Виктор молча посмотрел на меня. Его уставшее лицо было трудно прочитать: то ли его выматывало то, что на часах почти три ночи, то ли это была усталость от меня.

— Почему тебя всегда притягивают неприятности? – вздохнул он. – Вот не удивлюсь, если при следующем происшествии ты снова окажешься рядом.

Он подался вперед, упёрся локтями в стол и посмотрел мне в глаза. Его реакция на мои слова не выглядела ни удивленной, ни обеспокоенной – скорее он казался смертельно уставшим.

— Мне есть повод переживать? Вы не дрались? – неожиданно спросил он.

Я напряглась, готовясь к тому, что он рассердится.

— Нет и нет. Она выглядела расстроенной и пыталась задеть меня. Потом подошел Аслан, и всё выглядело так, будто я над ней издевалась.

Виктор сначала усмехнулся, а потом посмотрел на меня серьёзно.

— Он тебе что-нибудь сделал?

От его взгляда у меня внутри все сжалось. Я мотнула головой, пытаясь списать своё волнение на нервы.

— Нет. Он только сказал, что я холодная, и что в моих руках всё рушится, — сказала я. Эти слова до сих пор звучали у меня в голове, и я отвела взгляд, чтобы не показать, как сильно они меня задели.

— Ты не такая, – спокойно произнёс Виктор. – Не бери это в голову. Ты очень страстная. Я видел это на работе: ты вкладываешь всю себя в дело. Пусть иногда кажется, что тебе всё безразлично и ты выглядишь отстранённо, но это не так. Ты как кошка: наблюдаешь за всем со стороны и делаешь выводы. Даже если вокруг хаос, ты остаёшься спокойной, как гладь воды. Такая непоколебимая.

Он сделал паузу, а потом добавил с едва заметной улыбкой:

— Я бы хотел вывести тебя из равновесия и посмотреть на твоё растерянное лицо.

Мне стало неловко после этих слов. Я и не подозревала, что Виктор думал обо мне в таком ключе. Его слова были пугающе точны: он почти разгадал меня за такой короткий срок. Вместо того чтобы перевести разговор в безопасное русло, я сделала глоток шампанского, которое официанты без конца подливали.

В этот момент к нашему столику подошел полицейский и попросил пройти в кабинет для допроса.

Женщина около тридцати лет сидела на белом диване, разглядывая бумаги перед собой. Она не выглядела как типичный следователь и больше напоминала успешную бизнесвумен. Она была действительно хорошо одета: на носу – стильные очки в форме «бабочек», которые придавали ее образу изысканность и интеллигентность. Ее волосы были уложены в элегантную прическу, безупречно дополняющую общий облик. А на ногах изящные красные лодочки, которые гармонировали с классическим синим костюмом и подчеркивали её статус.

Несмотря на неподходящие для следователя вещи, она обладала необычайной собранностью и спокойствием, что выдавало в ней опытного профессионала. Женщина внушала доверие и одновременно настораживала, заставляя чувствовать, что любое сказанное слово будет проанализировано и использовано в дальнейшем расследовании. Увидев нас, она устало улыбнулась и указала на кресла напротив.

Следователь задавала совершенно обычные вопросы: знакомы ли мы с пострадавшей, кем она нам приходится, когда в последний раз общались, замечали ли что-то странное. Я старалась отвечать без эмоций, как будто меня это мало интересует. Шампанское помогло расслабиться, руки не дрожали, и говорить стало легче. Сонливость накатывала постепенно, и я начала зевать почти каждые пять минут.

— Взгляните на это, – женщина положила ногу на ногу и внимательно посмотрела на меня. Она открыла коробку, лежавшую на столике, и достала оттуда пустую ампулу. – Видели это раньше?

Краешек ампулы был аккуратно надломлен. На самой ампуле всё ещё сохранилась этикетка с надписью: «вер.07». Я не знала, что ответить, потому что обычно в таких ампулах покупала лекарства и быстро потеряла интерес.

— Что это? – настороженно спросил Виктор.

