Мой парень. Любовь всей моей жизни. Мужчина, за которого я мечтала однажды выйти замуж, держал пистолет у головы моего отца. Этого не могло быть.

— Тристан, — прошептала я дрожащим от паники голосом. — Что ты делаешь?

Тристан улыбнулся. Никогда прежде я не видела такого выражения на его прекрасном лице. Ни когда мы занимались любовью, ни во время тренировок, ни когда он злился… никогда. Словно передо мной стоял кто-то другой. Кто-то злой. Кто-то, кто был совсем не Тристаном.

— Милый, перестань… Опусти пистолет… пожалуйста. — Я перевела взгляд на отца. Он дрожал, сидя на своём старом, потрёпанном диване в гостиной, где повсюду были разбросаны книги и бумаги.

— Не выйдет, детка, — произнёс Тристан чужим, неприятным голосом. — Твой отец наконец сказал мне именно то, что я так долго ждал.

— К-какие… какие слова? — запинаясь, спросила я.

Я могла одним ударом ноги уложить двухсотфунтового громилу или убить человека, ударив его по верхней губе и вогнав основание ладони прямо в мозг. Но сейчас, стоя перед Тристаном, который держал пистолет у головы моего отца, я чувствовала себя такой же беспомощной, как новорождённый котёнок.

— Скажи ей, старик.

Тристан ударил отца рукоятью своего Глока по голове.

Папа дёрнулся и болезненно поморщился.

Я вскрикнула и бросилась к нему.

Тристан мгновенно перевёл пистолет на меня.

— Не. Двигайся.

— Хорошо… хорошо. — Я подняла руки ладонями к нему. — Скажи мне, что сказал мой отец.

Из рассечённой головы папы сочилась кровь, стекая по щеке.

— Ты… Рождённая временем, Оливия, — дрожащим, слабым голосом произнёс папа.

— Р-рождённая временем… Это… так называют путешественников во времени? — сказала я, чувствуя, как во рту пересохло.

— А теперь ты принесёшь мне кинжал, и сегодня ночью мы с тобой отправимся путешествовать во времени, милая. — Тристан презрительно усмехнулся, и в этот миг его густые тёмные волосы, длинные ресницы, обрамлявшие сапфирово-синие глаза, и мускулистое тело стали вызывать у меня лишь отвращение.

Кинжал.

Папа писал о загадочном кинжале.

— Я ничего не знаю ни о каком кинжале, — сказала я, всё ещё держа руки поднятыми.

— Скажи ей, — прорычал Тристан отцу.

Он снова замахнулся пистолетом, словно собираясь ещё раз ударить его рукоятью.

— Прекрати! — закричала я, когда папа вздрогнул и закрыл лицо руками.

У папы на виске уже наливался огромный багровый синяк.

— Скажи ей! — снова заорал Тристан.

— Когда ты родилась… в той пещере в Перу… рядом с твоей матерью появился кинжал, — сказал папа. Он покосился на Тристана, прежде чем продолжить. — Чёрный, как сама ночь, покрытый древними символами. Твоя мама настояла, чтобы мы отнесли его Ли и убедились, действительно ли ты обладаешь способностями Рождённой временем. Он показал кинжал своему народу, и они подтвердили то, о чём я подозревал. Это правда, Лив. Ты можешь путешествовать во времени.

Я пошатнулась и сделала шаг назад, не в силах осмыслить происходящее. Всё это уже было в папином дневнике. И он действительно во всё это верил.

Я перевела взгляд на Тристана.

— Как ты… Как ты всё это услышал?

— Ты сказала, что собираешься позавтракать с отцом, поэтому я сразу приехал сюда и спрятался в лесу, — ответил Тристан. — Я надеялся, что именно это он и собирается тебе рассказать, ведь сегодня ночью полнолуние.

— Ты шпионил за нами? — У меня отвисла челюсть.

— Я шпионю за тобой уже пять лет. — Свободной рукой он залез в карман куртки и достал маленькое записывающее устройство. — Но сегодня мне хотелось услышать всё собственными ушами.

Он нажал кнопку воспроизведения, и по комнате разнёсся наш сегодняшний разговор с папой.

Когда прозвучал момент, в котором мы услышали удар в окно, я замерла.

— Так это был ты за окном?

— Ага. Я уже решил, что спалился. Особенно когда ты подошла к окну и начала осматриваться. Тогда я подумал, что мне конец, — сказал Тристан с ухмылкой.

