— Ты хотел выжить. Это нормально.

— Нормально для человека. Для дракона трусость.

— А для меня инстинкт самосохранения. Ты не можешь винить себя за то, что хотел жить.

Он долго смотрел на меня. Потом вздохнул.

— Ты удивительная. Я только что признался тебе в трусости, а ты находишь мне оправдания.

— Это не оправдания. Это правда. Ты был один против врага, который убивал драконов. У тебя не было шансов. Ты сделал то, что считал правильным в тот момент. А теперь ты здесь. Со мной. И можешь искупить свою вину.

— Каким образом?

— Живя. Помогая. Восстанавливая магию. Обучая новых магов. Ты последний дракон. Ты можешь сделать так, чтобы драконья магия не исчезла окончательно.

— Ты говоришь как Морганус, — он усмехнулся.

— Морганус твой ученик. Может, он научился у тебя.

— Может быть.

Мы сидели в тишине. Чай остыл, но никто не вставал, чтобы подогреть его. За окном снова начинался дождь, мелкий, моросящий. Капли барабанили по подоконнику.

— Знаешь, — сказала я, — у нас обоих есть прошлое, которое нас тяготит. У меня неуверенность и бывший-идиот. У тебя Архимаг и чувство вины. Но мы здесь. Вместе. И это главное.

— Ты права, — он взял мою руку. — Прошлое — это прошлое. Будущее неизвестно. Но настоящее...

— Настоящее это мы, — закончила я.

Он улыбнулся и поцеловал мои пальцы.

*****

Остаток дня мы провели вдвоём. Никаких Академий, никаких конспектов, никаких экзаменов. Просто мы. Просто дом.

Мы завтракали (Ксандер в форме ящера пил чай и критиковал мои тосты), читали книги, разговаривали. Он рассказывал о своём времени, о том, как выглядел город, на месте которого теперь стояла Академия. О магических существах, которые вымерли или спрятались. О небе, которое было выше и чище. Я слушала, затаив дыхание. Он был живой историей. Живой легендой. И он был моим.

А вечером, когда стемнело, он снова перекинулся в человеческую форму и лёг рядом со мной в кровать. Мы не занимались сексом, просто лежали в обнимку, и его крылья укрывали нас, как всегда.

— Завтра я снова пойду в Академию, — сказала я.

— Знаю.

— Мне нужно будет встретиться с профессором Морганом. Обсудить диплом. И, наверное, с Вэллсом, он опять что-то хотел.

— Вэллс, — повторил Ксандер, и его голос стал жёстче. — Будь с ним осторожна.

— Ты всё ещё думаешь, что он опасен?

— Я это знаю. Я пока не понял, чем именно, но знаю. У него скользкая аура, и он слишком интересуется нашей связью. Пожалуйста, не оставайся с ним наедине.

— Хорошо. Обещаю.

Он поцеловал меня в висок.

— Спи, Мира. Завтра будет новый день.

— И что нас ждёт?

— Всё, — сказал он. — Всё, что мы захотим.

Я закрыла глаза. Его сердце билось где-то у моего уха, ровно, спокойно, убаюкивающе. За окном шумел дождь. В комнате пахло чаем, магией и им. И я знала, что бы ни случилось завтра, мы справимся.

Вместе.

Глава 15. Сосуд бессмертия

Профессор Морган был не в духе.

Я поняла это сразу, как только переступила порог его кабинета. Старик сидел за столом, заваленным бумагами, и хмурился так, словно все эти бумаги лично его оскорбили. Его седые брови сошлись на переносице, губы были поджаты, а пальцы нервно постукивали по столешнице. Перед ним лежал раскрытый том в потрёпанном кожаном переплёте, судя по виду, очень старый.

— Профессор? — осторожно позвала я. — Вы хотели меня видеть?

Он поднял глаза. Взгляд был рассеянным, словно он только что вернулся из какого-то далёкого путешествия по страницам истории.

— А, Вэнь. Да. Проходите. Садитесь.

Я села на стул напротив. В кабинете пахло пылью, старыми книгами и тем особым запахом, который бывает только в помещениях, где десятилетиями работают с магическими артефактами. На полках теснились тома в кожаных переплётах, свитки, какие-то коробочки и кристаллы. Окно было зашторено, и единственным источником света служила настольная лампа под зелёным абажуром.

