Дверь за Владимиром захлопнулась, в коридоре послышались приглушенные голоса, которые быстро стихли, позволяя тишине полностью затопить пространство вокруг.
Какое-то время мы с Полевским стояли молча и не шевелясь, смотря куда угодно, только не на друг друга. В комнате повисла вязкая, кажущаяся осязаемой тишина. Было неприятно и больно до слез…
Боги, да что произошло? Ощущение такое, словно мне сейчас не палец обсосали, а изнасиловали в самой грубой форме прямо здесь, при Полевским…
Не разрыдалась я лишь потому, что зудящее несколько дней предплечье внезапно обожгло огнем. Вмиг «протрезвев» и вынырнув из пучины отчаяния, подхватила салфетку и потерла успевший затянуться розовой кожей палец.
— Что это было? Боги, да он сумасшедший! — потрясенно выдохнула я.
— Он не сумасшедший, он… он только что провел ритуал, — тихо проговорил Петр Аркадьевич. — Совершенно не по канону, но… Он только что провел ритуал! Боги…
— Какой ритуал⁈ Петр Аркадьевич, не молчите, что он сделал⁈
— Ничего плохого, Вероника… Ничего плохого, и это главное. Скажите, — мигом переменил тему босс, — а вам нравится Феликс Родимович?
— Э-э-э… А какое это имеет значение?
При чем тут Феликс?
— Никакого, это обычное стариковское любопытство, не обращайте внимания! И, милая барышня, — в очередной раз переводя тему, встрепенулся бывший ректор, — может быть, и впрямь перекусим? Все же в следующий раз добраться до еды нам с вами удастся часов через шесть!
И тут же наклонился к столу, положив в свою тарелку внушительный кусок птицы. Я его примеру следовать не стала, лишь села за стол, молча наблюдая за самозабвенно жующим Полевским.
Слишком усердно и самозабвенно жующим…
Спустя двадцать минут, на протяжении коих мой босс смотрел исключительно в свою тарелку, всячески демонстрируя, что ему не до разговоров, в дверь гостиной постучали, а затем на пороге появился государев секретарь.
— Вероника Сергеевна, Петр Аркадьевич, нам пора в путь. Его величество еще поздравляет собравшихся, но из зала для торжеств он намерен сразу же отправиться к автомобилям, так что нам всем нужно быть готовыми. Идемте!
* * *
Ничего не оставалось, кроме как встать и покорно пойти за государевым секретарем. Причем, как только мы вышли за порог гостиной, следом увязались двое сотрудников Государственной службы охраны, которые в полной тишине проводили нас до стоянки, после чего вежливо попрощались, развернулись и ушли назад, в сторону крепости.
Мы же, отыскав взглядом свой автомобиль, двинулись было к нему, но тут же были остановлены деликатным покашливанием Викентия Валерьевича.
— Прямым распоряжением государя вам надлежит проследовать в его автомобиль.
Страдальчески покосилась на Полевского, а затем перевела взгляд на два стройных ряда припаркованных авто, намереваясь отыскать самое дорогое и крутое.
— Сюда, пожалуйста, — окликнул секретарь Владимира, указав на неприметный черный фургон, ничем не отличающийся от тех двух, что прибыли в нашем кортеже. — Будьте любезны, Петр Аркадьевич, Вероника Сергеевна! Государь решил отбыть раньше намеченного срока, нужно поспешить.
Боги, как же мне все это не нравится!.. Но делать нечего, его сумасшедшее величество лучше не злить. Вновь переглянулись с Полевским и направились к черному «минивэну».
Водитель, рослый детина в черном мундире, вышел из автомобиля и услужливо открыл перед нами дверь. В салоне «микроавтобуса» обнаружились размещенные по обе стороны от дверей деревянные лавки, при взгляде на которые нутро испуганно сжалось, предвкушая очередные долгие пять часов моей жизни. Из удобств здесь имелось… окно, даже целых два узких оконца со стеклами в палец толщиной, расположены они были высоко под крышей друг напротив друга.
Боги, как⁈ Как тут можно находиться, да еще и ехать по разбитой дороге столько времени? Как в таких условиях может передвигаться государь, и… Он что же, приехал в крепость наэтом ?
