Одно из висящих на стене поясных зеркал — центральное, в тяжёлой орихалковой раме — засияло. Поверхность дрогнула, точно рябь на воде, её затянуло туманом. А когда прояснилось, отражала она уже не серую от усталости физиономию Рийго, а мягкие сумерки дворцового парка. Морось долгих осенних дождей, мягкий свет фонарей. По меркам Нижнего двора уголок этот был неприметен и тих. Почти пуст посреди наполненных интригами и людьми павильонов. По аллее, устланной ковром павших листьев, шагала одинокая фигура: невысокая, тонкая, совсем ещё юная девушка в форменном плаще лицеистки.

Рийго слышал: один из его предшественников пытался запретить вербовку агентов среди гимназистов, а в идеале — вообще всех, кто младше определённого возраста. Великий князь Владивод инициативу эту, несомненно благую, мягко, но довольно решительно притормозил. «Если ученики уже доросли до преступлений, измен и крамолы, то доросли они и до службы», — сказал он тогда. Рийго систему, что неплохо себя показала, предпочёл без причины не трогать.

В строгом платье, в синем плаще, расшитом серебряной нитью, девушка на аллее выглядела прилежной и безобидной со всех сторон ученицей. Которой являлась на самом деле. В те моменты, когда не становилась, точно по щелчку пальцев, чем-то иным.

Словно почуяв чужое внимание, Сенья из Шалгу подняла лицо к небесам. На бледном овале провалами выделяли глаза: чёрные, раскосые, полные силы и льда. Очи проклятой борейки.

— Глава, — почти беззвучно сказала она. — Прошу полный доступ к следящим арканам.

Рийго выдохнул сквозь зубы беззвучно ругательство. И вслух бросил короткое:

— Разрешаю.

Когда Шалгу направили в Лицей ученицей и поручили присмотреть за свившими там гнездо интриганами, ей открыли также и защитные заклинания крепости Гнева. Не полностью, конечно, лишь самый верхний слой — следящие арканы, кой-какие щиты, линии связи с дворцовой охраной. В конце концов, Рийго собственную племянницу доверил заботам талантливой полукровки! Пришлось также дать инструменты, чтоб хоть подопечных своих при нужде могла отыскать на обширной территории Тихого парка.

Сенья возможностями не злоупотребляла. В использовании служебного положения для школьных пакостей замечена не была, запретов не нарушала, задания выполняла исправно. Ольгу, покуда могла, прикрывала, Соню чуть ли не с того света вытащила. Теперь вот прислала по экстренному каналу послание: Евгения из Талых Глубин, вопреки приказам целителей, покинула амбулаторию. И умудрилась как-то, не потревожив охраны, миновать врата и пройти в Нижний двор.

Само по себе это не было странным: не в княжеские покои ведь наставница пыталась пролезть! Персонал Лицея имел право перемещаться по открытым зонам на территории крепости. Пока не пытаются проникнуть на Высокий двор или выйти наружу, защита не пикнет. Ну и вопрос «как» не стоял: уж для мастера-то иллюзий проскользнуть незамеченной мимо гвардейских постов вовсе не представлялось чем-то непреодолимым и сложным.

Но… Зачем? Зачем Евгении, прямо сейчас, со смещёнными рёбрами, перебитым бедром и сломанным в трёх местах позвоночником, вставать и переться куда-то по оживлённым аллеям? В Нижнем дворе много чего было расположено, в том числе и палаты, в которых сидел сейчас сам Рийго. Но не в Тайный же приказ направлялась ведьма из Талых Глубин! Что ей нужно? Ответ на этот вопрос многое мог объяснить. Унтов дал юной Шалгу отмашку проследить за излишне активной наставницей.

В зеркале юная ученица свернула с дорожки. Протопала невозмутимо по влажному от долгих дождей газону, перемахнула через канаву, зашла за огромное, разветвлённое дерево. Листья с ветвей все почти уж опали, а вот поздние ярко-красные яблоки, напротив, лишь сильнее налились соком, медовым вкусом и магией. От румяных волшебных плодов изливались потоки аромата и силы. Спиралями закручивались вокруг непомерно широкого ствола, танцевали на пустынных аллеях. И сбивали заодно настройки следящих арканов и заклинаний — факт, который Рийго только сейчас смог заметить.

