— Говорите. Какие «обновления» вы предлагаете? - самурай откинулся назад, скрестив руки на груди. Татуировка дракона на его шее, казалось, ожила при этом движении. - Но помните: если ваши условия окажутся чрезмерными или ваш отчет — пустым, никакой статус «незаменимости» не спасет вас от подвала

— Мы не торгуемся пустыми обещаниями, второй молодой господин. – Ася впервые не назвала самурая по имени. Это заметили все. - И мы не просим титулов или земель, — голос девушки звучал ровно, как струна сямисэна. — Мы просим гарантий. Гарантий, что после того, как Ходзё падут и клан Минамото будет в безопасности, нас не уберут как свидетелей, не зашлют в глухую деревню и не принесут в жертву политическим интригам. – Горная сделала паузу, позволяя тишине подчеркнуть её следующие слова. — Нам нужны документы, подписанные вами и скреплённые официальной печатью клана, которые: во-первых, признают наш статус вольных советников, а не пленниц; во-вторых, гарантируют нам безопасный выход из поместья в любое время без страха преследования; и, в-третьих, — она слегка наклонила голову, — обещают, что ни один из членов клана Минамото не поднимет руку на нас без суда и доказательств вины. Взамен мы предлагаем не только полный отчёт о ночной операции, но и наши услуги на весь период конфликта с Ходзё. Мы поможем вам выиграть эту войну. А после — исчезнем, чтобы никто никогда не вспомнил о нашем существовании.

- «Исчезнуть, чтобы никто не вспомнил», — повторил самурай, и в его голосе послышалось нечто, отдаленно напоминающее уважение.— Я обещаю. – Ответил за младшего брата Араками. - Вы доказали свою ценность этой ночью. Я не позволю совету старейшин превратить вас в козлов отпущения

Ёсихиро же поднялся стола одним плавным, кошачьим движением и подошел к окну, глядя на сад. Его спина была идеально прямой, а голос, когда мужчина заговорил снова, звучал глухо, словно он размышлял вслух.

— Отец учил меня, что союзники — это те, кого ты контролируешь, а враги — те, кого ты уничтожаешь. Он никогда не говорил мне, что делать с теми, кто предлагает сделку на равных, глядя в глаза без страха. - Самурай обернулся, и в его взгляде мелькнуло нечто новое — не угроза, а скорее, признание. — Хорошо. Я подготовлю документы. Вы получите свой статус и свои гарантии.

Касуми почувствовала, как напряжение в комнате сменилось другим чувством — триумфом. Это была победа, вырванная из рук человека, который не привык уступать. Она плавно опустилась на подушку, сохраняя безупречную осанку.

— Мы начнем с главного, — произнесла Фукуи, и её голос стал деловым, лишенным всякого кокетства. — Ходзё не просто контрабандисты. Они создали сложную систему прикрытия. Императорский груз с печатью журавля — это идеальный щит. Любой стражник, увидев эту печать, закроет глаза на содержимое ящиков, чтобы не рисковать головой. Именно так они протаскивали опиум прямо под носом у вашего порта. - Каскадерша сделала жест рукой, приглашая Асю дополнить отчет.

— Но самое интересное не в опиуме, а в том, что было рядом с ним. В одном из ящиков мы обнаружили документы и высококачественный порох. Это значит, что Ходзё готовят не только экономическую диверсию, но и прямой военный удар. И самое тревожное... — Морпех сделала паузу, глядя прямо в глаза Ёсихиро, — ...внутри склада находился ниндзя из личной гвардии Ходзё. Он не был там для охраны груза. Он был там для контроля за тем, чтобы всё прошло по плану. А значит, в вашем поместье есть кто-то, кто координирует их действия в режиме реального времени.

- Координация в реальном времени, — медленно произнес Ёсихиро, его челюсть едва заметно сжалась, а пальцы, лежащие на столе, напряглись. Это было подтверждением худших опасений самурая: враг был не просто у ворот, он был внутри. — Значит, предатель не просто передает письма, он ведет наблюдение. Мой дом превратился в решето, пока я полагался на верность старых семей. - Он перевал взгляд на Асю, и в его зеленых глазах мелькнул интерес. — Мы не будем уничтожать груз. Наоборот, позволим ему дойти до точки назначения, но сделаем это так, чтобы Ходзё поверили в успех. А в это время я создам «информационный вакуум» внутри поместья: объявлю о внезапной проверке всех свитков и отчетов за последний месяц. Тот, кто начнет суетиться или пытаться уничтожить улики, выдаст себя.

