— Я преторианец³ императора. Тебе лучше относиться ко мне с уважением.

Я стиснула зубы и промолчала, тяжело дыша в пурпурное покрывало, пахнувшее мускусом и мужчиной.

Заломив мне руки за спину, он произнёс:

— Если будешь выполнять мои приказы, я помогу тебе. Если попытаешься сбежать, я выслежу тебя. И тогда мы посмотрим, кто из нас двоих окажется смертоноснее.

По моему позвоночнику пробежал холодок.

— Хорошо, — прошептала я.

— Хорошо? — переспросил он.

— Именно это я и сказала. А теперь отпусти меня.

— Амара! — громко позвал Роман, отпуская меня.

Я перекатилась на спину и одним резким движением вскочила на ноги, тут же отступив от него в сторону. Никто и никогда не обращался со мной подобным образом, и мне это совсем не нравилось. Мне хотелось врезать этому ублюдку и сделать ему больно… но я должна была сдержаться.

Амара появилась в дверном проёме.

— Да, Роман?

— Пожалуйста, проводи Оливию обратно в её комнату, — сказал он.

— Пойдём со мной, — сказала Амара.

— Она же прямо за соседней дверью, — резко бросила я.

Роман схватил меня за плечо, крепко сжав его своими сильными пальцами.

— Немедленно извинись перед Амарой. Именно она все эти дни не давала тебе умереть.

Я тяжело вздохнула и перевела на Амару более мягкий взгляд.

— Мне правда очень жаль. Я сама не своя. У меня болит голова, болит сердце, и я совершенно запуталась. Но мне не следовало срываться на вас. Простите.

Амара кивнула и указала рукой на дверь.

— Пойдём, дитя. Тебе нужно отдохнуть. Я приготовила для тебя целебный отвар, и утром тебе станет лучше.

Пристыженная, я вышла из комнаты.

Оставшись одна в своей спальне, я принялась мерить её шагами.

— Как мне выбраться отсюда? — пробормотала я себе под нос. — Я не могу сосредоточиться. Всё, чего мне хочется, — это сбежать… Но куда? Я не знаю, где нахожусь и как сюда попала. Что мне теперь делать? И этот Роман… Он наверняка станет моей погибелью. Как я вообще могу ему доверять?

Я без сил опустилась на стул в углу комнаты. Я была совершенно потеряна и не имела ни малейшего представления, как отсюда выбраться.

Одинокая слеза медленно скатилась по моей щеке, пока усталость тяжёлым грузом наваливалась на всё тело. Погружаясь в сон, я почувствовала, как сильные руки подняли меня и бережно уложили на кровать.

Роман провёл рукой по моим длинным волосам, осторожно расправляя их на подушке.

Я была слишком измучена, чтобы открыть глаза.

Уже проваливаясь в сон, я услышала последние слова Романа.

— Почему ты появилась именно сейчас? Почему именно в этот момент моей жизни?

Как же мне хотелось знать ответы на эти вопросы.

Но сейчас всё, что я могла, — это погрузиться в глубокий сон без сновидений.

Амара тихонько напевала и щебетала, словно маленькая птичка, хлопоча на кухне, в то время как я вела себя как двухлетний ребёнок, закативший истерику.

— Вы должны отпустить меня, Амара. Мне нужно вернуться к своим близким, — сказала я, стоя на коленях и оттирая плитку тряпкой и тазом с водой.

Она загрузила меня работой настолько, что у меня почти не оставалось времени думать. Но поворчать минутку я всё же находила.

Амара замерла, словно огородное пугало. В одной руке она держала нож, а в другой — освежёванного кролика без головы, хвоста и лап.

— Если ты уйдёшь, милая, отвечать придётся мне, и это будет ужасно. Твой побег очень расстроит Романа, а виноватой окажусь я, потому что позволила тебе уйти. Разве ты не понимаешь?

Я тяжело вздохнула, окунула тряпку в прохладную воду и изо всех сил её выжала.

— Итак, кроме мытья полов, чем ещё мне придётся заниматься?

За последние три дня я вычистила каждый уголок этого прекрасного дома, включая небольшой бассейн в атрии.

Амара улыбнулась.

— Сегодня мы пойдём в город за продуктами.

