— Ваше высочество, — пробормотала я, не оборачиваясь. — Если ты не заметил, у меня человеческие руки. В них нет встроенного эльфийского транспортира. Эта линия идеально ровная!

— Она отклоняется на два градуса влево в самом центре дуги, — безжалостно парировал Раэлар. Я спиной чувствовала его обжигающе-презрительный взгляд. — Эльфийская магия — это гармония. Малейшее искажение формы ведет к искажению потока. Если ты вплетешь такую кривую руну в узел снятия проклятия, мы не разрушим печать, а взорвем половину твоего жалкого города. Хотя, возможно, это пойдет ему на пользу. Сотри, и начни заново.

Я резко развернулась, сдувая со лба упавшую прядь, измазанную в мелу.

Принц стоял в своем зазеркалье в привычной позе — заложив руки за спину. Сегодня на нем была темная рубашка со шнуровкой на груди, распущенной ровно настолько, чтобы я могла видеть идеальную впадинку ключиц. Этот гад словно специально одевался так, чтобы отвлекать меня.

— Мы рисуем эту проклятую закорючку уже два часа! — возмутилась я, упирая руки в бока. — Давай перейдем к практике. Я артефактор, Раэлар! Я привыкла чувствовать магию, пропускать ее через материалы, а не вычерчивать геометрию! У людей магия — это эмоция, это хаос, который мы берем под контроль.

— Вот именно поэтому вы, люди, живете так мало и умираете так глупо, — хмыкнул эльф, грациозно склонив голову набок. — Вы похожи на детей, играющих с огнем в пороховом погребе. Вы используете костыли в виде палочек, амулетов и зелий. Истинный маг не подчиняет хаос грубой силой. Он становится с ним одним целым.

Раэлар шагнул ближе к стеклу. Его голос изменил тональность, став ниже, бархатнее. От этого звука по моему позвоночнику привычно поползли мурашки.

— Встань прямо, Ева.

Я вздрогнула. Это был первый раз, когда он назвал меня по имени, а не «смертной», «девкой» или «человечкой». Мое имя в его устах прозвучало так, словно он попробовал его на вкус и остался доволен.

— Зачем? — подозрительно спросила я, но спину выпрямила.

— Твоя проблема не в руках. Твоя проблема в теле, — Раэлар скользнул по мне оценивающим взглядом с ног до головы. От этого взгляда мне вдруг стало очень жарко в моей тонкой рабочей рубашке. — Ты закрыта. Ты стоишь так, словно ожидаешь удара. Магический поток не может течь через сжатые мышцы.

Он подошел к самой амальгаме, почти касаясь ее грудью.

— Расставь ноги на ширину плеч, — скомандовал он.

Я фыркнула, но подчинилась.

— Теперь расправь плечи. Сведи лопатки.

Я выгнула спину, расправляя плечи, отчего моя грудь заметно подалась вперед, обрисовываясь под тонкой тканью. Взгляд Раэлара на долю секунды метнулся к моему декольте, зрачки дрогнули, но он тут же заставил себя смотреть мне в глаза.

— Дыши глубже. Не животом, а грудью. Наполняй легкие до отказа. Да, вот так, а теперь... прогнись в пояснице.

— Слушай, принц, — я хитро прищурилась, чувствуя, как внутри просыпается моя любимая, наглая субличность. — Если тебе просто нравится смотреть, как я принимаю непристойные позы, мог бы так и сказать. Я могу еще нагнуться, или встать на четвереньки. У вас, эльфов, так принято магию принимать?

Желваки на его скулах станцевали чечетку. Краешки заостренных ушей ожидаемо порозовели.

— Твой блудливый язык когда-нибудь доведет тебя до беды, Ева, — процедил он сквозь зубы, но взгляда не отвел. — Я пытаюсь выровнять твой магический канал. Энергия земли поднимается через стопы, проходит вдоль позвоночника и концентрируется в груди. Если поясница зажата — поток блокируется. Прогнись.

Я послушно прогнулась, выпячивая назад бедра. Поза была действительно странной, но я вдруг почувствовала, как тепло от пола мастерской медленно ползет вверх по моим икрам.

— Хорошо, — голос Раэлара стал хрипловатым. Он смотрел на то, как тяжело вздымается моя грудь. — А теперь закрой глаза. Представь руну «Тэсс» не на доске, представь ее в воздухе перед собой. Вытяни руку.

Я закрыла глаза, поднимая правую руку, испачканную мелом.