Несмотря на все мое негодование, кажется, я только что прониклась к государю невольным уважением… Правда, ровно до того момента, как до меня окончательно дошло: ехать в этом орудии пыток предстоит теперь и мне!
Окончательно додумать мысль и вконец разозлиться мне не дал внезапный гвалт, что поднялся во дворе крепости.
Мы с Петром Аркадьевичем уже забрались в машину и не могли видеть того, что в данный момент происходило снаружи, однако понять причину радостных возгласов было несложно — солдаты и офицеры, которые оставались во внутреннем дворе крепости, только что увидели своего кумира вновь.
Надо думать, государь закончил все дела в Западном пределе и теперь двигался в сторону автомобилей. А это значит, что очень скоро он будет здесь!
Мой праведный гнев резко сменился волнением и страхом. Я как-то разом сжалась, потупила взор и уставилась в пол.
— Все чисто, дозорные дали добро, так что можем выезжать. — Двери «минивэна» распахнулись, пропуская в салон Эрмина.
— Замечательно. В путь, — донесся до меня спокойный приказ Владимира.
В салоне нашего авто моментально стало тесно. Мне пришлось спешно подвинуться в самый конец лавки и упереться правым боком в кабину водителя. На соседней лавке сидел Полевский, справа от него расположились Викентий Валерьевич и второй государев телохранитель.
Эрмин и Владимир уселись… вплотную ко мне! Причем Владимир нагло сдвинулся в мою сторону, впечатав в кабину еще сильнее. Да уж, а ведь скажи мне тогда, когда я впервые увидела портрет государя, что совсем скоро мне придется провести с ним в «обнимку» целых пять часов, я… я не поверила бы никогда! А теперь что?.. Эта поездка изначально казалась трудной, но сейчас, судя по всему, она и вовсе будет сниться мне в кошмарах.
Она и катакомбы с Кренделями…
Между тем наш транспорт мягко тронулся с места и зашуршал по грунтовой дороге, удаляясь прочь от мощных неприступных стен.
— Петр Аркадьевич, до меня дошли сведения, что сегодня к нам в компанию набивались эльфы, это так?
— Истинно так, мой мальчик, я не успел тебе сказать, — кивнул Полевский.
Украдкой покосилась на Владимира. Вроде не рассержен. Интересно, откуда он знает про Сириниэля? Хотя… Эльфы открыто пришли в администрацию, так что донести государю мог кто угодно…
— Хорошо, — кивнул Владимир. — Я хочу знать все подробности вашего разговора. В каком составе явились эльфы, как себя вели, что хотели и что вы им ответили.
Шеф начал излагать подробности неприятного разговора, а вот я крепко задумалась. Почему Полевский упомянул упыря там, в крепости сразу после ухода государя?.. И да, мысли вновь вернулись к рассуждениям о личности рептилоида. В голову пришло странное — у Феликса и Владимира есть много общего! У них схожие жесты, и даже голоса кажутся похожими… Или все дело — в их общем тоне вежливого превосходства?..
Да и Полевский к ним обращается совершенно одинаково: «Мой мальчик»… Хм… Тут одно из двух: либо бредовое предположение верно и у них и впрямь один отец, либо, что мне кажется более логичным, они просто росли вместе… Ведь жил же Владимир где-то с рождения и до семнадцати лет?.. Так почему бы не в семье Феликса? Это бы многое объяснило!
А Владимир? По словам Полевского, государь провел какой-то ритуал… Что это за ритуал? И как он отразится на мне?.. Надо хорошенько потрясти Феликса. Он должен многое рассказать: о себе и своей «змеиной» сущности, о ритуале и моем доме, и… И о Владимире тоже нужно уточнить.
— Хорошо, — между тем задумчиво повторил государь, когда Полевский завершил рассказ. — Думаю, в данный момент эльфы особой опасности не представляют. В любом случае контроль над ними уже усилен, так что потерпим их как-нибудь еще пару дней… Викентий Валерьевич, будьте любезны, подайте мне бумаги по…
Государь переключился на своего секретаря и, казалось бы, напрочь забыл про нас с Полевским. Получив требуемые документы, он углубился в их изучение и вообще перестал реагировать на происходящее вокруг.