— В такой ситуации талант пророчицы будет весьма полезен. – Араками подмигнул Касуми. - Твой талант манипулировать суевериями просто бесподобен. Ты должна распространить слух среди слуг и охраны о том, что «духи предков» Минамото разгневаны предательством и скоро укажут на виновного. Пусть страх перед призраками сделает то, что не смогла сделать дисциплина — заставит крысу дрожать.

Каскадерша слегка склонила голову, и в её глазах вспыхнул азарт. Ей нравилось, когда её таланты использовали для психологического террора — это было куда интереснее, чем просто играть роль. Она уже представляла, как будет шептать в темных коридорах, как создаст атмосферу гнетущего ожидания, превращая поместье в место, где каждый шорох кажется шагом призрака.

- С удовольствием, Араками-сама, — произнесла Фукуи с легкой, почти кошачьей улыбкой. — Я сделаю так, что даже самые преданные ваши слуги начнут видеть знамения в каждом упавшем листе сакуры. Страх перед невидимым гораздо сильнее, чем страх перед мечом. Когда «духи» начнут говорить, предатель сам захочет выпрыгнуть из окна, лишь бы избавиться от этого давления.

— А ты подготовишь план перехвата. - Ёсихиро снова обратился к Асе. - Когда предатель попытается выйти на связь с Ходзё, чтобы объяснить «пропажу» части груза, он должен попасть в ловушку. Я хочу видеть его живым. Хочу знать всё: кто он, кто его куратор и сколько людей из моего окружения продали свою честь за золото Ходзё.

Морпех оставалась предельно серьезной. Она уже мысленно чертила карту поместья, отмечая все слепые зоны и возможные точки выхода для связи с внешним миром. Капитан не любила «призраков», но признавала эффективность тактики Касуми как дымовой завесы.

— Но мне понадобятся ваши лучшие люди, которые не входят в круг «старых семей». - отчеканилаГорная - Только те, чья верность проверена кровью, а не родословной. Мне нужны те, кто умеет ждать часами в грязи и не дышать, пока цель не окажется в пределах досягаемости. - Она посмотрела Ёсихиро прямо в глаза, и в этом взгляде была профессиональная уверенность. — И еще одно. Чтобы ловушка сработала, предатель должен поверить, что мы с Фукуи всё ещё просто «игрушки» или «неумелые советники». Поэтому и продолжим вести себя... соответствующе. Позвольте нам оставаться дерзкими и непредсказуемыми. Чем меньше они будут нас бояться, тем легче нам будет их

. — Хорошо. Я дам вам лучших из моего личного отряда. Они не знают никого, кроме меня, и не подчиняются никому, кроме меня. Их верность проверена не кровью, а моей рукой, — Самурай поднял ладонь, сжатую в кулак, и в этом жесте было нечто примитивное, собственническое.- Но знайте: если вы предадите меня, печать клана Минамото не спасет вас от моего гнева. Он будет долгим и изобретательным. – Второй сын клана понимал, что своими приказами вбивает последний гвоздь в гроб, навсегда хороня чувства, которые начали в нем расцветать с появлением в его поместье блондинки. - Пора вам отработать полученные гарантии!

Аудиенция была закончена. Девушки поднялись с подушек. Касуми скользнула к выходу, и её шаги были абсолютно бесшумны, словно она действительно была духом. Ася последовала за ней, остановившись на пороге на долю секунды, чтобы бросить быстрый взгляд на спину Ёсихиро. Она не верила ему полностью — слишком легко самурай согласился на их условия. Но сейчас у них не было выбора, кроме как играть по этим правилам.

В комнате попаданок ожидал подстывший ужин, но все еще теплая вода, потому что Сумико-сан велела менять в бочке горячие камни.

— Ты слышала его голос? — спросила Касуми, глядя на Асю слегка восторженными глазами. — В конце Араками перестал играть. Он действительно что-то чувствует к нам. Или, по крайней мере, он не видит в нас простой инструмент, который не хочет терять. В этом мире доверие — самая дорогая валюта, и я не уверена, что мы можем себе её позволить. Она перевела взгляд на тарелку с едой, но аппетита не было