— Что вы имеете в виду? — насторожился жрец.

— В тот раз я не смог его подчинить. Мне прислуживает другой демон-командир.

— Другой? То есть, вы сумели одолеть уже двоих? И откуда же взялся ваш?

— Это долгая история.

— Это не ответ, лорд Мортейн.

— Знаю, — я улыбнулся и добавил. — Будьте уверены, до тех мест вам не добраться.

Не говорить же ему, что Кассия пришла со мной из другого мира. Будь она мертва, то, скорее всего, уже возродилась бы в этом, подобно Адриану. Но, пока она со мной, этого не случится.

Немного помолчав, Астор потянулся к папке и, раскрыв ее, достал один из листов.

— Лорд Мортейн, сегодня нам необходимо принять решение, которое, вероятно, повлияет на весь мир. И связано оно с вами. Продолжим же нашу беседу.

Следующие секунд двадцать Астор глядел в лист, будто впервые его видел и пытался понять смысл текста. А затем опустил бумагу и взглянул уже на меня.

— Нам интересно… нет, не так. Нам важно знать все о вашей способности, лорд Мортейн. Это связано с тем, что нам необходимо принять решение, действительно ли способности к призыву и подчинению демонов не относятся к запретной магии.

— Я уже объяснил, как работает моя магия.

— Что насчет ограничений, лорд Мортейн? Что вам требуется для призыва?

Примерно о том же говорила и Рика. Не удивительно, ведь столица их и отправила сюда. А если точнее — кто-то из церкви. Вот бы выяснить, кто именно. Но если расскажу о встрече с убийцами, то о сделке с Безмолвными можно будет забыть. Если церковь узнает, что их поймали на горячем, сидеть на месте они не станут. Хотя, они в принципе не оставят меня в покое. Вопрос только, к чему мы придем, и насколько моя жизнь усложнится.

— Призыв простых демонов не требует практически ничего. Разве что, небольшой передышки. А вот призыв демона-командира гораздо более сложен. Она требует жертвы.

— Жертвы? — священник чуть придвинулся, внимательно слушая меня.

Само собой, правду говорить я не стану. Пусть думают, что магия имеет серьезные ограничения. Но не для меня, а для других. Страх — прекрасный инструмент.

— Демон-командир должен поддерживает свои силы и получать награду. Это условия сделки. Простыми словами, каждый раз, когда я ее призываю, мне необходимо заплатить жертву

— О какой жертве идет речь, лорд Мортейн?

— Человеческие жизни, конечно.

— Что… что вы…

— Впервые на людях я призвал своего демона-командира во время осады моего города. Хотя, едва ли ту стычку можно назвать осадой. Уверен, вы уже выяснили, сколько солдат погибло меньше чем за двое суток.

— Хотите сказать, они и стали жертвой?

— Верно. Демон-командир расправился с огромной армией. Все они стали подношением для призыва.

— Как-то странно, что подношение нужно уже после призыва.

— Сам призыв я контролирую, но количество сил демона зависит от жертвы. Представим ситуацию, что я решу захватить город. Скажите мне, сколько примерно солдат может располагаться в среднем по размеру городе? Скажем, сколько их в моем?

— Уверен, что больше десяти тысяч.

— Верно. Достаточно призвать демона и отдать приказ убивать только вооруженных солдат. Таким образом я и от врага избавлюсь, и жертву уплачу. Удобно, не правда ли?

— Действительно, — священник, сжав пальцы в кулаки, но постарался успокоиться. Уверен, он думает сейчас о том, что подобная жертва очень уж удобна для захватчика. Если брать в пример войну — воевать без людей не получится, а значит и демон сможет разгуляться. Этого я и добивался.

— А что по поводу времени на призыв?

— Этого я сказать не могу, Астор. Считайте, что мой предел — несколько раз в день.

— Несколько раз? Вы ведь не просто так скрываете подобную информацию. Ну хорошо. Раз так, я перейду к следующему пункту нашей встречи. Он связан с короной.

— Так.

— Буду говорить прямо, вы прекрасно понимаете, как мир может отнестись к подобной силе. К тому же, по нашим данным, прямо сейчас вы наращиваете боевую мощь и…

— Нет, вы ошибаетесь.