— Но как ты… — начала я.

— Пробрался в дом твоего отца и установил прослушку? Легкотня, сладкая. У твоего старика бывают приступы рыданий… После них он совершенно выматывается, напивается и вырубается мертвецки пьяным. — Тристан мерзко рассмеялся.

— Я не пил… уже несколько недель, Оливия, клянусь, — сказал папа.

— Мне так жаль, что я не поверила тебе сегодня утром, пап.

В голове всё смешалось: новость о том, что я якобы могу путешествовать во времени; зло, скрывавшееся в человеке, которого я считала идеальным парнем; Ли и папа, столько лет скрывавшие от меня правду…

— Я должен был рассказать… — начал папа.

— Завали ебало, Джек, — прошипел Тристан. — Сейчас не время для слезливых признаний, объятий и поцелуйчиков. Ты жалкий слабак.

Папа заплакал, и моё сердце разлетелось на куски.

Тристан взвёл курок и с размаху ударил папу пистолетом по лицу.

Я бросилась к руке Тристана. Он резко развернулся и упёр дуло мне в грудь.

— Даже не думай, что я, блядь, не нажму на курок, Лив, — сказал он, глядя на меня холодными, мёртвыми глазами. — Встань. Живо.

Мысли лихорадочно заметались.

Как быстро я смогу дотянуться до своего Глока? Я могу пристрелить этого ублюдка и покончить со всем.

Тристан поднялся и мгновенно оказался у меня за спиной, словно прочитал мои мысли. Он прижал пистолет к моему виску, а затем его рука медленно скользнула по моему боку. Добравшись до края моей юбки, он задрал её.

— Вот так сюрприз. Я слишком хорошо тебя знаю, — прошептал он мне на ухо.

Меня передёрнуло.

Ещё вчера ночью этот мужчина страстно занимался со мной любовью, шепча мне на ухо ласковые слова.

Я уже собиралась с силой врезать локтем ему в рёбра и переломать парочку, но он произнёс:

— Даже не пытайся. Иначе умрёшь ты, умрёт твой отец, а потом я доберусь до Ли.

Я замерла, пока он расстёгивал кобуру на моём бедре. Глок упал на пол. Его рука задержалась на внутренней стороне моего бедра.

От одного его прикосновения меня затошнило.

Он отшвырнул мой пистолет ногой и приказал:

— Сядь.

Я подчинилась и осторожно опустилась на кухонный стул. Он навис надо мной.

— Да-да, я знаю, ты способна надрать мне задницу и всё такое. Но не сегодня. Попробуешь что-нибудь выкинуть со мной, даже тот фокус, который только что попыталась провернуть, — и твой отец получит первую пулю. Следующей будешь ты. Поняла?

— Поняла, — процедила я сквозь стиснутые зубы. — Папа, где этот кинжал?

— Не знаю, — ответил он. Его щека покраснела и уже сильно опухла. — Тебе придётся спросить Ли. Он поклялся спрятать кинжал и сохранить в безопасности и его… и тебя.

Из моей груди вырвалось глухое рычание.

— Ты же знаешь, что Ли не пользуется мобильным телефоном. Придётся ехать к нему лично.

— Так езжай. — Тристан махнул Глоком в сторону двери.

— Только не тронь моего отца, пока меня не будет. Даже пальцем.

Я нерешительно посмотрела на папу, затем вскочила на ноги и выбежала из дома, бросившись к своему Джипу Врэнглеру. Я уже мчалась по дороге, подняв гравий из-под колёс, ещё до того, как успела захлопнуть дверцу.

Добравшись до дома Ли, я резко ударила по тормозам, машину занесло, и она с визгом остановилась. Я выпрыгнула с водительского места.

— Ли! — закричала я, сложив ладони рупором у рта. — Ли Мун! Где ты?

— Маленькая Луна?

Его голос донёсся снаружи, из-за дома, и я тут же бросилась туда.

Я нашла его на заднем дворе. Он колол дрова. Хотя ему, как и моему отцу, было уже далеко за шестьдесят, его тело оставалось крепким и сильным. Он широко размахнулся и опустил топор, с лёгкостью расколов полено надвое.

— Маленькая Луна, — сказал он, заметив меня.

Как всегда, на его шее висело ожерелье с зубом гризли.