу в договорной отдел.

И вот там-то я впервые и столкнулся сней .

Звездой Управления, начальницей отдела – Третьяковой Лилианой Станиславовной.

И жизнь моя сразу заиграла такими яркими красками, о существовании которых до того момента я и понятия не имел.

Глава 35. Завоевательная авантюра чистой воды «Когда находишь свое, на другое даже смотреть не хочется…» Э.М. Ремарк

*Александр Арский*

Так-то молоденькие вертихвостки, которые мечтали хорошо устроиться, сидеть на попе ровно, ни хрена не делать, но получать любовь и деньги, никогда не были мне интересны, так же как и те, кто откровенно искал покровителя или хотел удачно выйти замуж. Потому что всеони до боли в груди мать биологическую напоминали.

Естественно, в моем случае нужно было оказаться совсем идиотом, да, чтобы не распознать бриллиант.

Ну и, конечно, за Лилианой Станиславовной я начал внимательно наблюдать и удивился, с каким пониманием она относится к человеческим слабостям, хотя требует четкой отработки задач.

В ее исполнении это звучало… занятно:

– Ты можешь пить кофе сколько угодно и ходить курить хоть каждый час, но работа должна быть сделана качественно и в срок.

Да, она действительно следила и проверяла. И видела ошибки просто с лету.

Удивительно.

Один раз даже специально слегка накосячил, а она подсказала, что и где исправить. Главное, поняла с первого взгляда.

Ну, посоветовала, проверила результат и спокойно занялась своими делами дальше. Никакой ругани, попыток пристыдить или громко возмущаться «тупостью подрастающего поколения», чем серьезно грешили остальные более опытные коллеги.

– Эх, молодежь, хорошо, что опыт – дело наживное! – вот, собственно, и все ее комментарии.

А вот когда серьезно натупил, правда, очень налажал и не специально, Лилиана Станиславовна вздохнула, потыкала пальчиком в расчеты и похлопала по плечу:

– Первый раз – прощается, во второй – настучу по тыкве.

И ушла, а я сидел, пытаясь сообразить – не согласиться ли на такое физическое воздействие, ибо от ее присутствия рядом у меня тихо отъезжала крыша.

Всегда.

Стоило увидеть ее, почуять острый, горький аромат ее духов и все, привет. В башке каша, розовая вата и единороги, срущие радугой. Как сопливый малолетка растекался лужей у шикарных ножек и таращился на нее натуральным бараном.

Идиот восторженный.

Но едва дело дошло до серьезных просчетов, то суровая «замша» офигенной Лилианы прихватила меня за локоть и тихо заметила:

– Ты, пожалуйста, придержи все свои барские замашки. Откуда у тебя тетка, всем давно известно, поэтому эти понты и закидоны оставь для таких же «золотых детишек». Если ты пришел сюда работать, работай, поможем, поддержим. Если же явился красиво здесь числиться, то просто предупреди. Выдадим тебе номенклатуру, будешь следить за обновлением ГОСТов, писать официальные, стандартные ответы, и мы тебя не станем трогать.