Спустившись на первый этаж и встав у лестницы, я скрестил руки на груди и стал ждать. Благо, достопочтенные гости не стали слишком наглеть. Уже через несколько минут главные двери раскрылись. Внутрь вбежал стражник и, заметив меня, тут же выпрямился.

— Господин…

— Пусть заходят, — опередил я его.

— Да, — он поклонился и спешно выбежал. Следом уже два других стражника раскрыли двери и в проходе показались прибывшие. Тот самый пухлый мужичок оказался не одним таким экземпляром. Рядом с ним возникли еще двое интересных кадров. Первый — такой же пухленький, богато одетый мужик лет сорока. Возраст выдавала легкая щетина, седые волоски и слишком уж самоуверенная ухмылка. Второй, наоборот, худой и высокий. В руках у него несколько папок, на плече сумка, костюм куда более строгий. Лишь его взгляд показался мне серьезным, оценивающим. Он не кричал о самоуверенности. Мужчина смотрел на меня, как на равного себе. На того, с кем можно вести осмысленную беседу.

Ну что ж, приступим.

Опустив руки, я прошел вперед и остановился в полуметре от прибывших гостей. Сразу протянул руку.

— Добро пожаловать в поместье Мортейн.

Представление началось сразу. Пухленький мужичок, брезгливо взглянув на мою руку, а затем протянул свою тыльной стороной ладони кверху, желая, видимо, чтобы ее поцеловали.

— Можете называть меня господином Виссарионом. Я один из жрецов церкви нашего континента. Справа от меня стоит Астор, еще один жрец. Слева наш помощник Густав.

Стоя с протянутой рукой и глядя на него, я подумал лишь об одном — как же хочется впечатать его в пол и посмотреть на то, как скривится это круглощекое личико. Но так поступать нельзя. По крайней мере, не сразу. Я могу понять, почему они такие напыщенные индюки. Власть церкви абсолютна. Эти два жреца привыкли к подобному отношению. Но, увы, они приехали не в тот дом и не к тому лорду.

— Прошу прощения, — я улыбнулся, опустив свою руку. — Вы сейчас находитесь в Норвелле, в поместье лорда Мортейна. Здесь есть лишь один человек, к которому должно обращаться, как к господину. И это я.

— Вот как, — усмехнувшись, Виссарион опустил свою руку, обтерев ее о свой наряд, словно измарался воздухом. — Я в курсе, кто вы такой, лорд Мортейн. Но и вы должны понимать, с кем говорите. Имейте уважение перед…

— Разумеется, Виссарион, — я перебил его и намеренно сделал акцент на имени, с трудом сдержав смешок. — Уважение к вам проявят. Столько, сколько я посчитаю нужным. Если мы закончили со знакомством, прошу следовать за мной.

Заметив, что он уже начал краснеть от злости и даже открыл рот, чтобы ответить, я сразу развернулся и направился к лестнице. Коснулся руки Агаты, поцеловал ее в тыльную сторону ладони и повел за собой. Намеренно поступил так, чтобы показать — даже моя женщина стоит выше приехавших павлинов.

Поднявшись на нужный этаж, мы прошли в дальнюю комнату, в мой кабинет. Я пропустил гостей внутрь, пригласил Агату и зашел сам. Сандра прибыла почти сразу. Она принесла несколько бутылок крепкого алкоголя и сок, о которых я попросил заранее. Девушка расположила все это на столе и, отложив поднос, встала за диванчиком. Мы с Агатой сели на него. Двое жрецов расположились напротив. Их помощник также встал за их спинами.

— Итак, Виссарион, Астор, для начала позвольте поблагодарить вас за такой скорый визит.

— У нас были дела поважнее встречи с вами, лорд Мортейн, — хмыкнул Виссарион. Он щелкнул пальцами, и Густав протянул ему одну из папок. Она оказалась на столе, но сразу тянуться к ней я не стал. Продолжил смотреть жрецу в глаза. — Церковь распорядилась выяснить все детали насчет вас, вашей магии и ваших целей. Сами понимаете, то, как вы проявили себя, не могло остаться незамеченным.

— Это только ваше мнение, или короны тоже? — уточнил я.

— И наше, и короны. Однако представляем интерес правителей именно мы. Понимаете, насколько важна наша встреча?

— Догадываюсь. И чего же вы хотите? Об этом мне так и не сообщили.

