— Вот ты где, — послышался голос Евы, выводящий меня из размышлений.

Повернулся к сестре, внимательно смотря на нее.

— Что сказал врач? — сложил руки на груди, в ожидании ответа.

Ева лишь слегка улыбнулась, впервые за все время беременности прижав ладонь к животу. Словно только начинала принимать тот факт, что внутри нее живет маленькая жизнь. Хрупкая беззащитная. Которая не в чем не виновата.

— Все хорошо, — улыбнулась Ева. — Правда все хорошо.

Заботливо поцеловал Еву в макушку, и мы вместе направились к выходу из больницы.

Дорога мелькала за окном, сигналы, светофоры, люди — всё сливалось в один размытый фон. Я ехал словно в тумане, не слушая что рассказывала Ева. Не помня как пропускал пешеходов, как тормозил на светофорах.

В голове была только она.

Вика.

Её взгляд.

Её голос.

То, как она сказала это короткое «привет», и как между этим словом и всем, что мы не сказали, уместилась целая жизнь.

Сильнее сжал руль, снова и снова возвращаясь мысленно к нашей встрече.

Она изменилась. Внешне. Повзрослела. Но даже это, не было препятствием, чтоб сердце бешено колотилось при виде нее.

Как она жила все эти годы? Она счастлива? А может давно завела другие отношения, и уже даже не вспоминает о том что было между нами?

Рой вопросов обрушился резко, не давая сосредоточиться на чем-то одном. Мысли путались, смешиваясь в противную кашу.

Я даже не сразу опомнился, когда мы были уже дома.

Я сидел на кухне, глядя в одну точку, снова и снова прокручивая в голове неожиданную встречу, когда появилась Лена.

— Ты меня даже не подождал в больнице, — начала она с притензии. — Я звонила тебе. Ты не брал трубку! Это нормально?! Ты забрал Еву, и вы уехали!

— Телефон был в машине, — ответил машинально, даже не обращая внимания на претензию.

— А тебя ничего не смутило, милый? — не унималась она. — То есть, для тебя это в порядке вещей?!

— Прости, — проговорил абсолютно спокойно, словно дежурную фразу, посмотрев на нее.

Смотрел на жену, и пытался понять, что же нас до сих пор связывает, но не находил ответа. После свадьбы оставался рядом из-за ребенка которого она ждала, потом когда у нее случился выкидыш, не смог оставить, видя в каком она была состоянии. Совесть не позволила оставить ее одну. Хотя хотелось плюнуть на все, и уехать за Викой. За моей Викой.

— Игорь… с тобой что-то не так, — словно констатируя факт, проговорила Лена. — Ты уже давно стал чужим.

Я поднял глаза. В глазах Лены блестели слезы.

— Что с тобой случилось? Я ради тебя на многое пошла, — она тяжело задышала. — Я тебя не узнаю… Ты словно ни здесь, не со мной. Я думала мы поженимся, и будем счастливы… А ты…

Хотел ответить — но не смог.

— Просто устал, — сказал наконец, собравшись с мыслями. — Да и не все равно ли тебе? Ты получила то что хотела, свой салон. Радуйся, Лена!

Лена лишь натянула улыбку. Не естественную. А вынужденную.

— Я в душ, — бросила она после паузы и ушла, громко закрыв за собой дверь.

Я остался сидеть на месте.

Тишина снова накрыла с головой, вновь и вновь возвращая рой мыслей.

Пять лет. Пять чертовых лет старался, пытался научиться жить без нее. Не видя ее взгляд, не слыша ее голос. Казалось что получилось в итоге, но одна безобидная встреча выбила почву из-под ног. Жестко. Основательно.

Послышались шаги за дверью, и спустя пару мгновений вошла Ева.

— Ты грустный, — заметила она, глядя на меня пристальным взглядом. — Что-то случилось?

Она села напротив, поджав под себя ноги, и внимательно посмотрела на меня. Ева выросла. Уже не девочка. Скоро сама станет мамой. Но взгляд у неё остался тем же что и пять лет назад — прямым, честным, открытым.

— Это из-за Лены? — недовольно спросила она. — Вы снова поругались?

Отрицательно покачал головой даже не зная как рассказать. Боялся что она расстроится, если я скажу что видел Вику, потому что знал и прекрасно помнил, как Ева переживала ее отъезд пять лет назад.