Шалгу, ни минуты не колеблясь, шагнула в самый центр колдовских незримых течений. Прислонилась к стволу. Сверху к ней легко сбежала с ветвей любопытная белка. Потянула любопытным носом, будто ожидая: будет ли угощение? Сенья бледно улыбнулась и стянула перчатку. Протянула стражу кончики пальцев, позволяя обнюхать. Белочка, придирчиво осмотрев лицеистку со всех сторон, пошевелила усами. И, взмахнув небрежно хвостом, ускакала обратно.

Ну, по крайней мере, можно быть уверенным, что Шалгу там сейчас — настоящая. Не одна из наведённых Евгенией из Талых Глубин иллюзий. Уже легче.

Полминуты ничего не происходило. Вечерело, моросил дождь, фонари сияли всё ярче. В глубине аллеи показалась ещё одна фигура: стройный силуэт под зонтом, среди сумрачного листопада, будто нарисованный поверх осенней картины лёгкими, стремительными мазками. Рийго прищурился, листая слои следящих арканов, ища правду сквозь вуали иллюзий.

Изображение вновь обрело резкость. Да, это была Евгения, и она заметно хромала. Неестественно прямая спина, шея скована жёстким медицинским воротником. Дошла до изящной скамейки, с облегченьем присела. Как раз под старым раскидистым деревом, на чьих ветках покачивались, источая волшебство, дивные яблоки, а за стволом притаилась терпеливо и хищно юная Шалгу.

Вдруг обе женщины напряглись. Рийго, ругаясь под нос, вновь потянулся к зеркалу, начал править настройки. Новые действующие лица появились перед его взглядом внезапно. Вот только что никого на аллее не было, и вдруг: подходят к скамейке три высоких фигуры. Двое мужчин — те были на пару шагов позади, скорее сопровождающие, нежели главные лица. Перед ними женщина: очень стройная, в шляпке с вуалью поверх светлых кос, в элегантном пальто поверх длинного платья со шлейфом. Подошла, опустилась на скамейку рядом с Евгенией. Оба спутника её остались на ногах. Встали с двух сторон, подобно молчаливой и преданной гвардии.

Короткий запрос в реестр пропусков заставил главу Тайной службы без особого удивления хмыкнуть. Гости эти вошли в крепость Гнева минут десять назад. Гипатия из Талых Глубин, её кузен Кассий и дядюшка Костас. Вай-вай-вай, да у нас здесь намечается семейный совет! Это что такое срочное потребовалось обсудить продавцам старых тайн, чтоб срываться с места и бежать на свидание не куда-нибудь, а в твердыню Великого князя?

Талые Глубины семьёй были не особенно знатной. Зато старой, влиятельной и очень, очень богатой. Край Холодных озёр был их домом задолго до того, как стал, собственно, Краем Холодных озёр. Обитатели Талых пещер жили здесь ещё до прихода беспокойных южных племён и задолго, задолго до пришествия с севера первого змеиного конунга. Считались они, наравне с певцами Боянами и изворотливой ветвью Тумана, хранителями древних традиций. Не гнушались порой методами Чёрного камня — но не имели при этом той же жуткой и отвратительной репутации. А ещё, если уж обратиться к временам не столь былинным и называть вещи своими именами — Талые Глубины торговали знаниями и информацией. Любой информацией. Но в основном, конечно, редкой, дорогой и запретной.

Тайный приказ, разумеется, за своими конкурентами, а порой и союзниками, старался приглядывать. Прадед Сантери в бытность главой этот рассадник проблем пытался и завербовать, и подчинить, и просто тупо ограбить. В результате даже женился, бедняга. О, эти затейливые игры спецслужб! Чего только в них порой не бывает.

Женщины на скамеечке обнялись — аккуратно, чтоб не повредить и без того изрядно помятой Евгении. Заговорили тихонько. Куратор Лицея принялась обстоятельно рассказывать тётушке о неважном своём самочувствии и прогнозах целителей.

Внимание Рийго словно дёрнуло — взгляд сам собой сместился к скрывшейся за стволом дерева Сенье Шалгу. Губы девушки изогнулись в хищной гримасе, чёрные глаза полыхнули, зазвенели тонко в ответ напитанные силой арканы и… сквозь размеренную речь проступили совсем иные слова. Евгения подробно описывала зачистку канализации, и кто из учеников как себя проявил в схватках с донными крысами. Гипатия внимательно слушала, Костас мрачно бдел, дождик капал. Кузен Кассий сорвал с ветви наливное алое яблочко, вытер о рукав и с аппетитом им захрустел.