— Позволь энергии течь, не толкай ее. Открой шлюзы.

Я попыталась расслабиться. Магия, привыкшая работать у меня рывками и взрывами, неохотно откликалась на плавность. Она закрутилась в животе горячим, тяжелым клубком.

— Я не могу, — выдохнула я, чувствуя, как мышцы спины затекают. — Она застряла. Это бесит!

— Не борись с ней! — рявкнул Раэлар, теряя терпение. Его эльфийское спокойствие всегда разбивалось вдребезги, стоило мне проявить человеческую строптивость. — Ты слишком зажата! Ты пытаешься контролировать то, что должно быть свободно! Расслабь бедра!

— Я не могу расслабить бедра, когда ты на меня так орешь! — я резко открыла глаза, сбрасывая концентрацию. Горячий комок магии в животе лопнул, рассыпавшись бесполезными искрами по кончикам пальцев.

— Ты безнадежна! — Принц в раздражении ударил кулаком по невидимой преграде. Стекло глухо зазвенело. — Упрямая, хаотичная, неконтролируемая человечка! Ты все делаешь по-своему! Я говорю «плавно», ты делаешь «резко». Я говорю «повинуйся», ты споришь! Как ты вообще стала артефактором с такой дисциплиной?!

— Моя дисциплина приносит результат! — вспылила я, хватая со стола кусок рунной проволоки и медный кристалл. Моя гордость была задета. — Ты хочешь увидеть руну «Тэсс»? Я покажу тебе ее! По-своему!

Я не стала выстраивать ровные линии в уме. Я привыкла работать руками. Я быстро, интуитивно скрутила проволоку в некое подобие эльфийского символа, вложила в центр кристалл и, вместо того чтобы плавно вливать энергию земли, ударила по нему своим собственным, резким, диким резервом.

— Что ты делаешь?! Не смей смешивать людскую грязь с высшим плетением! — взревел Раэлар, его глаза расширились от ужаса и гнева. — Это вызовет резонанс!

— Смотри и учись, остроухий!

Кристалл вспыхнул. Вместо ровного голубого свечения, которое должна была давать руна, он начал пульсировать агрессивным, багрово-золотым светом. Раздался треск. Энергия, запертая в кривой геометрии проволоки, не выдержала человеческого напора.

С громким хлопком кристалл разлетелся на куски.

Мелкие осколки брызнули во все стороны, царапнув меня по щеке, и градом ударили по поверхности зеркала. Мастерскую заволокло едким дымом.

Я закашлялась, махая рукой перед лицом. На щеке саднило — я провела пальцем и увидела каплю крови.

Дым рассеялся. Раэлар стоял по ту сторону стекла, бледный как полотно. Его грудь тяжело вздымалась. Он смотрел на меня с таким выражением, словно я только что на его глазах выпотрошила единорога.

— Ты... — его голос дрожал от сдерживаемой ярости. — Ты могла погибнуть. Ты могла повредить печать. Ты — невежественная, дикая обезьяна!

Я швырнула остатки оплавленной проволоки на стол. Во мне тоже закипала злость. Моя человеческая, огненная природа бунтовала против его холодных, идеальных рамок.

— Зато я живая! — крикнула я, делая шаг к зеркалу. — А ты — мертвая статуя в идеальном пиджаке! Тебе плевать на то, что я чувствую! Тебе нужен только результат! Ты требуешь послушания, но забываешь, что я тебе не эльфийская кукла, которую можно дергать за ниточки!

Я подошла к зеркалу вплотную. Настолько близко, что мое сбивчивое дыхание оставляло на стекле легкие пятнышки пара.

— Я не буду делать так, как ты хочешь, просто потому, что ты так сказал! — я ткнула пальцем прямо в то место, где была его грудь. — Хочешь выбраться отсюда? Тебе придется смириться с тем, что я — заноза в твоей идеальной заднице! Тебе придется работать со мной, а не дрессировать меня!

Раэлар не отступил. Глаза Принца сузились, превратившись в две щелки, полные темного, опасного огня. Он сделал шаг вперед, и теперь нас разделяло лишь стекло. Я видела свое отражение, накладывающееся на его фигуру.

— Ты забываешься, девка, — прорычал он, склонившись ко мне так, что наши лица оказались на одном уровне. — Я терплю твою дерзость только потому, что у меня нет выбора. Но не смей думать, что ты можешь диктовать мне условия. Ты не знаешь, с каким огнем играешь. Под моей кожей течет магия, способная стереть тебя в порошок.