— Нет.

Ева прищурилась, а затем вопросительно изогнула бровь.

— Тогда из-за чего? Или может быть, кого?

Я медленно поднял взгляд на сестру. И наверное впервые осознал как она повзрослела. Стала серьезнее, пряморечивее. Настойчивее.

— Ева… — вздохнул я.

Я выдохнул, предвкушая ее реакции, но если я промолчу, Ева обидится.

— Вика вернулась, — проговорил я.

Имя проговорил почти шепотом.

Как что-то святое. Запретное.

Ева удивленно вскинула брови, словно для нее это было шоком.

— Я её видел, — продолжил я, видя интерес в глазах сестры. — Сегодня.

Ева замерла, смотря на меня.

— И как она? Какой она стала? Она изменилась?

Я прикрыл глаза, на секунду. Будто старался восстановить в памяти образ Вики.

— Такая же… и совсем другая. Родная. Близкая. Красивая. — я горько усмехнулся. — И чужая.

— Ты до сих пор её любишь, — сказала Ева не спрашивая, а утверждая, будто это был самый обычный факт моей биографии. — Старая любовь не ржавеет.

Посмотрел на сестру и не стал отрицать. Она была права, абсолютно во всем. Только тяжесть в груди, по прежнему никуда не девалась.

— Я так и не перестал, — признался словно на исповеди.

Ева молчала. Знала что сейчас слова будут лишними.

— А она? — осторожно спросила она, будто я знаю ответ на этот вопрос. — Она ведь тоже до сих пор любит тебя. Мне кажется, такие чувства как были у вас, никуда бесследно не исчезают.

Я покачал головой.

— Я не знаю. Она смотрела так… будто тоже помнит всё. Но между нами стена. Высокая. Холодная. Но по прежнему все еще моя!

— Может, ты просто боишься, — вздохнула сестра. — Если бы не Лена, вы были бы вместе. Вы любите друг друга. Знаешь, не каждому даются такие чувства, как у вас с Викой. Как вы не понимаете, что вы две половинки одного целого?

— Я боюсь не этого, — ответил я. — Я боюсь снова ее потерять.

Ева встала и обняла меня. Крепко, по-взрослому.

— Тогда не отпускай, — прошептала она.

Я закрыл глаза.

Перед глазами снова всплыл ее образ. Ее глаза, ее губы, ее взгляд. До боли родные, и любимые черты. Которые забыть было нереально.

Я не знал, сколько Вика пробудет в городе.

Не знал, позволит ли она приблизиться, хотя бы поговорить нормально.

Но знал одно:

её возвращение перевернуло всё.

И назад дороги больше не было

Вика.

Дверь квартиры тихо закрылась за мной, и я устало облокотилась на нее, шумно выдыхая воздух. Сердце все еще колотилось после встречи с Игорем, и я как могла старалась его упокоить.

— Мама! — послышался веселый голос Алисы.

Алиса сорвалась с места и бросилась ко мне в объятия, обхватив маленькими ручками за шею. Я присела на корточки, и бережно прижала дочь к себе так крепко, как самое ценное сокровище. А так и было. Алиса была всей моей жизнью. Самый ценным, и самым дорогим что у меня есть.

— Привет, солнышко… — прошептала я, зарываясь лицом в мягкие волосы.

Сердце постепенно отпускало, и становилось тише.

Только рядом с Алисой я могла дышать по-настоящему. Полной грудью. Рядом с моим маленьким ангелом, которого мне подарила наша с Игорем любовь.

Рита наблюдала за нами со стороны. Молчала. Но слишком хорошо знала меня, чтобы не заметить — она видела мое напряжение. Видела усталость в глазах. Она молчала, лишь смотрела на меня, и одним взглядом говорила “я с тобой, ты не одна”.

— Как папа? — спросила Рита осторожно, подбирая слова.

— В реанимации… — ответила я, не поднимая взгляда. — Состояние пока без изменений.

Поднявшись с корточек, я взяла Алису за руку. Устало взглянув на подругу. Рите не нужны были слова. Она без лишних объяснений понимала что я могу сейчас чувствовать, и не задавала лишних вопросов. За что я была ей очень благодарна.

— Идём, я тебе книжку почитаю, — слегка улыбнулась дочери.