— Во-первых, лорд Мортейн, сообщите нам подробности о вашей магии, — сказав это, Виссарион снова щелкнул пальцами. Густав достал блокнот с пером прямо из кармана, готовясь записывать. Удобный подручный.

— В письме, которое я отправлял в столицу, все было предельно ясно расписано. Я объявил о виде магии, который прежде был неизвестен этому миру. А именно — призыв, подчинение и контроль демонов.

— Именно демонов?

— Да, — кивнул я. — Как слабых, так и сильных. А еще…

— Командиров, так ведь? — закончил за меня жрец. — Нам доложили, что именно командир демонов помог вам в завоевании военного города и расширении власти с другими.

— Вы правы. Моя Кассия — одна из командиров демонов.

— И что же требуется для подчинения и призыва такого могущественного существа?

— Сила, очевидно, — усмехнулся я. Знал, что это не понравится жрецу, и не ошибся.

— Лорд Мортейн, — нахмурился он, — я прошу вас отнестись к нашему разговору серьезно. Вы ведь понимаете, какими могут быть последствия?

— Понимаю, разумеется. Но еще я понимаю, что вам на данный момент мы с вами в равных положениях.

— В равных? Я спрошу еще раз — вы понимаете, какими могут быть последствия?

Вздохнув, я откинулся на спинку дивана, закинул ногу на ногу и приобнял Агату за талию, прижав ее к себе. Моя дерзость заставила жрецов нахмуриться, но мне было все равно. Я прекрасно понимаю, что сейчас стоит быть осторожным. Агата тоже это понимает. Видно по ее лицу, как она нервничает. Но смысла стелиться перед священниками или хотя бы вести себя скромно просто нет.

— Я отвечу на ваш вопрос, Виссарион, — произнес я с улыбкой. — Для подчинения и призыва такого могущественного существа, как командир демонов, требуется сила, чтобы его одолеть, а еще много энергии, чтобы призвать и удерживать достаточно долго. Видите ли, командиры демонов отличаются от простых демонов. Они обладают разумом, что не уступает человеческому. Их характер достаточно высокомерен, а требования высоки. Даже после призыва, если я буду мягкотелым, демон потеряет ко мне уважение. Я ни в коем случае не хочу оскорбить тех, кто обладает властью, не уступающей власти короны, но, Виссарион, и вы должны понимать разницу между вами, уважаемой церковью, и той, кто способен разорить весь континент.

— Так значит, вы считаете, что власть над командиром демонов дает вам право делать, что хочется?

— Да, это так.

— Ваш ответ можно считать за оскорбление церкви и короны. Что если мы посчитаем вас нашим врагом?

— А вам хочется так считать?

Виссарион хотел ответить, но замялся, цыкнув. Он явно не привык к тому, что его не боготворят. И тут в разговор вступил его товарищ. Астор взглянул на меня с улыбкой. Правда, в глазах плескалась точно такая же ненависть и высокомерие, что и у его дружка.

— Лорд Мортейн, кажется, мы не с того начали. Давайте говорить на чистоту. Очевидно, что ни нам, ни вам не интересна эта встреча.

— А вы мне нравитесь, — я усмехнулся и, в знак уважения, отпустил Агату и выпрямился. — Я не питаю ненависти к церкви, и, скажу прямо, не хочу с вами враждовать. Но все ведь зависит от того, как пройдет эта встреча, я прав?

— Да, именно так. Мы прибыли сюда, чтобы понять, как относиться к вам в дальнейшем. По этой причине я прошу вас быть сдержанней. С нашей стороны тоже было неучтиво проявляться неуважение.

— Продолжайте.

— Я благодарен, что вы ответили на наш вопрос. Но у нас есть и другие. Вы сказали, что для подчинения демона необходимо его одолеть.

— Это так.

— Значит, вы действительно справились с командиром, которого можете призвать. Позвольте узнать, тот ли это демон, о котором до нас доходили слухи? В вашем подземелье ведь объявлялся командир.

— Объявлялся. В доказательство победы над ним в нашей гильдии вы сможете увидеть клинок демона-командира. Подобное оружие не выковать никому из людей или прочих рас. Слишком много рун. Но вас ведь интересует не это. Убитый в моем подземелье демон-командир не имеет отношения к той, кого я призываю.