— И в чем же? — нахмурился жрец.

— Моя боевая мощь без сомнений растет, но я заключаю договора с другими городами не ради этого. Можно сказать, армия меня интересует в последнюю очередь. Все, чего я хочу — спокойной жизни.

— Спокойной? Раз так…

— Скажите, Астор, — перебил я его. — Почему лорд Кинуара, Освальд Мерсон, решил напасть на меня?

— Деталей я не знаю. Военный город на окраине континента всегда жил по своим правилам. Со столицей у лорда Освальда не было конфликтов. Скажу больше, нам было выгодно поддерживать с ним мир из-за армии и успехов в военном деле.

— Да, но почему он напал на Норвелл? Может, из-за подземелья? Или ему просто захотелось больше власти?

— Как и сказал, деталей я не знаю, лорд Мортейн.

— И правда, откуда бы вам знать о целях города, коим вы так интересовались. Ну да неважно. Суть одна — мой покой потревожили. Мало того, я даже не получил письмо о начале войны. К моим стенам просто направили армию. А незадолго до этого был убит мой отец. И, надо же, его труп обнаружили как раз в том направлении.

— К чему вы клоните?

— Я хочу спокойной жизни, но, скажите мне, возможно ли это, когда тебя окружают люди, думающие только о власти?

— Вы считает, что если подчините все города вокруг, то и опасаться будет некого?

— Именно, — кивнул я, откинувшись на спинку дивана.

— Помимо нашей страны, лорд Мортейн, есть и другие. Также есть столица, в которой придерживаются несколько других взглядов и правил. Это я уже не говорю о том, что союзник всегда может обернуться врагом. Вы правда считаете, что захват континента принесет в вашу жизнь спокойствие?

— Да, считаю. Другие города меня не предадут. Знаете, почему?

— И почему же?

— Потому что они знают цену своей жизни. Кинуар стал прекрасным примером того, как легко жизни обрываются. Только представьте — прекрасный военный город, который не знал ни единого поражения, был поставлен на колени за считанные дни. Армия была разбита, а город взять. Причем даже без армии.

— Но одной силой многого не добиться, лорд Мортейн.

— Знаю. Именно поэтому Кинуар остался в руках юной леди, дочери Освальда. Да, город принадлежит мне, но правит им она. Что касается Сорана и Астарии — ситуация аналогичная. Больше скажу, совсем недавно я заключил дружбу с еще двумя городами — Ронором и Норуном. И ни в одном из городов я не посадил на трон своего человека.

— Мы знаем об этом, — процедил священник сквозь зубы. Он более сдержан, чем его товарищ, но уже и сам на грани.

— Также вы упомянули другие станы и столицу. Действительно, враг может объявиться, где угодно. Но, скажите, Астор, что мне помешает развязать очередную войну ради спокойной жизни?

— Вы ведь сейчас о других странах?

— Разумеется, — я улыбнулся. Ждал этого уточнения. — Что же касается столицы. Мне кажется, королю с королевой нет дела ни до моего города, ни до меня. Волновать может лишь магия, а если точнее — власть над демоном-командиром. И корона, и вы сейчас видите во мне отнюдь не своего союзника.

— С чего вы это взяли?

— Потому что это логично. Позвольте предположить, самую интересную тему для обсуждения вы оставили на десерт, так ведь?

Цыкнув, Астор наконец положил лист на стол и пододвинул его ко мне.

— Вы проницательны, лорд Мортейн. Мы прибыли сюда с двумя целями. Во-первых, нам необходимо было понять, является ли ваш тип магии запретным. Ну а во-вторых, как вы поступите в отношении столицы и нашего континента. Скажу прямо — первое тесно связано со вторым.

— Вот мы и подошли к главному. На самом деле, вас не интересует, запретная моя магия или нет. Вас интересуют ее возможности. Сейчас вы предложите мне варианты, я прав?

— Да, вы правы. Закрыть глаза на такую силу не может ни корона, ни церковь. Вы должны это понимать. А потому мы бы хотели заключить с вами договор, благодаря которому вы наконец обретете ту спокойную жизнь, о которой грезите.