— Правда? — На моём лице тут же появилась улыбка. Одна только мысль о том, что можно выйти из этого дома, привела меня в восторг.

— Да. Мы отправимся, как только будет готово рагу из кролика. — Амара снова принялась разделывать тушку.

Я вздохнула.

До того момента, как будет готово рагу, могло пройти ещё несколько часов.

А пока мне оставалось только продолжать драить плитку.

Как я и предполагала, мы вышли из дома почти через два часа. По крайней мере, бесконечная уборка помогала хоть немного поддерживать тело в форме. Я уже несколько дней не тренировалась и чувствовала, что мышцы начинают терять тонус.

Я с наслаждением подставила лицо солнечным лучам, пока мы с корзинами для продуктов шагали по мощёным улицам в сторону города. Я слишком долго просидела взаперти в каменном доме Романа и почти не выходила наружу.

Проходя мимо домов, где жили горожане, я сразу заметила огромную разницу между богатыми и бедными. Дом Романа казался настоящим дворцом по сравнению с плохо построенными многоэтажными башнями, больше напоминавшими трущобы. Из этих домов выходили взрослые и дети — измождённые, худые, измученные. Меня мгновенно охватило желание защитить их, и я поспешила увести Амару подальше от этого многолюдного места.

Мы вышли на улицу, вдоль которой тянулись колонны и каменные здания. Торговцы сидели возле своих товаров, продавая мясо, рыбу, сыры, овощи, оливковое масло и корзины, наполненные яркими специями. Я потянула Амару в сторону, уступая дорогу стаду коз. Те громко блеяли, торопливо пробираясь сквозь толпу вслед за своим хозяином.

Куры кудахтали и отчаянно хлопали крыльями в своих плетёных корзинах, а беспородные собаки носились по улицам в поисках лёгкой добычи.

К нам подбежал худенький мальчишка лет тринадцати с сияющими глазами.

— Госпожа! Госпожа! — окликнул он.

Я знаю этого мальчика?

Или он собирается причинить нам вред?

Я шагнула вперёд, заслоняя собой Амару.

Мальчишка затормозил прямо передо мной, скользнув по мостовой в своих сандалиях.

— Я видел вас! Я видел вас там, на берегу!

В памяти вспыхнули смутные образы: песчаный пляж, моё пробуждение и воины, окружившие меня.

Несколько человек обернулись и уставились на меня.

— Я… э-э… не совсем понимаю, о чём ты, — сказала я, надеясь не привлекать к себе ещё больше внимания. Несмотря на то что на мне была белая стола, скрывавшая меня с головы до ног, я была уверена, что выделяюсь среди окружающих своим высоким ростом и длинными рыжими волосами.

— Я хочу быть таким, как вы! — Мальчишка был весь как на шарнирах: длинные худые руки и ноги на тощем теле. Его плечи и щека были покрыты синяками, и это сразу меня насторожило.

Именно с такими детьми я занималась дома — с теми, кого били и кто должен был научиться защищать себя.

— Антоний, — строго произнесла Амара. — Где твои манеры?

Она тревожно огляделась по сторонам, затем жестом предложила нам отойти к краю дороги, чтобы не мешать прохожим.

— Простите… Просто я так рад познакомиться с вами, госпожа. Вы научите меня драться?

Сердце глухо застучало у меня в груди. Мне совсем не хотелось привлекать к себе лишнее внимание.

— Говори тише, — прошипела я. — И нет, я не могу научить тебя драться.

Не только потому, что учить этого мальчика бою казалось плохой идеей. Это ещё и совершенно не вписывалось в мой план сбежать отсюда, как только я найду такую возможность. Несмотря на предупреждения Романа, я отчаянно пыталась придумать способ вернуться домой.

Я обняла Амару за плечи и мягко повела её дальше по улице.

— Давайте продолжим наши покупки, хорошо?

Мальчишка бросился ко мне и схватил меня за руку.

— Пожалуйста. Вы должны мне помочь. Я живу с очень плохим человеком. Видите эти синяки? — Он указал на фиолетово-жёлтые следы на руках и щеке. — Это он сделал со мной, потому что я не успел вовремя убрать дом. Он выволок меня прямо на улицу. Пожалуйста. Вы должны мне помочь.