— Я хотел поговорить о вашем драконе, — сказал Морган без предисловий.

— О Ксандере?

— О Ксандриэле Игнисе, Лорде Западного Пика, Повелителе Грозового Ущелья, последнем из рода Небесных Драконов, — перечислил он с той особой интонацией, с какой зачитывают титулы на официальных церемониях. — Да, о нём.

Я напряглась.

— Что-то случилось?

— Пока нет. Но может случиться, — он придвинул ко мне раскрытый том. — Взгляните сюда.

Я наклонилась. Страницы были пожелтевшими, хрупкими, исписанными выцветшими чернилами на каком-то древнем языке. Но среди незнакомых букв я разглядела иллюстрацию, рисунок дракона с расправленными крыльями. И подпись: «Игнис».

— Это хроники Архимага, — сказал Морган. — Я поднял их после того, как вы привели Ксандриэля в Академию. Хотел освежить память. И нашёл кое-что... тревожное.

— Что именно?

— Архимаг, который истребил драконов пятьсот лет назад, не умер, — Морган посмотрел на меня поверх очков. — Он нашёл способ продлить себе жизнь.

Внутри у меня всё похолодело.

— Ксандер говорил об этом. Но он думал, что Архимаг всё-таки умер.

— Все так думали. Хроники утверждают обратное, — он перелистнул страницу. — Вот, читайте.

Я вгляделась в текст. Он был на староанглийском, но я достаточно хорошо знала этот язык, чтобы разобрать смысл.

«И похитил Архимаг сущность драконью, и влил в сосуд бессмертия, и продлил дни свои сверх отпущенного смертным. И стал он не человеком, но и не драконом — тенью между мирами, вечно голодной, вечно ищущей».

— Что это значит? — прошептала я.

— Это значит, что Архимаг превратил себя в паразита. Он питается драконьей магией, чтобы поддерживать свою жизнь. Пятьсот лет он высасывал остатки магии из мира, но этого едва хватало. А теперь... — Морган сделал паузу, — теперь появился Ксандриэль. Последний живой дракон.

— Вы думаете, Архимаг будет охотиться на Ксандера?

— Я думаю, что он уже охотится, — Морган закрыл том. — Ваш дракон — самый мощный источник драконьей магии в мире. Если Архимаг узнает о нём, а он узнает, если ещё не узнал, он придёт за ним.

Я сжала руки в кулаки. Ногти впились в ладони.

— Что нам делать?

— Во-первых, быть осторожными. Ксандриэль ещё не восстановил полную силу, насколько я понимаю? — Я кивнула. — Значит, сейчас он уязвим. Во-вторых, нужно найти больше информации. Эти хроники — только обрывки. Где-то в Академии должны быть другие источники.

— Где?

— В Архивах, — он снял очки и протёр их платком. — Закрытая секция. Туда нет доступа студентам, но... — он снова водрузил очки на нос, — я могу сделать исключение. Учитывая обстоятельства.

Я выпрямилась.

— Когда?

— Сегодня. Сейчас. Если вы готовы.

— Я готова. Но... Ксандер? Ему нужно знать.

— Разумеется, — Морган кивнул. — Приводите его. В Архивы допускаются только маги с подтверждённым статусом, но дракон, полагаю, квалифицируется.

*****

Я вылетела из кабинета Моргана и почти бегом направилась домой. Ксандер был там, в форме ящера, как обычно, когда я уходила. Он сидел на книжной полке и перебирал свои «сокровища», коллекцию блестящих предметов, которая за последние недели пополнилась ещё одной моей серёжкой и крышкой от газировки.

—Ты рано, — заметил он. —Что-то случилось?

— Архимаг, — выдохнула я, переводя дыхание. — Он жив. Морган нашёл хроники. Архимаг не умер, он превратил себя в... в паразита, который питается драконьей магией.

Ксандер замер. Его хвост, который до этого ритмично покачивался, застыл. Чешуя чуть потускнела.

—Ты уверена?

— Морган показал мне текст. Там написано, что Архимаг похитил драконью сущность и продлил себе жизнь. И что он — «тень между мирами, вечно голодная».

—Тень между мирами, — повторил Ксандер. Его голос звучал глухо, словно он вспоминал что-то давно забытое. —Да. Это он. Я помню это выражение. Так его называли в конце войны.