— Это то, из-за чего пострадавшая Стелла Снейк чуть не умерла, – заключила следователь. Она даже глазом не моргнула, пока отвечала на вопрос, а её взгляд был прикован к Виктору. В моей голове появилась странная мысль: вдруг она симпатизирует ему и будет более полезна, чем я? Какие вообще женщины ему нравятся? Почему-то я была уверена, что я не в его вкусе на все сто процентов. – Мы нашли это в её вещах при осмотре. А знаете, где ещё мы находили подобные ампулы?

Не дожидаясь ответа, она продолжила:

— У умершего сотрудника компании «Фокс Билдинг». – Её взгляд сосредоточился на мне, и я напряглась.

— Однажды в здании главного офиса умер человек, который работал на меня. Он упал с лестницы в вестибюле. Всё списали на несчастный случай: этот человек часто терял сознание, – я старалась говорить ровно, без запинок. Я не видела в этом своей вины, но после этого инцидента появилось много проблем. Пришлось пройти многочисленные проверки и выплатить большой компенсационный пакет семье погибшего, потратив массу средств, чтобы замять дело. – Не понимаю, как эти два случая связаны?

Я начала откровенно нервничать и хотела поскорее покинуть эту душную комнату. Виктор, словно почувствовав моё состояние, посмотрел на меня и затем коснулся моей руки в успокаивающем жесте. Это не осталось не замеченным следователем.

— Случаи связаны тем, что оба этих человека употребили один и тот же препарат, находившийся в таких ампулах. Я уверена, что, когда придут анализы крови Снейк, моя теория подтвердится. Так или иначе вы с этим связаны, Роксана Алексеевна.

Она говорила спокойно вкрадчивым голос и это заставило меня вздрогнуть. Почти сразу я ощутила негодование.

— А как же мой бывший муж? – возразила я. – Стелла была его любовницей, может, это он её накачал этими веществами?

— Постойте, – вмешался Виктор. Он сильнее сжал мою руку, призывая к спокойствию. Ситуация действовала мне на нервы. Я не понимала, почему раньше пропустила то, что тот сотрудник находился под воздействием препаратов, возможно наркотических. Скорее всего, Аслан всё скрывал от меня, и это удручало. За моей спиной он проворачивал незаконные схемы. – Мы будем говорить только в присутствии адвоката.

— Как пожелаете, – сказала следователь, поднимаясь со своего места, чтобы попрощаться.

Я не стала ждать и направилась к выходу.

— Аслан Романович давно сотрудничает с нами, – услышала я её голос у дверей, и это заставило меня обернуться. – Он прошёл все проверки и находится вне подозрений. Другое дело вы, Роксана Алексеевна: если выяснится ваша причастность к распространению наркотических веществ, то свободы вы, возможно, никогда не увидите.

Угроза в её словах словно повисла в воздухе. Я почувствовала, как подкашиваются ноги, но удержала себя от того, чтобы показать слабость. Виктор мягко вытолкал меня за дверь, и мы наконец-то покинули особняк. Слова следователя звенели в моей голове: «никогда не увидите свободу». Она явно знала больше, чем говорила, и пыталась поймать меня в ловушку.

Уже в машине я не выдержала. Мне нужно было выплеснуть свой гнев, и рядом был только Виктор.

— Почему ты ничего ей не сказал? Ты же знаешь, что Аслан подставил меня и подмешивал мне наркотики, – последнее я не собиралась говорить вслух, но не удержалась. Виктор посмотрел на меня серьёзно. Я закусила губу, надеясь, что это не ухудшит ситуацию.

— Значит, это всё-таки он. Спасибо, что сказала, теперь я в этом уверен, – ответил Виктор спокойно.

Не выдержав его прямого взгляда, я отвернулась и откинулась на удобное сиденье лимузина. Навалилась огромная усталость. Я закрыла глаза, слушая обволакивающий голос Виктора.

— Ты не заметила, что ситуация подозрительна? У Снейк вдруг случилась передозировка. Почти сразу, даже быстрее, чем приехала скорая помощь, появились полиция и следователь. И посмотри на саму следовательницу: она выглядела так, словно готовилась на праздник, а не на срочный вызов.

Эти слова заставили меня открыть глаза. Я начала осознавать, насколько глубоко увязла во всём этом. Однако Виктор был рядом, и это придавало мне уверенность, что мы справимся. Я знала, что будет тяжело, но с ним рядом казалось всё возможным.